Неутолимая страсть

Чтобы успокоить, Патрик обнял ее.
— Новая королева очень доброжелательна. И не настаивает на строгом соблюдении формальностей. Поверь мне, она просто женщина.
Ужин прошел успешно благодаря слаженным усилиям всех, кто организовывал его, готовил еду, накрывал столы и обслуживал гостей. На столах стояло все, чем была богата усадьба, начиная с благоухавших дневных лилий и кончая супом из бычьих хвостов, а также форелью, фазанами и ростбифом. Больше всего королеве и ее дамам понравилась клубника, щедро украшенная взбитыми сливками.
Кэтрин сидела во главе стола вместе с Анной, сразу за Хепберном. Сидела и удивлялась тому, как живо текли разговоры. Каждый из гостей отметился, рассказав какой-нибудь занятный случай. У королевы, судя по всему, было хорошее чувство юмора. Она попробовала фазанов и призналась, что они понравились ей больше, чем шотландские куропатки. Кэтрин воспользовалась поводом и поведала историю о том, как отправилась в ричмондский лес, чтобы выпустить на волю куропаток, и как там к ней пристал невоспитанный хам, одетый в овчинную безрукавку.
— Он явно произвел на вас неизгладимое впечатление! — рассмеялась Анна.
— На нее мои борзые произвели еще большее впечатление, — усмехнулся Патрик.
После ужина гости развлекались, слушая игру на волынке. Волынщика Патрик нашел среди стражников королевы и договорился с ним, чтобы тот сыграл несколько рилов. Атмосфера вечера стала еще более свободной благодаря шуткам, пению и золотистому рейнскому вину. До самой полночи Анна не уходила к себе в восточное крыло, королевским присутствием закрепив успех вечера.
Первый день мая выдался восхитительным. Патрик с Кэтрин устроили королеве Анне, придворным и двум ее детям прогулку по цветущим окрестностям Спенсер-Парка. В небольшой деревушке недалеко от особняка их внимание привлекли местные дети, которые устроили танцы вокруг майского дерева.
Семилетнюю принцессу Елизавету невозможно было оторвать от Кэтрин. Не только потому, что Кэтрин была хороша собой и красиво одета, но еще и потому, что много внимания уделяла девочке, отвечая на все ее вопросы. Принц Генри не отходил от Хепберна, но тут к ним подскакала Маргрета и заявила, что законное место королевского сына рядом с матерью, королевой Англии.
— Похоже на грубую отставку, — вежливо оценил ситуацию Патрик.
— Такая же, как случилась минувшей ночью.
Он собрал в кулак всю выдержку.
— Грета, я женат.
— Тем более есть повод завести любовницу, — призывно шепнула она.
Патрик пристально посмотрел ей в глаза.
— Между нами все кончилось больше года назад. Грета, ты заслуживаешь большего, чем быть просто любовницей. Воспользуйся своим положением при дворе. Женщина с твоим шармом легко найдет себе в мужья богатого англичанина.
— Так же, как ты нашел, да?
Она прищурилась, потом вонзила шпоры в своего коня и поскакала назад к королеве.
В этот вечер после неторопливого ужина королева Анна с фрейлинами рано разошлись по своим комнатам. Нужно было подготовиться к отъезду, намеченному на следующее утро. Изобел оказалась в своей стихии. Взяв на себя ответственность за отправку королевского гардероба, она учила фрейлин, как нужно завертывать платья в папиросную бумагу и муслин, чтобы не порвать и не испортить нежную ткань.
На рассвете заполненные сундуки спустили во двор и погрузили на повозки. Вслед за ними уложили разобранные кровати и множество других вещей, сопровождавших королеву в поездке. Королевскому поезду оставалось преодолеть последний отрезок пути до Лондона. Чтобы не отправлять гостей в дорогу голодными, Кэтрин устроила для них обильный завтрак-фуршет.
Первыми в путь отправились дети и фрейлины. Королева Анна лично убедилась, что они благополучно уехали. От короля прискакал курьер с запиской, в которой Яков сообщал, что он вместе со своими дворянами направляется из Уайтхолла в Вестминстер, где будет встречать королеву, чтобы торжественно въехать с ней в Лондон.
Правила вежливости требовали, чтобы лорд Стюарт, как хозяин, проводил Анну, обеспечив ей надлежащую охрану, и символически передал ее на руки королю.
 
Кэтрин уговорила мать и Бет вернуться в Лондон вместе с двором королевы. Ей удалось убедить их, что мистер Бёрк вместе со слугами очень быстро восстановят сложившийся порядок в усадьбе, после того как схлынет поток гостей. Дамы уселись в карету, и Кэтрин еще раз горячо их поблагодарила и пожелала доброго пути.
Во дворе негде было яблоку упасть от лошадей, конюхов, слуг и королевских стражников. Несмотря на это, Кэтрин с легкостью нашла глазами возвышавшуюся над всеми черноволосую голову мужа и направилась к нему.
— Если я не сделаю какой-нибудь решительный шаг, эта орда пустит здесь корни.
Кэтрин рассмеялась.
— Только сохраняй выдержку.
— Ты так хорошо понимаешь меня. — Он усмехнулся. — Яков станет соблазнять меня поехать в Уайтхолл, но я не поддамся. Обещаю тебе, что сегодня же вернусь. Ну вот наконец и Анна! Как только я ее увезу, вся орава тоже тронется с места.
Она посмотрела, как Патрик подсаживает королеву в седло на белую лошадь. Потом он вскочил на Валианта и махнул рукой страже.
Подобрав повод, королева Анна улыбнулась Кэтрин.
— Благодарю вас за радушный прием, леди Стюарт. Надеюсь, вы присоединитесь к нашему двору. Мне очень понравилась ваша идея коронационного платья. А ваши собственные наряды просто восхитительны.
Кэтрин присела в низком придворном поклоне.
— Благодарю вас, ваше величество.
Оставалось надеяться, что это приглашение было не приказом прибыть во дворец. Она стояла и смотрела, как Патрик сильной рукой перехватил повод лошади Анны. И махала им вслед, пока колонна сопровождения не скрыла их от нее. С облегчением вздохнув, Кэтрин подобрала юбки и пошла назад к дому, вспомнив, что еще не завтракала.
В холле она нос к носу столкнулась с Mapгретой.
— Королева Анна уехала пять минут назад. Муж так торопился отправиться в дорогу… Извините, что они бросили вас.
— Это к лучшему, что я не поехала вместе с Патриком.
Кэтрин выпрямилась.
— О чем это вы?
— Ой, перестаньте, леди Стюарт! Не надо притворяться.
Кэтрин очень устала. Она на мгновение закрыла глаза, и ее окружила красная тьма. Потом кроваво-красный цвет стал чернильным, который затем превратился в черный. Испугавшись, что ослепла, Кэтрин быстро открыла глаза и схватилась за перила.
— Ты еще не завтракала, — упрекнула ее Мэгги, выходя из столовой. — Поднимайся к себе, отдохни, а я все принесу на подносе.
— Нет! Мне просто нужно побыть одной.
 Глава 30 
— Как осмелилась эта стерва выдвигать против него такие идиотские обвинения? Ревнивая потаскуха! Она хочет разрушить мое счастье! — Возбужденно восклицая, Кэтрин мерила шагами спальню, в которой всего несколько часов назад сердце ее пело от радости. — Я не позволю вывалять себя в грязи. Патрик Хепберн любит меня. Он не способен на коварство и холодный расчет.
Кэтрин вспомнила, какой ужас охватил ее, когда она узнала, что Генри Сомерсет нацелился на ее наследство. Тогда она дала себе клятву, что выйдет замуж только по любви.
“И я сдержала ее. Я вышла за Патрика, потому что люблю его!”
“А он тебя?” — спросил ее внутренний голос.
Кэтрин почувствовала подступающую панику и попыталась с ней справиться.
“И он меня любит”.
“Он ждал, когда тебе исполнится двадцать один год и ты вступишь в права владения Спенсер-Парком”.
“Нет! Ему пришлось ждать потому, что ни мать, ни Елизавета не позволили бы мне выйти замуж за шотландца. Для Патрика все изменилось, когда шотландец стал королем Англии”.
“Значит, ты ни в чем не сомневаешься?”
“Я не вправе сомневаться в Патрике! Я не должна сомневаться в его любви!”
И тогда кто-то страшный, кто теснился в темном уголке ее души, спросил ее: “Боишься посмотреть правде в глаза, Кэтрин?”
“Да! Очень боюсь! Если я узнаю, что он на самом деле не любит меня и женился только из-за денег, я погибла. Мне не выдержать такой лжи”.