Райский (ЛП)

У меня болит сердце, и все, что я могу сделать, это просто кивнуть.
— Я не уйду, — шепчу я. — А теперь давай спать.
Он расслабляется на подушках и через несколько мгновений засыпает.
Я смотрю на него сверху вниз в течение нескольких минут. Боже, он прекрасен. Особенно когда он спит. Здесь нет ни хмурых взглядов, ни морщин, ни ледяных взглядов. Он выглядит умиротворенным.
Я вздыхаю и ставлю будильник на свой телефон на случай, если я тоже засну. Затем я вытягиваюсь и прижимаюсь к его теплому, твердому телу. Меня убаюкивает звук его дыхания, и в конце концов я засыпаю, думая, как хорошо и прекрасно это ощущается.
— И так, как там горячий Драко?
Я отрываю взгляд от завтрака и встречаюсь взглядом с Лони, когда она и Генри подходят к нашему столу со своими подносами.
— С ним все в порядке. Сотрясения мозга нет, так что это Хорошо.
— Ты пробыла с ним всю ночь?
Генри паркуется на сиденье передо мной и кладет в рот кусочек черничного муна.
Я колеблюсь, но потом киваю.
— Да.
Когда Сэйнт выписался из больницы, я помогла ему вернуться в общежитие, а затем ухаживала за ним всю ночь. Несмотря на то, что у него не было сотрясения мозга, его врач хотел, чтобы его будили каждые тридцать минут или около того, просто на всякий случай. Пока он спал, я лежала рядом с ним в его постели и наблюдала за ним большую часть ночи. В то время мои чувства были слишком смешанными и запутанными, чтобы пытаться что-то осмыслить, поэтому я и не пыталась. Я просто сидела в тот момент с ним, а утром, когда он проснулся, я ушла, не сказав ни слова.
Это была странная, но все же странно очищающая ночь.
— Это было странно для тебя?
Голос Лони мягкий, и в ее глазах светится сочувствие.
Я одариваю ее полуулыбкой и пожимаю плечами.
— Немного. Мы почти не разговаривали. В основном я просто смотрела, как он спит, и будила его, когда это было нужно. Он был изрядно измотан встречей и визитом в больницу.
Я не говорю ей, что ни один из его родителей не появился.
Лони кивает.
— Я понимаю
— Как прошла твоя ночь? — спрашиваю я, решив, что в этот момент я предпочла бы говорить о чем-нибудь другом, чем о Сэйнте.
Я не упускаю из виду, как ее плечи слегка напрягаются при моем вопросе.
— Ну, мой папа звонил, — говорит она почти нервно — Очевидно, в наших планах на весенние каникулы произошли изменения.
— О? — Я с интересом приподнимаю бровь. — Какого рода изменения?
— Он спросил, как я отнесусь к тому, чтобы не ехать на Косумель, потому что теперь он действительно хочет поехать в Атланту.
Атланта-отличный город, и все, кроме выбора его вместо Косумеля для поездки на весенние каникулы, — это странно.
— Почему именно Атланта?
— Как ты думаешь, почему?
Лони бросает на меня взгляд, смысл которого, как мне кажется, я должна понять, а потом он обрушивается на меня, как мешок с кирпичами, качающийся на подъемном кране.
Я помню, какими кокетливыми были мистер Джеймс и Карли прошлой осенью на родительских выходных. Я думала, что это просто случайное стечение обстоятельств, но что, если…
— Лони, твой папа встречается с Карли? — пищу я.
— Динь, динь, динь, у нас есть победитель. Скажи ей, что она выиграла, Генри.
Генри просто закатывает свои карие глаза, и я хлопаю руками по столу.
— Подожди. Что?
— Я поняла это прошлой ночью, — говорит Лони, вытаскивая свой телефон. — Зацени это.
Она открывает свое приложение в Instagram и открывает популярный профиль ММА. Она щелкает по одной из фотографий, и это изображение ее отца и блондинки, стоящей спиной к камере.
Подпись под ним гласит: ДЖАГГЕРНАУТА ВИДЕЛИ С ТАИНСТВЕННОЙ БЛОНДИНКОЙ ВО ВРЕМЯ ПОСЛЕДНЕГО ВИЗИТА В АТЛАНТУ #блондиночкавеморефун #влюбленныйвеселый #кто она?
Я таращусь на фотографию. Даже несмотря на то, что я не вижу лица женщины, я могу сказать, что это Карли.
Черт возьми. Карли встречается с суперзвездой ММА.
Я не знаю, впечатляться мне или ужасаться. Снова переключив свое внимание на Лони, я спрашиваю: — Тебя это устраивает?
 
Она еще несколько мгновений смотрит на фотографию, прежде чем дать мне ответ.
— Я имею в виду, я немного сбита с толку, но я уверена, что это случается с любым ребенком, чьи мама и папа оба использовали родительские выходные как свое собственное общение в подготовительной школе. Я просто хочу, чтобы он был счастлив. Моя мама разорвала его, и он заслуживает того, чтобы найти кого-то, кто не будет обращаться с ним как с дерьмом
— Нет, Карли не будет, — бормочу я. — Она один из самых заботливых людей, которых я знаю.
Лони быстро кивает.
— Я знаю.
Мне было нелегко, но Карли была моей опорой в самые трудные времена моей жизни. Она тоже заслуживает того, чтобы быть счастливой, и если мистер Джеймс-это то, что для этого нужно, то я полностью за это.
Позже в тот же день, возвращаясь в общежитие, я достаю телефон и звоню Карли. Она отвечает после второго гудка.
— Здравствуй, любовь моя, — поет она. — Чему я обязана этим разговором?
Я ухмыляюсь, пораженный теплотой и фамильярностью ее голоса.
— Просто решила проверить и посмотреть, не происходит ли в твоей жизни что-нибудь новое и захватывающее.
— Не в последнее время, если не считать моего кондиционера. Первый 80-градусный день в году, и угадай, что снова не работает?
— Ты хуже всех, когда лжешь, — говорю я категорично. — Потому что сегодня я увидела несколько фотографий в Instagram, которые умоляли меня посмотреть на них.
На секунду наступает тишина, прежде чем она стонет, и я почти представляю, как ее белокурый пучок развевается, когда она ударяется лбом о ладонь.
— Ты даже не видела моего лица!
— Пожалуйста, я знаю твой затылок так же хорошо, как знаю твое лицо. И так, вы с мистером Джеймсом, да? Как долго это продолжается?
— Ну, мы обменялись номерами телефонов на родительских выходных, — признается она. — Но мы не ходили на официальное свидание до прошлого месяца
— Хм, и ты не сказала мне, потому что…
— Правда в том, что мы держали это в некотором роде в секрете, — спешит объяснить она. — Титус не хотел цирка в средствах массовой информации и хотел, чтобы у нас был шанс узнать друг друга в относительном покое, понимаешь? Кроме того, мы действительно не хотели обременять тебя или Лони новостями, пока не убедимся, что это куда-то приведет.
— В итоге? Раз ты об этом говоришь, значит вы убедились? — спрашиваю я, и моя ухмылка разрывает мое лицо.
Еще мгновение тишины, прежде чем она пробормотала: — Да, я действительно так думаю. Он мне очень нравится, Мэллори.
— Прошло много времени с тех пор, как ты с кем-то встречалась, — говорю я, заходя в кабину лифта, и двери с грохотом закрываются за мной. — А теперь ты встречаешься со знаменитостью. Ты действительно не делаешь ничего наполовину, не так ли?
Она фыркает.
— Я не думала об этом с такой точки зрения, но, думаю, ты права. Очевидно, для меня это все или ничего.
Лифт опускается на мой этаж, и я выхожу в холл.
— Как часто вы, ребята, видитесь друг с другом? — спрашиваю я, направляясь к своей двери.
— Титус пытался заглядывать каждые два выходных или около того, — говорит она. — Он хочет поскорее взять меня с собой в путешествие. Только мы вдвоем. Он сказал, что я могу выбрать место. Куда бы я хотела поехать.
— И о каком месте ты думаешь?
— Честно говоря, я разрываюсь между Токио и Парижем. Я так сильно хочу увидеть оба города, и мне действительно трудно выбирать между ними
— Ну, просто подумай об этом таким образом, какой бы из них вы не выбрали для этой поездки, я уверена, что мистер Джеймс будет более чем счастлив отвезти тебя в ваш второй пункт назначения в другой раз.
— Знаешь, я просто не занимаюсь подобными вещами, — говорит она. — Так быстро вступать в отношения.