Неутолимая страсть

— Подожди, найду тебе аметистовые заколки для волос. И пристегни кинжал Одры. — Мэгги открыла шкатулку с драгоценностями. — Не могу понять, что случилось с твоей матерью. Она сейчас переодевается в синее платье, чтобы идти встречать нового короля, помоги Господи!
У Кэтрин загорелись глаза.
— Это все Патрик Хепберн. Он — волшебник!
— Нуда, махнул перед Изобел своим жезлом.
Кэтрин прыснула.
— Звучит двусмысленно.
— Думаю, что у его светлости такой жезл, перед которым никакая женщина не устоит.
Кэтрин вспыхнула.
— Мэгги, помоги мне причесаться. — Распахнув дверь, Изобел замерла на пороге. — Ах, моя умница, ты выбрала платье с эмблемой Шотландии. Лорд Стюарт сказал, что сделал тебе предложение и ты согласилась.
— Да, согласилась, матушка. — И протянула ей руку. — Это кольцо к помолвке.
Изобел на мгновение лишилась дара речи, увидев огромный изумруд в обрамлении бриллиантов.
— Ты знаешь, все-таки мы очень с тобой похожи, Кэтрин. Как это было умно — заарканить в мужья человека, который получит влияние при дворе. Такой брак поднимет не только твой статус, но и статус твоей семьи. Нужно начинать готовиться к свадьбе. Кто бы мог подумать, что у имени Сетон будет больше веса, чем у имени Спенсер?
У Кэтрин отлегло от сердца, когда мать не стала устраивать скандала, и поэтому она решила соглашаться с каждым ее словом.
— Мне показалось, или в самом деле стучат?
Мэгги приоткрыла дверь, а потом широко распахнула ее.
— А вот и я! — В комнату впорхнула Арбелла и сделала пируэт, чтобы все полюбовались ее дорожным костюмом. — Больше ни за что не стану носить проклятых мертвенно-белых одежд. О, Кэт, я так рада, что вернулась!
— Арбелла! Как все быстро меняется при дворе!
— Теперь у меня исключительно высокое положение. Какое счастье, что мой отец оказался братом отцу короля Якова!
— Я тоже шотландка, леди Арбелла, — важно произнесла Изобел. — Камергер предоставил в мое распоряжение новые комнаты. Все, я больше не буду сидеть взаперти на женской половине под ненавидящим взглядом этого дракона Трокмортона. И найду себе мужа.
— Где ее носит?
Патрик понимал, что Роберт Кери не знает. Это был просто крик души. Больше часа назад Яков Стюарт прибыл в Уайтхолл в сопровождении своего статс-секретаря Роберта Сесила. Дюжины шотландских дворян и толпы английских придворных, рвущихся заверить в своем почтении своего нового короля, прибывали с каждой минутой.
— Поверь мне, человеку женатому и имеющему кучу сестер. Женщине требуется какое-то немыслимое количество времени, чтобы одеться и прихорошиться. Им хочется быть очаровательными в наших глазах, тем более если подворачивается особый случай.
Хепберн расхохотался.
— Не обманывай себя. Женщины одеваются, чтобы выставить себя перед другими женщинами. Им нравится чувствовать свое превосходство перед себе подобными.
— Ты циник, Патрик.
— Что есть, то есть!
Он был слишком здравомыслящим человеком, чтобы безоглядно верить в женскую любовь. Но Кэтрин вызывала в нем бездну чувств. Ему нравилось в ней абсолютно все: красота, элегантность, остроумие, ее импульсивность и жажда жизни. Хотелось ею обладать и одновременно ее защищать. Оставалось признаться, что он гордится тем, что такое исключительное создание принадлежит ему, и только ему. Патрику безумно хотелось пройти с ней под руку через толпу придворных короля Якова, чтобы продемонстрировать им всем свой брачный приз.
— Главный зал, зал стражи и зал для приемов заполнены до отказа. Мне кажется, здесь еще никогда не было так много народа. Наверное, король Яков не нарадуется такому вниманию.
— Я был на кухне, чтобы перехватить что-нибудь до исхода дня, и увидел, как там все гудит и крутится. К вечернему приему готовят особые блюда. По-моему, лучшего времени для свадьбы не придумать.
— Ты собираешься сегодня жениться на Кэтрин?
Патрик кивнул.
— Если только леди соизволит появиться.
Роберт нахмурился.
— Кэтрин согласилась? Она хочет выйти за тебя?
“Еще совсем недавно об этом браке не могло быть и речи. И королева, и Изобел запретили бы его. Но теперь Хепберн в таком положении, когда может получить все, что захочет”.
 
Патрик оскалился по-волчьи.
— Леди Кэтрин хочет того, чего хочу я.
— Патрик, хорошо, что ты такой длинный, а то я не смогла бы найти тебя в этой толпе.
Кэтрин вытянула руку и дотронулась до него.
Хепберн заграбастал ее руку и поднес к губам. Глазами он был готов съесть ее.
— Ожидание оказалось не напрасным, счастье мое.
Роберт заметил, как они посмотрели друг на друга, и понял, что эти двое любовники. “Когда Кэтрин успела из ребенка превратиться в женщину? — И сам себе ответил: — Когда встретила Хепберна”.
— О, Роберт, привет. Я тебя не заметила. — Переведя дыхание, она одарила его улыбкой. — Лиз уже здесь?
— Нет, она приедет с королевой Анной.
Патрик по-хозяйски ухватил Кэтрин за руку.
— Пойдем, я по дороге расскажу о назначении, которое Лиз получила от королевы.
Роберт посмотрел им вслед. Толпа расступалась перед ними. На Патрике был темно-фиолетовый дублет того же оттенка, что и цветы чертополоха на платье Кэтрин. У них был вид, как у актеров на сцене.
* * *
— В награду за заслуги Роберта перед Короной королева Анна назначила Лиз ответственной за воспитание трехлетнего принца Чарлза.
— За какие заслуги?
Кэтрин очень заинтересовалась этим моментом.
— Спроси об этом Роберта. Анна — умница. Этим назначением она показывает, что полностью доверяет англичанке, и тем самым привлекает любовь новых подданных.
— Королева поступает так ради политической выгоды.
— Не только, Кэтрин. Это не просто политическая целесообразность, это мощный стимул. Я сказал твоей матери, что, если она хочет сохранить за собой пост ответственной за королевский гардероб, ей нужно будет уговорить тебя пригласить королеву со спутниками сделать остановку в Спенсер-Парке на ее долгом пути в Лондон. Изобел сразу поняла, насколько это выгодно, и неестественно быстро отказалась от траура.
“Значит, мать скорбела не по Елизавете. Она носила траур по своему положению при дворе”.
— Ты нашел ее слабое место и использовал это в своих целях.
Он накрыл ее руку своей.
— У нас у всех есть ахиллесова пята.
Кэтрин удивленно глянула на него.
— Хочу найти твое уязвимое место, милорд.
Патрик наклонился к ее уху и горячо шепнул:
— Мое уязвимое место — это ты, чертова кошка.
Она засмеялась. Не важно, правду Патрик говорил или нет, но он всегда подбирал нужные слова.
— Кэтрин, ты помнишь Джона Эрскина, графа Мара?
— Конечно, помню. Добро пожаловать в Уайтхолл, милорд.
— Мы с леди Кэтрин собираемся пожениться.
— Поздравляю! Доверьте бережливому шотландцу жениться на Сетоне. — Он подмигнул Кэтрин. — А потом вставьте ему кольцо в нос, барышня.
Патрик положил ее руку на локоть Джонни.
— Присмотри за ней минуту, а я перекинусь парой слов с Яковом.
Легко раздвинув людей вокруг короля, он нагнулся к его уху и что-то зашептал.
Затаив дыхание, Кэтрин наблюдала, как Хепберн разговаривает с новым королем Англии. Она увидела, как Яков заулыбался, потом рассмеялся, потом кивнул головой в знак согласия. “Он и королем манипулирует?”
— Брюс, ты где? — крикнул король. — Сейчас мы будем праздновать нашу первую свадьбу. — Когда Эдвард Брюс, аббат Кинросс выступил вперед, Яков обратился к нему: — Давай проводи церемонию, и я отпущу счастливых молодоженов.
Прикрыв рот рукой, Кэтрин порозовела.
“Патрик пообещал, что король поженит нас сегодня, но я ему не поверила”. Оглядевшись, она вдруг поняла, что вокруг столпились члены ее большой семьи.
Ее в щеку поцеловала Филаделфия.
— Ты самая красивая невеста, какую мне только довелось увидеть, моя дорогая.
Тетка Бет сияла, как и ее муж Джордж — новый лорд Хансдон. Поздравляя, она с силой хлопнула Хепберна по спине.