За пределом (том 3) (СИ)
В этот момент в комнату вошли, сладко позёвывая, Саки с Эйко и Дуся.
— Кому-то пора менять памперсы и кушать, — пробормотала сонно Саки, направившись к холодильнику. — Дусь, пожалуйста, подогреешь покушать нам?
— Ага-а-а… — зевнула она.
Начался новый день. Засуетилась моя квартира, наполняясь жизнью, разговорами и смехом. Вот уже через полчаса мы завтракали вместе, переговариваясь, обсуждая последние новости и не вспоминая, что у нас есть за спиной.
И глядя на них, я понимаю, что все мы когда-то были чьими-то невинными цветками жизни, у которых было великое будущее, беззаботными и не знающими горя. Но оказавшись однажды в дерьме из-за случая, мы вынуждены были стать либо убийцами, либо жертвами — здесь не существует середины. И вот мы уже те, кем нас никто до этого не видел, сохранившие в себе тот маленький кусочек прошлой жизни, который иногда проглядывался на свет.
Я хотел бы, чтоб подобные им никогда с этим не сталкивались. Чтоб никогда таким, как Бурый, не пришлось им помогать. И чтоб у таких, как Бурый, не случалось того, что их толкает на подобное. Но это замкнутый круг. Не удивлюсь, если сам уже успел породить нескольких таких, как он, Пуля или я сам.
Поздно просить прощения, остаётся лишь жить дальше. Кто-то будет жить с радостью, гордясь собой, своими «достижениями», не замечая ничего вокруг: ни того, как изменились другие, ни того, как изменились они сами. А кто-то будет всё понимать и идти дальше, потому что уже не может остановиться. Потому что мы уже не сможем отказаться, стали такими, какие есть, и этого уже не изменить ничем и никем.
Мы смеялись и разговаривали, будто ничего не происходило, будто всё было так, как должно быть — молодые радуются своей молодости, не боясь о будущем. Внутри каждого из нас из-под твёрдой корки, наращённой за это время, пробивались те самые лепестки цветов, которые спрячутся, стоит нам покинуть эту квартиру.
Потому, когда они уходили один за другим, я чувствовал тоску.
Меня целовали в щёку, обнимали, хлопали по спине и поздравляли на прощание, а я улыбался в ответ, кивал головой и благодарил. Честно, от всей души, искренне, насколько только мог, после чего закрыл дверь и ощутил… пустоту.
Я скучал по нормальной жизни, по нормальным людям и нормальному общению, где не надо выбирать. Естественно, уже привык держать себя в руках, хладнокровно делать дело, не оглядываясь по сторонам. Не думать, быть уверенным в собственных решениях и отстаивать их как прописную истину. Но это так и не избавило меня от сомнений, которые иногда обрушивались на голову и задавали один простой вопрос:
Ты уверен?
* * *— Ладно, звоню, — вздохнул я, набирая номер телефона того, кто купит у нас товар. — Как девчонка выглядела?
— Ну… там скорее уже женщина была, — ответил Джек. — Как и все бабочки выглядела.
— То есть солдат, кто-то из такого ранга.
— Ну типа да. Я предложил, она сказала, что сначала спросит. Позвонила, поговорила, потом сказала звонить на этот вот.
Мы стояли на улице, недалеко от центра Нижнего города, отойдя от дома подальше. У меня ещё будет время потом доехать до школы, занятия в которой начинались заметно позже из-за первого сентября. Если номер будут отслеживать, что вряд ли — номера чистые, за них вряд ли кто-то хватится сразу, то они всё равно ни к чему не выйдут. К тому же, для прослушивания нужно было разрешение. В нашем мире, естественно, этим могли и не заморачиваться некоторые личности, однако не когда речь шла о преступлении и официальном расследовании. Иначе говоря, им надо было бы получить разрешение на прослушивание совершенно нового номера, будучи уже уверенными, что мы будем звонить с него по поводу продажи наркотиков.
— Ясно, — кивнул я.
На другой стороне трубки послушались гудки.
Первый… второй… третий… че…
— Алло-алло, Ишкуина о-о-очень внимательно вас слушает, — раздался игривый голос на другом конце номера.
В какое-то мгновение меня посетила мысль, что нас просто разыгрывают, настолько голос не соответствовал тому, что я предполагал услышать.
— Эй, вы там уснули или дрочите на мой голос? — позвала она грубо, но я отчётливо слышал в нём смех. Девица на другом конце трубки явно прикалывалась.
— Добрый день, — наконец начал я. — О нас вам должны были сообщить. Мы звоним по поводу нашей возможной сделки.
— О-о-о… важная шишка-а-а… — протянула девица. — Большая… Ну давай, выкладывай, что ты хочешь мне впарить, только быстрее.
Я аж поморщился.
— Иначе говоря, вам не интересно наше предложение? — спросил я абсолютно холодным голосом.
— Ну конечно важно! Просто быстрее, а то все эти прелюдии утомительны. Сразу к делу! Насколько большой груз? Мне нравятся м-м-м… большие, знаешь ли.
Я поморщился от неудовольствия, но продолжил ровным тоном.
— Четыреста.
— О-о-о… — протянули на другом конце трубки. — Мне нравится всё большое… есть чувство наполнения. Знаете, ну типа чувствуешь себя хорошо, когда такой большой… товар… И сколько мы должны?
— Двенадцать, — назвал я цену, отталкиваясь от тридцати тысяч за кило.
— Многовато…
— Я могу пойти к бандам.
— Они не будут брать по столько. Давай лучше десять. Как тебе, нравится?
— Двенадцать.
— А я ещё и лично ноги раздвину, — поступило следующее предложение. — Может ты предпочитаешь в рот? В жопу? Или тебе нужно несколько девушек? Может… кого-нибудь помоложе? Прямо самых молодых?
— Двенадцать, — повторил я.
Личность на другой стороне явно игралась. Нет, она торговалась, конечно, но и не забывала получать от этого своё извращённое удовольствие. Я видел фотографию главы Бабочек и мог с уверенностью сказать, что это не её голос — возраст не совпадал. Там совсем ещё юная, возраста примерно Джека, может моложе, а главе было около сорока на вид.
Секретарша? Видимо. Интересно, на такую встречу она лично поедет или же отправит вновь эту… особу?
— Ну и злой ты, — фыркнула она. — Тогда может что-то ещё тебе нужно? Мы народ бедный, знаешь ли, выживаем как можем.
— Да, можете, — подумав, ответил я. — Снаряжение под бойца и ящиков десять патронов под пять сорок пять. Или так, или никак. Я могу обратиться к другим бандам.
— Но ты же понимаешь, что сейчас мы вместе, да? — голос стал поистине хитро-злодейским. — Они не смогут предложить больше. Однако насчёт патронов, думаю, мы сможем урегулировать вопрос.
— Снаряжение. Комбинезон, ботинки, маски, каски, бронежилеты, наколенники, налокотники, разгрузка, очки, перчатки, рация — на сто двадцать человек. Без излишеств, нам не нужно всё по последнему слову техники.
Вроде ничего не упустил, только одежда, только самое основное.
— Оно может выйти дороже, чем груз, детка. Да и откуда нам его взять?
— Банды. Ваши слова. У них точно есть, так как подобное — их профиль. Это вместе с патронами выйдет дешевле двух, если брать обычную цену и не самые новые варианты. Вы же выиграете намного больше. Сейчас кризис, нигде ничего нет, и они разойдутся куда дороже, чем обычно.
— Тц… ладно-ладно, детка, ты подготовился, признаю. Я узнаю всё и позвоню, как тебе идея? Можешь даже приехать, я лично приму тебя.
— Я сам перезвоню. Завтра в шесть. Буду ждать вашего решения, — и повесил трубку, после чего отдал телефон Джеку. — Вытащи симку и не включай его без меня.
— Да.
— Скажи парням, чтоб были готовы. Нам может понадобиться новый грузовик и какой-нибудь склад, где это можно выгрузить. Я тебе потом дам денег, поедешь и найдёшь такой. Сможешь?
— У меня нет таких знакомых, но может у знакомых знакомых есть или кого-то из команды. Короч, я разузнаю.
— Пожалуйста, — кивнул я. — А мне пока пора идти в школу.
— Хех, первый день? — усмехнулся он.
— Да. Не могу сказать, что не рад, — пожал я плечами. — Не буду мучиться от одиночества.
— Окей, но ты там поаккуратнее, если чё.
— Я всегда стараюсь быть аккуратным, — ответил я.