Райский (ЛП)

Скользнув на свое место, я достаю телефон и начинаю писать ему, но затем мои пальцы застывают на экране.
Что, черт возьми, со мной не так, что я так беспокоюсь о парне, с которым я должна следить за тем, что говорю, потому что он может попытаться разрушить мою жизнь в любой момент?
Бросив телефон в рюкзак, я уделяю миссис Хэдли все свое внимание, когда она начинает свой урок.
Мой план, когда я проснулась этим утром, состоял в том, чтобы полностью сосредоточиться на учебе, особенно после того, как я узнала о своем первом поступлении в колледж, так что именно это я и собираюсь сделать.
И я довольно успешно выполняю свою постановку в течение всего дня.
Между занятиями трудно не думать о нем, потому что он стал такой неотъемлемой частью моих прогулок из класса в класс, но как только мои преподаватели начинают говорить, я могу временно выкинуть его из своих мыслей. Это напоминает мне о том, почему я всегда была таким хорошей ученицей.
Учеба и общение с Джеймсом были приятным отвлечением от той дыры, которой была моя домашняя жизнь.
Я выдерживаю весь третий урок, не теряя рассудка, я чувствую облегчение и горжусь собой.
Обедая с Лони и Генри, к моему счастью, ни один из них вообще не упоминает о Сэйнте, и мы действительно разговариваем о чем-то, что не связано с местными богами Ангелвью.
Когда я встаю, чтобы выйти из зала и направиться в Историю, мои плечи немного выпрямляются. Я чувствую, что преодолела значительное препятствие в своей жизни. Если я смогу найти другие способы выкинуть Сэйнта из головы, тогда, может быть, я действительно смогу отпустить его.
— Мэллори, подожди!
Я замираю, и мой желудок скручивается и превращается в крошечные узлы. Ну и черт с ним. У меня все шло так хорошо, а потом ленточному червю пришлось снова появиться на свет.
Закусим губу, я поворачиваюсь и обнаруживаю, что Сэйнт почти бежит ко мне, когда я начинаю входить в учебный корпус.
— Да? — спрашиваю я с чуть большей язвительностью в голосе, чем намеревалась. Он, кажется, не замечает, и останавливается рядом со мной и обхватывает пальцами мою руку.
Электричество закручивается спиралью под моей кожей при соприкосновении, и я резко вдыхаю через слегка приоткрытые губы.
И снова он, кажется, ничего не замечает.
— Я рад, что нашел тебя, — выдыхает он.
— В смысле? Почему ты вообще меня искал? — Он знает мое расписание вдоль и поперек. — Я думала, ты просто решил игнорировать тот факт, что я жива сегодня. Это, как правило, нормально с твоей стороны, ты же знаешь.
Он проводит свободной рукой по лицу, затем одаривает меня подобием улыбки.
— Думаю, я это заслужил, да? Послушай, Эллис, мне очень жаль.
Я делаю шаг назад. Сэйнт… прости? За то время, что я его знаю, я могу пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз Сэйнт Анжелл извинялся, и большинство этих извинений сочились презрением. И теперь он говорит мне, что сожалеет о том, что бросил меня? Не звуча как эгоистичный придурок?
— Ты заболел?
Должно быть, так оно и есть, потому что, когда какая-то хихикающая брюнетка с крошечным стеганым рюкзачком от Шанель нарочно врезается в меня и бормочет: — Детоубийца, он поворачивается к ней.
— Ты будешь следующей, сука, если не заткнешься нахуй.
Она убегает, ее розовая сумка хлопает по ее тощей спине.
Я потираю виски, щурясь на него.
— Что это было?
Слегка надавливая на мою руку, он ведет меня к
небольшой нише в коридоре, подальше от потока движения, когда другие ученики спешат на свои занятия.
— Ты и я, — говорит он тихим голосом. — Мы прогуливаем. Мои пальцы все еще прижаты к вискам. Это настолько не нормально, что мне приходится повторять то, что он сказал, просто чтобы убедиться, что я правильно его расслышала.
— Это ещё что это такое? — Уголки моих губ подергиваются, несмотря на мое раздражение им. — Ты хочешь, чтобы я пропустила урок с тобой?
— Это хорошая идея, согласись. Твоя киска поблагодарит тебя, Эллис, поверь мне.
Та часть тела, о которой идет речь, сжимается в ответ. Прошло так много времени с тех пор, как мы встречались, что я испытываю искушение сдаться и пойти с ним только ради этого.
 
Как бы весело и заманчиво это ни звучало, однако я знаю, что должна ему отказать. Сегодня утром я приняла решение, и если я сдамся и нарушу данное себе обещание, то вернусь к тому, что было с ним. Я этого не хочу.
Я хочу чего-то… большего.
Даже если признаться в этом самой себе-это совершенно.
— Не сегодня.
— Признайся, маленькая мазохистка, ты этого хочешь. Я вижу это в твоих глазах.
Хотя он, как всегда, подначивает меня, на этот раз в этом есть что-то особенное. Может быть, это из-за неглубокого пульсирующего дыхания из его губ или из-за напряженных плеч, но что — то не так. И в конце концов, это тот же самый парень, о котором меня предупреждали с самого первого дня в этой школе
— Я не могу пропустить. Моя стипендия строго регламентирует мою посещаемость, а потом сегодня утром я получила свое первое письмо о поступлении в колледж, так что…
Когда я направляюсь в класс, он обходит меня, используя свое мускулистое тело, чтобы преградить мне путь.
— Ты туда не пойдешь, — рычит он.
— Почему нет?
Он проводит пальцами по волосам, и он действительно выглядит встревоженным, но теперь ему удалось встряхнуть меня.
— Убирайся с моего пути
— Эллис, прекрати, блядь, двигаться и послушай хоть раз в своей жизни!
Я замираю как раз перед тем, как подойти к двери, и поворачиваюсь к нему лицом.
— Почему?
— Просто… доверься мне. Не ходи туда.
Его слова возымели эффект, противоположный тому, что он хотел увидеть, потому что теперь я умираю от желания узнать, в чем дело. Какой свежий ад Лорел и ее друзья приготовили для меня на этот раз.
Расправив плечи, я отворачиваюсь от него и шагаю в дверной проем.
— Мэллори, черт возьми!
Мои глаза обшаривают комнату, и в одно мгновение я понимаю, что именно Сэйнт пытается помешать мне увидеть. Единственное, или, вернее, единственный человек, который когда — либо мог заставить меня чувствовать себя в безопасности, находится в классе.
Дилан стоит у доски, и на его губах появляется торжествующая улыбка.
  
Глава 18
 
Миллион мыслей кружатся у меня в голове. Когда я, спотыкаясь, иду вперед, я слышу шепот моих одноклассников, задающих вопросы, которые сейчас горят у меня в голове.
— Как он вернулся после того, что сделал?
— Он подал в суд на школу?
— Как ты думаешь, кого он подкупил, чтобы вернуть себе работу?
Я опускаюсь на свой стул, мои руки скручиваются на груди. Дилан сосредотачивает свое внимание на каких-то бумагах на своем столе, но я вижу, как пылают его щеки с другого конца комнаты. Он знает, что все говорят о нем, но чего он ожидал?
И какого черта он здесь делает?
Сэйнт устраивается на сиденье рядом со мной.
— Ты в порядке, Эллис? — бормочет он.
Прежде чем я успеваю ответить, Лиам и Гейб садятся на свои стулья вокруг нас.
— Что, черт возьми, происходит? — ошеломленно спрашивает Гейб. — Что Портер делает здесь?
— Мэллори? Ты в порядке? — Лиам наклоняется ко мне, его нижняя губа поджата между зубами, брови нахмурены.
— Я…
— В чем дело, Мэллори? — ядовитый голос бьет меня по лицу. Я отворачиваюсь от Лиама и вижу, что Лорел медленно идет к нам. Она садится на ближайшее сиденье, которое может найти, прямо перед Сэйнтом.
— Не надо, — единственное слово, которое он ей говорит, и она хлопает ресницами.
Я не могу решить, хочу ли я блевать или сломать ее чертов нос.
— Мне теперь запрещено продолжать учебу?
— Прекрати это дерьмо, Л, — огрызается он. — Это не просьба.
Секунду она смотрит на него с чистой яростью, исказившей ее черты. Затем, скрестив ноги, она встает, собирая книги в одну руку, а другой отбрасывая свою белокурую прическу. Генри был прав. В эти дни она выглядит немного лысой вокруг корней.