Богини судьбы

– Насколько я понимаю, Йору прячется все лучше, – произносит Ноа. – Мне долго пришлось искать, прежде чем я его обнаружил.
Я быстро оглядываюсь, но нигде его не вижу. Впрочем, для меня это не новость. Я, кажется, вообще плохо умею находить духов ключей.
– Не знаю, – отвечаю я. – Я почти не вижу его, когда он идет за мной. Но зато у меня развилось своего рода чутье. Чувствую, что он рядом.
Ноа кивает, словно прекрасно понимает, о чем я говорю.
– Это хорошо, – произносит он. – Похоже, ты делаешь большие успехи.
– Не без твоего участия, – добавляю я.
Он отмахивается:
– Я рад тебе помочь. Хотя разговаривать с тобой мне нравится больше, нежели сходиться в схватке. Но если тебе хочется именно этого, то я готов.
– Лучше не надо, – откликаюсь я. – А где Рейн?
Ноа кивает направо, в сторону переулка с множеством припаркованных машин:
– Прячется в тени за стеной.
Даже сейчас мне его не видно.
– Мастер маскировки, – смеюсь я.
– Годы практики, – говорит Ноа и дарит мне теплую улыбку.
– Спасибо, что ты пришел, – отвечаю я и сглатываю комок в горле.
– Пусть ты пока отказываешься до конца в это верить, я твой друг. Я рядом, когда нужен тебе. И не страшно, если ты не хочешь обсуждать со мной то, что тебя сейчас мучает. Я понимаю, что после всего случившегося твое доверие ко мне не очень-то велико. Но все равно рад, что ты позвала меня и теперь мы тут. Вдруг это поможет тебе отвлечься.
Я вскидываю голову и пораженно смотрю на него. Ноа прав, теперь я это понимаю. Мне нельзя рассказывать ему о Хлое и об остальных событиях. Так я, возможно, сообщила бы ему сведения, о которых он знать не должен. Он нокту.
– Тереза, – негромко произносит Ноа и останавливается. Ноги перестают меня слушаться и как по команде застывают на месте. Он осторожно приближается ко мне и кладет руки мне на плечи. – Ты не обязана ничем со мной делиться, если не хочешь. Но, разумеется, я бы хотел, чтобы ты открылась, потому что вижу, как тебе плохо, и готов тебя поддержать.
Ноа медленно гладит меня по щеке. Его пальцы такие мягкие и нежные. Он стирает слезинку, и я удивленно поднимаю глаза, потому что даже не замечала, что плачу. Осторожно я поднимаю голову и смотрю в лицо Ноа, кажущееся мне таким открытым, добрым и теплым. В этот миг я вижу только человека Ноа, не нокту, не носителя ключа и тем более не врага. Он друг, который хочет поддержать меня, а в последнее время был единственным, кто всегда и все мне рассказывал и не имел от меня секретов.
Его ладони ложатся мне на щеки, защищают, дарят тепло и безопасность. По моему телу разбегаются мурашки. Какое сладкое, успокаивающее и освобождающее ощущение. Я чувствую, как по щекам бежит все больше слез, и слышу свой тихий всхлип. Будто на свете не может быть ничего более естественного, Ноа притягивает меня к себе, крепко обнимает, и я наконец больше не чувствую себя одинокой.
– Хлоя мертва, – в итоге выдавливаю из себя я.
Ноа медленно кивает:
– Так я и подумал.
Я изумленно поднимаю голову:
– Что? Но как?
У него на губах появляется улыбка.
– Ты, видимо, забыла, что я тоже часто бываю в больнице. И замечаю больше, чем можно себе представить. Хлоя уволилась без предупреждения, в ее письме говорилось что-то о другой работе и срочном переезде – не очень-то правдоподобно, если тебе интересно мое мнение, хотя администрации этого хватило.
– Но…
Он качает головой, и его дыхание танцует на моей коже.
– У нас было смутное предположение, что с Хлоей что-то не так. Но в конце концов темпес оказались быстрее.
– Вы тоже ищете богинь. – Теперь мне вспоминаются слова мистера Коллинза.
Ноа кивает:
– Да, ищем.
Я рада, что он больше ничего не объясняет, а просто открыто это признает.
– Темпес узнали про Хлою от меня. Это я виновата, что она сейчас… Она покончила с собой у меня на глазах, и я просто не могу выбросить это из головы. Каждую ночь мне снятся кошмары, и я слышу одни и те же слова.
Ноа обнимает меня крепче, сильнее прижимает к себе. Мое лицо словно само собой утыкается в его рубашку. Я вдыхаю его запах. Вот бы это продолжалось вечно. Больше никаких границ между нами, никакой вражды.
 
– Не вини себя. Хлоя знала, что делала.
Конечно, Ноа прав, и все же я понимаю, что Хлоя считала иначе. Смотри, смотри внимательно. Она желала, чтобы я никогда не забывала о своей причастности к ее кончине.
– Я догадывался, что рано или поздно ты узнаешь о богинях. Все-таки ты видишь нити судьбы. Было просто вопросом времени, когда ты встретишься с кем-то из богинь.
В этот момент у меня что-то всплывает в памяти. Я поднимаю глаза, вспомнив его слова. Когда Ноа напал на нас с Эйденом, он сказал: «Готова ли ты продолжать этот путь? Ты и понятия не имеешь, что все это значит. Подожди, пока не предстанешь перед богиней. Может быть, тогда ты узнаешь правду? Я лишь надеюсь, что не ошибся на твой счет».
Я немного отстраняюсь от Ноа, чтобы видеть его лицо.
– Вот почему ты тогда упомянул богинь. – Он знал, что если я столкнусь с ними, то неизбежно пойму, что они такое на самом деле и как поступают с нами, людьми. А еще мне становится ясно, что он уже тогда, должно быть, знал о моем даре или, по крайней мере, подозревал. И надеялся, что мне откроется правда о собственных способностях.
Наши взгляды встречаются. Его глаза такие яркие и ясные – искренние, как открытая книга, мне нужно лишь захотеть ее прочитать.
Ноа кивает:
– Когда-то богини судьбы были могущественны и добры. Но сегодня они, увы, уже не такие, как прежде. – Он гладит меня по волосам, каждое движение дарит чистое утешение, уверенность и поддержку. У меня ускоряется пульс, когда я тону в глазах Ноа и нахожу в них то, в чем так отчаянно нуждаюсь в эту секунду.
– Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. В том, чтобы просто лишить кого-то жизни, нет ничего хорошего. – Последние слова звучат не громче вздоха, и я замечаю в чертах его лица глубокую боль, которую он сам носит внутри себя. Ему тоже нелегко отнимать у кого-то жизнь. Даже если тем самым он избавляет людей от невероятных страданий, каждый раз на его душу все равно ложится груз вины. Что ему пришлось вынести за свою жизнь? Насколько высокую цену ему пришлось заплатить за то, что он нокту? Ноа переживал и сам совершал такие вещи, которые не отпускают его по сей день и о которых он никогда не забудет. Ясно одно: он не хладнокровный убийца, каким я его считала. Он такой же человек, как и я, который ужасно страдает. Который совершал страшное – как и я. Мы оба никогда об этом не забудем. Мы похожи друг на друга больше, чем думали, и стали ближе, чем я когда-либо могла себе представить.
Я медленно глажу его по волосам, не отрываю от него взгляд. Теплые глаза, открытые и честные, как спокойное море. Мне хочется утонуть в нем и разделить всю нашу боль.
Немного подавшись вперед, я чувствую у себя на губах его опьяняющее дыхание и покалывание где-то глубоко внутри. Еще один взгляд, и я накрываю его чудесные губы поцелуем. Во мне все переворачивается, когда я сильнее прижимаюсь к нему и нежно глажу его грудь. В этот миг мы две израненные души, которые нашли друг друга.