Райский (ЛП)

Он наклоняет голову в мою сторону, и я с трудом сглатываю, чтобы посмотреть перед собой, потому что я уверена, что в этот момент мои щеки вишнево-красные.
— Ты думаешь, он пригласит тебя на выпускной? — спрашивает Лони, когда я снова настраиваюсь на ее размышления. — Или проведёшь с ним весенние каникулы?
Эти два предстоящих события единственные вещи, о которых люди, похоже, заинтересованы и говорят в наши дни. Куда бы я ни пошла в кампусе, я либо вынуждена слушать, как кто-то хвастается своими планами проехаться по Европе во время каникул, либо платьем для выпускного вечера, на которое их родители-миллионеры потратили несколько тысяч долларов.
Я абсолютно не интересуюсь выпускным балом, по крайней мере, это то, что я продолжаю говорить себе, и намерен просто остаться в эту ночь в своей комнате общежития. И что касается весенних каникул, я едва могу позволить себе поездку на Uber, чтобы встретиться лицом к лицу с матерью, для наших двухнедельных бесед.
Тем не менее, было бы неплохо побыть в кампусе одной.
Я ловлю себя на том, что громко смеюсь при мысли о том, что Сэйнт включил бы меня в свои планы относительно любого из этих событий, что вызывает у Лони хмурый взгляд с плотно сжатыми губами.
— Что тут такого смешного?
— Эм, может быть, тот факт, что и то, и другое-твердое "нет".
— Выпускной бал на самом деле не в его стиле, и я уверена, что у него запланирована какая-нибудь захватывающая, роскошная поездка в тропический рай. Мое присутствие там, вероятно, просто помешало бы ему насладиться какой-нибудь горячей цыпочкой.
И, зная аппетит Сэйнта, там будет несколько таких горячих штучек.
Мои слова произнесены небрежно, но при мысли о нем с другими девушками у меня болезненно скручивается живот. Я стискиваю зубы и качаю головой, надеясь, что это вытеснит образ того, как он делает то же самое, что он делает со мной с кем-то другим.
— Пожалуйста, любому, кто видит вас двоих вместе, очевидно, что никакая другая девушка не может к нему приблизиться. Кроме того, двойные Ds в конечном итоге идут на юг, — указывает Лони, ободряюще сжимая мою руку и кивая на мою грудь. — Тебе не нужно об этом беспокоиться
— Я не беспокоюсь, — вру я.
Но если я единственная девушка, которая его сейчас интересует, почему он не заходил в мою комнату?
В этот момент мы подходим к классу Лони.
— Увидимся за ужином, — говорит она, отстраняясь от меня. Она оглядывается на Сэйнта и машет ему рукой.
— Пока, Джо.
Сэйнт сердито смотрит на нее, затем вздергивает подбородок так, что это можно было бы счесть дружелюбным. Как только она исчезает в своем классе, я снова обращаю свое внимание на Сэйнта.
— Малышка Джаггернаут забыл мое гребаное имя? — требует он.
Я даже не утруждаю себя тем, чтобы рассказать ему о новейшей одержимости Лони и Генри Netflix и абсолютном безумии Джо Голдберга, и вместо этого подхожу к нему ближе, мой голос становится мягким, когда я говорю.
— Ты собираешься продолжать следовать за мной или просто присоединишься ко мне? В конце концов, мы с тобой в одном классе.
Одарив меня редкой искренней улыбкой, он шагает вперед, так что мы стоим бок о бок.
— Не думал, что ты так жаждешь, чтобы тебя видели со мной. Хочешь подержаться за руки? Надеть мой блейзер? Должен ли я был заказать кольцо только для того, чтобы ты могла носить его на шее на цепочке?
Я закатываю глаза так сильно, что удивительно, как они не вываливаются у меня из орбит и не падают на кафельный пол.
— Я уже сожалею об этом.
Мы начинаем идти вместе в тишине. Мне до смерти хочется спросить его, почему он не пришел ко мне ночью, но мне неловко от того, как я нервничаю, узнав точную причину, по которой он этого не сделал. Кроме того, меня немного раздражает, что теперь у меня в голове возникает образ того, как он проводит свой отпуск.
Боже, почему это должно быть так сложно? Я почти скучаю по тем дням, когда я просто ненавидела его, и мы иногда занимались сексом друг с другом. Это было намного проще.
— И так, о чем вы с Лони так напряженно говорили? — Мои плечи ползут к мочкам ушей. Мог ли он нас слышать? Черт, а что, если он это сделал? Что я вообще такого сказала?
 
— На самом деле ни о чем.
— Да?
Его голос звучит почти весело.
— Просто глупый разговор. О Выпускном бале и весенних каникулах.
— Я понял.
Мы сворачиваем за угол и направляемся по коридору к двери нашего класса. Когда мы проходим мимо подсобного помещения, он внезапно хватает меня за руку, открывает дверь и затаскивает внутрь.
Я издаю писк удивления, когда он запирает нас внутри и дергает за световую ниточку, освещая его бронзовые черты.
— Какого черта ты делаешь…
Он обрывает меня, обхватывая мое лицо своими большими руками, и наклоняет свои полные губы к моим. Я издаю стон. Ухватившись за его рубашку спереди, чтобы инстинктивно притянуть его ближе. Растворяясь в нем без всяких колебаний.
Он прижимает меня спиной к полкам позади, и я клянусь, что он собирается трахнуть меня прямо здесь и сейчас. Я не уверена, что остановила бы его. На самом деле, эта мысль пробегает дрожью по моим венам, и я напрягаюсь, чтобы вскочить и обхватить его ногами. Прежде чем я успеваю пошевелиться, он резко отстраняется.
— Что… — выдыхаю я, но он прижимает подушечку большого пальца к центру моих губ, поглаживая мою плоть медленными движениями из стороны в сторону.
— Мне нравится видеть, как ты время от времени ревнуешь. Даже если это из-за какой-нибудь фантастической сучки с большими сиськами.
Я ахаю, и он просовывает руку под мою клетчатую юбку, чтобы громко шлепнуть меня по заднице, прежде чем отступить и ухмыльнуться мне сверху вниз.
— Увидимся в классе, Мэл.
Поправляя свой блейзер, он неторопливо выходит из помещения, прежде чем я успеваю поднять челюсть с пола.
Сукин сын.
Я чувствую, как между глазами начинает пульсировать головная боль, когда я возвращаюсь в холл. Сэйнт ждет меня, эта превосходная улыбка все еще подергивает его губы.
Вздернув подбородок, я прохожу мимо него в комнату. Его смех следует за мной.
Сев на свое место, я кладу подбородок на руки и тихо вздыхаю. Я уже сходила с ума по нашим ночам с Сэйнтом до помещения, а теперь я стала ещё больше возбуждена.
Украдкой взглянув в направлении Сэйнта, который тоже занял свое место, я ловлю его на том, что он изучает мой профиль. Я незаметно показываю ему средний палец, как школьница, открывающая для себя силу оттолкнуть мальчика, который впервые дергает ее за волосы, но что я могу сказать? Он пробуждает во мне самое худшее.
Моя головная боль усиливается. Я не должна так сильно беспокоиться о нем. У меня есть гораздо более важные дела, которые должны занять мое внимание.
Как, например, моя предстоящая встреча с Норой.
Я знала, что это произойдет, но найти ту записку от нее в моей комнате в выходные, было все ещё неприятно.
Я отправилась в свой первый заплыв после смерти Джона Эрика, решив, что пришло время наконец взглянуть в лицо своим страхам и вернуть бассейн как свой собственный. Когда я вернулась в общежитие, меня ждала записка, приклеенная скотчем к раме моего туалетного зеркала. Я знала, что это от Норы еще до того, как открыла её, но все равно меня пробрал шок, когда я прочитала ее слова. Это было не длинное письмо, но я быстро поняла, что Нора действительно не из тех, кто любит лишние слова. На сложенном листе бумаги был адрес и напоминание о том, что мы должны были встретиться снова в это воскресенье.
Одна мысль о том, чтобы сесть напротив нее, не уткнувшись лицом в тарелку с салатом, повышает мое кровяное давление, но у меня нет особого выбора. Это единственный способ, которым я могу проверить Дженн и убедиться, что она в безопасности. У Норы есть железные рычаги влияния на меня, и пока я не найду способ освободить Дженн от ее власти, я буду вынуждена играть в ее больные игры в обозримом будущем.