Все люди севера (СИ)

- Интересно, где он заканчивается? – восторженно выдохнула Улла.
- Он всё ещё крепко держит в своих тисках наши земли, - выдохнул Скалль. 
- Правда, он величественен? – тихо прошептала Улла. Она тоже завороженно вглядывалась в воду. – Мы никогда не замечали его в нашей воде, но он всегда был так близко, что… - Улла вытянула руку вниз, будто пытаясь дотянуться до кромки воды. Кожа её руки обветрилась и ссохлась, а тонкие пальцы выглядели, как безжизненные косточки. Но Улла продолжала тянуться к мерцающей чешуе Ёрмунганда.
- Так близко, что как будто мы всегда могли дотянуться до чудовищ и богов? – закончил за неё Скалль, ухмыльнувшись. Он следил за её бледной, почти прозрачной рукой. – Но это совсем не так. Наш мир всегда был очень далёк от мира богов, увы.
- От мира богов - да. Но Ёрмунганд был у нас под самым носом.
- Лишь потому, что Один запер это чудовище в Мидгардском океане.
- Людям стоит меньше жаловаться и причитать, - Улла фыркнула и прижала руку к груди, согревая пальцы. – Ведь если мы умираем, то всегда хотим попасть в Вальхаллу, где будем болтать о наших подвигах, а Один будет слушать и хохотать. Нас не привлекают другие посмертные чертоги, - она вздохнула. - Если мы молимся, то хотим, чтобы нас сразу услышал Тор, богов попроще нам не надо. Хотим женщин, похожих красотой на Фрейю, а мужчин прекрасных, как сам красавчик Бальдр, - Улла расхохоталась и даже повысила голос от веселья. Она распрямилась и вдохнула носом побольше морозного солёного воздуха, а взгляд устремила к горизонту. Скалль же при её словах даже не улыбнулся, а наблюдал за вёльвой, не проронив ни слова. – Из-за своей жадности люди пропускают всё, что им на самом деле даровали. Они умирают глупыми и обиженными, хотя могут познать мир, как боги.
- Что ты имеешь в виду?
- Всю жизнь мы мечтаем о встречах с богами и их дарах. А они у нас под носом, но мы не замечаем.
- Ёрмунганд – не дар богов, а проклятье для них и для нас, - заметил Скалль.
- Ой ли? – Улла прищурилась, разглядывая змея. – Он часть девяти миров, как и мы с тобой. Брошенный ребёнок своего отца, запертый навеки в маленьком мире людей, которые даже не обращали на него внимания…
Скалль ничего не ответил. Он вглядывался то в очертания колец змея, то в лицо вёльвы, которая погрузилась в свои мысли. Ему не хотелось подозревать её в жалости к чудовищам, но от того, с каким трепетом Улла говорила об огромном несчастном Ёрмунганде, которого они никогда не замечали, Скаллю тоже стало жаль громадное чудовище.
- Всё, что у него есть – эта битва, - вздохнула Улла. – Вечный сон, яркий миг сражения, а потом смерть.
И снова конунг ничего не смог ответить. Он молчал, разглядывая теряющиеся за облаками силуэты, надеясь, что эта картина надолго ему запомнится, потому что ничего прекраснее и величественнее он в своей жизни не видел. В молчании он оставил Уллу, чтобы вернуться на нос драккара и там надолго остаться в своих собственных мыслях.
***
Путешествие было очень медлительным. Они долго удалялись от берега, чтобы миновать множество торчащих скал, а потом выстроились в шеренгу и двинулись вдоль побережья. 
Улла практически всё время сидела на палубе возле мачты, закутавшись в одежды и натянув на себя одеяло. Мысли одна за одной лезли в голову девушки. Ей очень хотелось в полной мере ощутить ту властью, которую она теперь обрела, но на деле Улла ощущала только ужасный холод. Несмотря на то, что она сотворила настоящее чудо на глазах у сотен людей, сейчас они занимались своими делами. И принимали ее как должное, ровно как и Скалля. Это совсем не то, о чём она мечтала. 
Боги тоже молчали. 
Улла снова была покинута.
Вёльва вытащила из мешочка руны и кинула на палубу перед собой. Каждая руна повернулась к ней спиной. Деревянные предатели.
- Проклятье, - прорычала девушка и собрала маленькие деревяшки.
К ней незаметно подошёл Торгни. 
- Ну хватит мучать несчастных, - улыбнулся он, уже не раз наблюдая, как она проделывает этот бесполезный ритуал.
 
- А чем мне заняться? – пробубнила девушка.
- Пошли, - Торгни протянул ей руку. – Покажу тебе кое-что.
Улла пожала плечами и охотно приняла приглашение. На корабле ей было скучно, а если предстояло плыть так до самого юга, то она вскоре начнет злиться. Торгни подвёл её к носу драккара, миновав всех гребцов, и ткнул пальцем на Бога Грома. 
- Видела его пояс? – спросил Торгни.
- Да, - Улла закуталась в накидку сильнее. 
- Это Мегингъёрд, - пояснил мужчина. – Пояс силы. На нём изображены величайшие подвиги Тора, которые теперь подпитывают его мощь в сражениях. 
Улла ткнула пальцем в пояс и спросила:
- Что это за подвиг? Вон там слева.
На металлической круглой пластине был изображён Бог Грома, опустившийся на одно колено перед страшной женщиной, держащей его за голову. 
- Не выглядит как что-то великое, - хихикнула Улла. 
- Не смейся над Тором, - вполне серьёзно обиделся Торгни, нахмурив брови.
Улла прижала ладонь ко рту. Конечно, она не имела права смеяться над богами, но соблазн был велик. К тому же Торгни так забавно обижался, что девушка просто не могла сдержать улыбку. 
- Это история о том, как Тор победил старость, - Торгни смотрел на бога взглядом, полным любви.
Улла перестала улыбаться. Этот взгляд, которым воин смотрел на своего бога, завораживал её. Помимо любви в нём было очень много боли. 
- Это произошло в Утгарде. Городе в мире великанов. Он не подчиняется законам или порядкам. Этот город… Или правильнее его назвать мир колдовства, который существует параллельно всем известным нам мирам. Тор и его друзья однажды пали туда, а правитель этого мира, Утгарда-Локи…
- Как Локи? – хмыкнула Улла.
- Как Утгарда-Локи, - серьёзно поправил ее Торгни. – Он решил испытать их. Было много сражений, но одно из них было самым суровым. Утгарда-Локи предложил Тору сразиться со своей нянькой Элли, которая выглядела старой и очень слабой женщиной. Тор вступил в бой, но проиграл. Элли схватила его за голову и опустила несчастного на одно колено.
- Так какой же это подвиг? – фыркнула Улла.
Торгни покрутил языком во рту, а потом благоговейно выдохнул:
- Элли была великаншей, которая воплощала собой саму старость. Тор уже расстроился, что проиграл, но Утгарда-Локи аплодировал ему и закричал в восхищении: «Старость еще никого не оставляла в живых! Но тебя заставила лишь приклонить колено». 
Торгни глубоко вдохнул и замолчал. Улла тоже притихла, задумываясь о великом смысле этих слов.
- Да, это звучит как величайший подвиг, - улыбнулась она.
Тор тем временем повернулся к ним другим боком, будто специально хвастаясь всеми своими подвигами. Теперь можно было разглядеть, как Тор держит над головой пылающий камень, собираясь кинуть в великана, испуганно вжавшего голову в плечи.
- О, я знаю! – воскликнула Улла, напугав Торгни. Она радостно откинула капюшон, будто это позволит ей внимательнее разглядеть бога. – Тор кидает раскалённое железо в Гейррёда, - глаза Уллы сверкнула. – Проклятый великан и его дочери пытались погубить Громовержца, подговорив Локи привести его без оружия. 
- Да, и правда, - Торгни довольно улыбнулся. 
Улла заметила, что несколько любопных лиц повернулись в их сторону. Поэтому Торгни решил повысить голос и рассказать одну из своих любимых историй:
- Высоко летал проказник Локи на соколиных крыльях в небе, но всё-таки недостаточно, - на его громкий голос обернулось ещё больше людей. Среди них были мальчик и девочка примерно лет десяти. Вот для них-то Торгни и разошёлся на славу: - Но великан Гейррёд расставил свои ловушки, чтобы поймать нахального бога. Когда же Локи всё-таки попался, что, конечно, больно ударило по его самолюбию, - ведь Локи ой как не любил попадаться в чьи-то ловушки, - то он умолял великана отпустить его! Гейррёд согласился. Но за большую цену. Он потребовал, чтобы Локи привёл к нему в дом Тора без оружия. Гейррёд хотел сразить Громовержца! - Торгни щёлкнул пальцами перед собой, а дети, слушающие его, вздрогнули от этого жеста.