Зерг по имени Маша (СИ)

– Жучара, похмелись.
До Жучары не дошло, пока Маша не сунула одно его щупальце в корыто. Членистоногое сразу оживилось, заперебирало лапками, зашевелило щупальцами.
«Ой хорошо, – простонал Жучара. – Откуда это?»
– А, – Маша неопределённо махнула рукой в сторону жилища. – Своих надоила.
При этом доноры недобро выглядывали из входа и недовольно пофыркивали. Вероятно, статус бегающей колбасы или газированного автомата их не очень устраивал.
«Распустила я их, – подумала Маша, видя этот молчаливый протест. – У других сестёр они по струнке ходят, а я их балую. Вот они и отбиваются от рук».
Наконец Жучара утолил свой сушняк, а Степаша потащил корыто обратно в жилище.
«Спасибо тебе, мать стаи. Я не забуду твоего хорошего ко мне отношения», – сказал Жучара, и, быстро перебирая своими короткими лапками, на ходу собирая мутантов в утробу попытался смыться.
От такого финта ушами, Маша обалдела.
– Эй, жиробасина. Ты ничего не забыл?
«Пятый мутант где то потерялся. Но не беда, я себе ещё найду».
Маша закатила глаза. Мыли её были примерно следующие: «Если этот клоп-переросток с явно выраженными наклонностями алкоголика сейчас уползёт, то никакой дружбы между мной и общиной заразителей не получится». После известия о Пятой и Шестой сёстрах, у Маши серьёзно стала подгорать её матка, и она во всю задумалась о запасной посадочной полосе. Вогнать братство заразителей в долги - не самая худшая идея.
– Вы, мужчина, видимо забыли, что вчера называли меня сестрой, обещали холить и любить меня, а также жестоко покарать моих обидчиков.
«Я такое обещал? Не помню», – Жучара был удивлён.
– Не помните? И как щупальца свои шаловливые распускали, тоже не помните? – Маша сделала вид что плачет. Жучара, наверно, первый раз в своей долгой жизни почувствовал неудобство. – Учтите, у меня есть свидетель! Вон, Степаша подтвердит.
Трутень ничего не понимал, но очень энергично закивал.
«Эм–м–м, ну, я прошу извинения от лица нашей общины, если сделал что–то не так», – всё же нашёл, что сказать, Жучара.
– Значит, уговор в силе?
«Да, – уверенно заявил Жучара и неуверенно спросил. – А какой?».
– Ну как? – сделала вид что удивилась Маша. – Мы же вчера договорились: я решаю вашу продовольственную проблему, а вы в ответ оказываете мне любую услугу на мой выбор, и вообще, мир дружа, жвачка. Ага?
Вообще никакая услуга Машу не интересовала, но помогать и ничего не просить в замен - это не по-капиталистически. Вторая сторона переговоров не поймёт, а может даже что-нибудь заподозрит нехорошее.
– "Ага, – побулькал Жучара, видимо понимая, что «любая услуга на выбор» - это слишком размытый ориентир, и попросить за это можно всё что угодно. – Я действительно такое пообещал?"
– Ну мы же вчера побратались! Ты меня сестрой называл.
«Да?» – в очередной раз затупил Жучара. Мозги у него явно перегревались, никогда раньше в жизни он столько не дума. И мир до того момента, как он встретил эту ненормальную мать стаи, казался таким простым - вот друг, о нём надо заботиться, все остальные - враги их надо убить и высосать их мозги. А тут какие-то союзы, братания, новые родственники, всё слишком сложно. «Надо будет отвести её к братьям, пусть они решают» - подумал Жучара и протелепатировал:
– «Сестра, я не могу в одиночку принимать такие важные дипломатические решения».
– Ну так в чём проблема? Я только дом закрою. И это. Задрали вы меня уже со своими сестринствами и братствами. Я будто в ваху попала, а не в старкрафт! Вы ещё в ордена космодесантников и сороиток переименуйтесь. В общем, Жучара, зови меня Машей.
«Маша - масть стаи зергов?» – уточнил Жучара.
– В точку.
Сразу они не отправились. Маше надо было сначала подготовиться, назначить своему зверинцу программу поведения. Караульную службу они могли нести и самостоятельно, если правильно их запрограммировать.
– Та–ак, скотину выгуляла, газ и свет отключила, дверь заперла, – на ходу отмечала Маша, просто так, по привычке. Газа и света здесь у неё не было, а местные гости приходят без приглашения и заходят, не стучась, тем более, их точно не остановит тонкая кожаная мембрана. А вот несколько авторских зерглингов и гиблинг могут. – Степаша остаёшься за главного, так что не давай этим спуску.
 
«Эти» плотоядно скалились из входа в жилище. Степаша неуверенно покосился в сторону входа и проскрипел что–то невразумительное.
– Не очкуй. Будут борзеть, напомни кто их кормит. Один раз не покормишь, второй раз вежливее будут.
Зерглинки скалились уже не так плотоядно, а Степаша переводил взгляд с зерглингов на хозяйку. В конце концов что-то там проскрипел, помахал клешнёй и убрался в домик. Видимо, придумал себе какое то дело.
В гости к заразителям Маша не собиралась брать свиту вообще. В пути она надеялась прежде всего на способности Жучары. Один на один заразители просто имбовые. Маше ещё повезло, что она появилась с бонусом в псионике, и местным мозгоправам теперь не по зубам. Ну а если станет совсем туго или заразители вместо тёплой встречи попытаются высосать её мозги, то она просто уйдёт в инвиз и вернётся домой. Смерти она не боялась, во-первых, потому что один раз уже умирала, во-вторых, благодаря способности «Дар Абатура, личинка бессмертия», она может возродиться, правда, проверять эту способность не очень хочется.
А путь до общины заразителей - это отдельная сказка. Для начала потому, что этот Сусанин членистое ногий (по другому к середине пути его уже язык называть не поворачивался) повёл её по таким буеракам, что будь у неё две ноги, а не шесть, она бы их обязательно поломала. Топать под проваливающемуся и осыпающемуся щебню было тяжело, особенно с полным брюхом биомассы, Маша специально наполнила его до предела, зная, что по прибытии на место надо будет работать, а биомасса - это не только еда, но ещё инструменты и стройматериалы. Правда, с заполненным брюхом передвигаться было тяжеловато, она и так весит как корова, а с заполненными под крышечку резервуарами вес доходил до семисот килограмм. И её физический объём, соответственно, увеличивался в полтора раза.
– Ху–ху мать твою! – периодически материлась Маша. – Да как Четвёртая вообще так живёт? Легче сдохнуть сразу, чем всю жизнь так мучиться.
Мало того, что путь был ужасно трудный и неудобный, так ещё этот Жучара постоянно выходил из поля зрения. Ему с его короткими лапками по такой зыбкой поверхности передвигаться вообще смерть, если бы не его способность окапываться. Он буквально плыл по щебню, наполовину погрузившись в грунт. О Маше он периодически забывал, поэтому каждые минут десять-двадцать ему приходилось напоминать, что он не один и исчезать под землёй полностью не надо.
– Достал! Стой на месте! – потребовала Маша от Жучары и стала забираться на его хитиновый хребет.
«Ой. Тяжело!»
– Кризис. Кому сейчас легко, – ответила она ему, понадёжнее цепляясь всеми шестью лапками за панцирь.
«Что ты делаешь?»
– Как что? Прокати меня, большая черепаха. Давай. Но! Вперёд! Цоп–цобе! – Маша выразительно похлопала Жучару по боку. – Пошёл.
«Уважаемая Мать стаи, а не могли бы вы своими ножками идти?»
– Нет, не могу, вдруг война, а я уставшая. Это тебе хорошо, ты к себе домой едешь. А мне ещё работать сегодня, причём работать на твоё, между прочим, светлое будущее. Так что вези меня, лесной олень, в свою страну оленью.
«Р–р–р бу–бу–бу», – видимо, попытался ругаться Жучара. Но, похоже, мата он не знал.
Таким образом, им получалось передвигаться быстрее и безопаснее. Потенциальные враги, дикие Зерги, видя такой стратегический «тандем», обходили их за километр. О том, что они приближаются к общине заразителей, Маша поняла по постепенно уплотняющейся концентрации заражённых пехотинцев-людей. Постепенно гуща заражённых, больше всего напоминающая бесцельно шатающихся зомби, стала напоминать центр города, в день какого-нибудь важного праздника. У некоторых мутантов в броню вросли их импульсные винтовки. Некоторые казались совсем новенькими, и одну такую Маша попыталась открутить вместе с рукой владельца. Мутанты такого поведения не поняли и попытались заступиться за своего товарища. Если бы не Жучара, на псионном уровне управляющий мутантами, то Маше пришлось бы уходить в инвиз. Кстати, зря сталась, винтовка в буквальном смысле стала продолжением тела мутанта, приклад и рукоять растворились, а управляющие механизмы соединились в мышцами и нервными окончаниями.