Сила юности, магии и куная (СИ)

— Н-не знаю, сэр, — покраснел и начал заикаться Уизли.
— Родителям скажешь, чтобы купили новую, — безапелляционно заявил Сириус, вернув Рону его палочку. — Теперь идите в башню факультета и не высовывайтесь оттуда до конца моего экзамена.
Он весело сверкнул глазами и подмигнул мне.
Ну да, экзамен его мечты.
Примечание:
*В каноне «болотных фонарников», или хинкипанков, изучали на третьем курсе, но, подозреваю, что только потому, что на втором их почти ничему не учили.
  
Глава 13. Конец второго курса
 
3 июля, 1993 г.
Шотландия — Англия, «Хогвартс-экспресс»
Вчера у нас был последний пир и подведение итогов года. Дэниел, как и остальные семикурсники, закончил Хогвартс, а их «Жутко Академическая Блестящая Аттестация» — ЖАБА — сдавалась в Большом Зале в конце экзаменационной недели. Только, в отличие от СОВ пятикурсников, оценки выпускникам поставили сразу. Дэниел сдавал нумерологию, маггловедение и обязательные предметы, и по всем из них получил высшую оценку «Превосходно».
Гриффиндор, кстати, к радости Хигэканэ, который и не думал это скрывать, снова по количеству кристаллов выиграл школьные соревнования. Так что цвета зала остаются ещё на год золотисто-алыми.
Уизли снова не повезло. Рон на итоговый письменный экзамен ответил вроде более-менее, и с практикумами почти по всем предметам у него вышло «выше ожидаемого», а вот Сириус поставил ему только «удовлетворительно». То ли из-за того, что Уизли яблоко съел и уши отрастил, то ли крёстный прознал, что Перси брату «помог», то ли из-за палочки. И, так как у Рона не было ни одного «превосходно», то «прикрыть» оценку по ЗОТИ было нечем. Среднего балла опять не вышло. Контракт продлился до следующих Рождественских срезов.
Рыжие близнецы, кажется, брата уже и не ругали, они загорелись каким-то проектом и им было не до шалостей. Рон тоже вроде бы не очень сильно расстроился из-за этого «удовлетворительно», зато попросил Сириуса написать про палочку своим родителям.
Даже и не знаю, по какой причине старший брат Рона — Чарли — отдал ему свою палочку, вроде бы у волшебников так не принято. Многие, насколько я понял, покупают палочку перед поступлением в Хогвартс и всю жизнь пользуются. Впрочем, Хагрид говорил, что его в заповедник драконов приняли с распростёртыми объятиями, потому что на него плохо действует магия, сильнейшими проводниками которой являются драконы. Кажется, у драконологов палочки то ли запрещены, то ли какие-то специальные, чтобы от магии драконов не портились. А Чарли, насколько я помню, работает именно в заповеднике. Может, именно поэтому он отдал Рону свою палочку?
Как оказалось, о разных нюансах с палочками волшебники в большинстве своём не очень-то знали и вникали. Покупали и всё. Во всей Британии было всего двое специалистов — мистер Оливандер — любитель проехаться по мозгам и нагнать таинственности, и тот, у которого я палочку из вишни с рогом дракона купил и «обманку» из остролиста. А Сириус как раз накануне изучал книгу, готовился к будущему ученичеству. Свойства материалов и их совместимость едины для любого магического артефакта, а палочка как раз один из самых распространённых. И при всём этом о своих магических инструментах волшебники крайне мало знают.
Кстати, Невилл, когда узнал ту историю с Уизли, на наших посиделках с Сириусом показал свою палочку, которая его отцу принадлежала. Оказалось, что та сделана из акации. Сириус порылся в книгах и зачитал нам, что эта древесина для палочек зачастую отказывается творить волшебство для тех, кто не является их настоящим хозяином. И такой палочкой сложно пользоваться, особенно если настоящий хозяин жив и палочка не была захвачена, скажем, в магической дуэли. Мне показалось, что Невилл едва сдержал слёзы. Сириус написал письмо и миссис Августе, посоветовал ей подобрать для внука его палочку, которая будет слушаться только Невилла.
Лонгботтом был рад, так как с чарами у него складывалось с переменным успехом, да и трансфигурация давалась с трудом. Иногда всё нормально получалось, а иногда — нет. Видимо, всё же дело было в этой самой акации, так как я ощущал у Невилла вполне нормальный потенциал, не меньше, чем у Драко или Блейза. Да и на той же гербологии, когда не нужна была палочка, а как бы ты магию пропускаешь через растения, у Невилла лучше всех получалось. Не зря же наши мандрагоры были такими мясистыми и увесистыми. Я их — всех четырёх — углядел потом в лаборатории Снейпа-сенсея: узнал по меткам и внешнему довольному виду. Сенсей их себе взял для того, чтобы зелья для нашего Больничного крыла делать и насушить для уроков зельеварения. Но это, с его слов, уже после того, как все студенты на каникулы разъедутся. Тогда я про свиток для хранения быстропортящегося рассказал — пока только в теории — он заинтересовался и сказал, что «в деле». К тому же, сенсей уже успел написать этому своему знакомому из Греции, который держит ферму магических животных и растений — мистеру Зервасу, по поводу приобретения самки цербера. Но пока тот ничего не ответил.
 
В любом случае, Снейп-сенсей будет в Хогвартсе до семнадцатого июля, чтобы подготовить растения из теплиц и в положенное время сходить к Годрику за ядом. К тому же, в последний раз, в июне, василиск мне сказал, что у него всё чешется и, скорее всего, в этом месяце у него будет очередная линька. Так что сенсей не хотел этого пропустить и готовил специальное масло, чтобы выползок хорошо сохранился и не потерял своих свойств. Всё же тот, который мы нашли, старый, и хотя его можно было в качестве ингредиентов использовать, но часть свойств была потеряна.
Сириус хотел на каникулах пожить в Годриковой Лощине, устроить мне что-то вроде «последних развлечений с крёстным», впрочем, я надеялся, что мы всё-таки навестим Блэк-хаус и портрет леди Вальбурги.
В последний день пасхальных каникул я уговорил Сириуса оформить подписки на газету «Ежедневный Пророк» и женский журнал, про который всё Локхарт рассказывал — «Ведьмополитен», чтобы периодику откуда-нибудь мог забирать эльф. Кричер, как оказалось, читать не умел, но у леди Вальбурги такой проблемы не было. Хоть какое-то развлечение — узнать новости магического мира и сегодняшнее число.
В тёмный коридор я затребовал кушеточку, столик и нормальный светильник, чтобы можно было посидеть, поговорить, а на столе положить газеты. Кстати, как оказалось, магии портрета хватало даже на то, чтобы переворачивать страницы книг и журналов. Благодарностей мы от леди Вальбурги не услышали, но я видел, что она оценила, а когда мы уходили, даже попрощалась с нами и сказала Сириусу: «береги себя и Гарри, сын».
Крёстный всё равно не очень-то хотел контактировать с матерью, но прогресс уже был в том, что он не отказал в подписке и даже начал с ней здороваться, когда мимо проходил. Проходил редко, но всё же.
Впрочем, я прекрасно понимаю, где тут собака зарыта. «Мародёры» куролесили в Хогвартсе десять месяцев в году, безнаказанно, даже чуть ли не с поощрениями, а потом Сириус приезжал домой и его родители, ужасаясь поведению ребёнка, начинали его «строить» и «перевоспитывать». А разве подростку это понравится, да ещё такому «свободолюбивому» и разбалованному вседозволенностью, как Сириус? Конечно нет. Он ещё больше назло делал. Отсюда и все конфликты, недопонимания, ссоры. Плюс крёстному было куда уйти: друзья, куча родственников, не все из которых были «снобами». Он не был ограничен деньгами, не знал нужды, не чувствовал ценность семьи. Его тянуло на приключения, к тому же он с отцом Гарри типа «сражался со злом». А если учесть, что характер леди Вальбурги тоже не сахар, и методы «перевоспитания», как я подозреваю, сводились к нравоучениям, тотальному контролю и тирании, то в итоге имеем то, что имеем.
 
Но в Блэк-хаус мне надо было в любом случае. Проведать леди — это раз, надо налаживать контакты, вот и лабораторию фамильную показала, глядишь и с библиотекой что-то решится. Потом Невилл всё переживал насчёт эльфэуков, надо было хотя бы посмотреть на наш и убедиться, что с ним всё в порядке — это два.