Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд (СИ)

— Ну, пап, я как космонавт, — дергает себя за ворот Макс, пытаясь расстегнуть кнопки.
— Нормально, не трогай, — не сдается Адам и убирает руки сына.
Передает мне нашего мальчишку, и я обхватываю маленькую ладошку. Туманов порывается обратно к машине, чтобы собрать близняшек, но, покосившись на меня, хмурится и в пару шагов оказывается рядом. Накидывает капюшон пальто мне на голову, будто на секунду перепутал меня с детьми — и машинально продолжил выполнять программу «идеального отца».
— Дождя почти нет, — усмехаюсь я. — И до автосервиса рукой подать, — указываю на вход, у которого мы припарковались. — Скажешь, зачем мы здесь?
Вместо ответа получаю легкий поцелуй в щеку.
— Увидишь, — отмахивается Адам, чмокает неповоротливого Макса в лоб, а затем ныряет в салон за Васькой и Ксюшей.
Мы многозначительно переглядываемся с сыном, понимающе киваем друг другу и одновременно тяжело вздыхаем. Подмигиваю малышу, все-таки чуть ослабляю ему воротник, пока папочка не видит.
— Принцессы, — довольно зовет Адам на удивление послушных девочек и помогает им выбраться из машины. Ставит мазду на сигнализацию. — Идем внутрь. Тебя это тоже касается, — взглядом стреляет в меня, и я спешу следом, увлекая за собой Макса.
В автосервисе нас встречают мой отец и его партнер по бизнесу Тимур.
Адам спешно пожимает им руки — и тут же присаживается перед детьми, чтобы избавить их от одежды. Помогаю ему, ведь надо ускорить процесс, потому что в помещении очень тепло.
— Сергей, все готово? — обращается Адам к моему папе.
Они быстро нашли общий язык, забыли все склоки и общаются, скорее, как старые добрые друзья, чем как тесть с зятем в классическом понимании.
— Конечно, — отец важно указывает на новый белоснежный автомобиль семейного типа, который красуется посередине помещения. — С Тимуром выбрали, обсудили, все требования учли. Пригнали из салона сюда, чтобы ребята проверили и примочек разных установили. Как я и обещал, мой вам свадебный подарок, — гордо улыбается, довольный собой.
— А что насчет… — Туманов косится на Тимура. — Твоего лучшего работника? — уточняет загадочно.
— Ева на месте, готовится, — кивает куда-то за спину.
Пытаюсь заглянуть через его плечо и рассмотреть, о ком он говорит, но широкая фигура заслоняет весь обзор. Тимур выглядит как огромный медведь, вышедший из берлоги и попутно разворотивший ее. Но он преображается, заметно смягчившись, когда позади него доносится женский голос и тихие шаги.
— Девчонка, что ли? — разочарованно тянет и кривится Адам, и я возмущенно толкаю его локтем в бок.
— Мастер своего дела, — бурчит Тимур, защищая сотрудницу. — Эскиз принесли? — вопросительно смотрит на нас обоих, но я лишь ресницами растерянно хлопаю.
Адам не посвятил меня в свои планы. Зато тройняшки, судя по всему, в деле. Васена толкает плечом Ксюшу, достает из кармана сложенный листок бумаги, через Макса передает его Адаму. Все вместе они переглядываются заговорщически. И вручают «эскиз» Тимуру.
— Мне не хотите показать? — свожу брови недовольно.
— Сюрприз, — и вчетвером разводят руками. Упираю кулаки в бока. Однако Адам, усмехнувшись, обнимает меня за талию и притягивает к себе.
Не успеваю возмутиться, так как нам подлетает невысокая брюнетка. В джинсах и футболке с разноцветным принтом. Худая, хрупкая, воздушная, она выглядит маленькой феей рядом с мощным Тимуром. Смахивает челку со лба, здоровается с нами.
— Тимур Викторович, я могу приступать? — выхватывает у него рисунок, разворачивает и рассматривает задумчиво. Секунда — и она расплывается в нежной улыбке. — Это вы авторы, я правильно понимаю? — взмахивает листком и опускается на корточки перед тройняшками. — Не хотите мне помочь, маленькие художники? — подмигивает им, а они ко мне поворачиваются. Разрешения ждут.
— Сначала расскажите, что задумали? — ставлю условие.
— Я нанесу аэрографию на бок автомобиля, — поднимается, вытягиваясь по струнке. — Основой послужит рисунок ваших детей, который я усовершенствую.
Ева осекается, когда к ней подлетает мальчишка лет трех, обнимает за ногу.
 
— Ой, а это мой помощник, — виновато признается и на Тимура косится. — Не с кем было оставить.
— Работайте, Ева, — отдает сухой приказ, но все же мальчонке посылает улыбку.
— Художников отпустите? — уточняет фея у меня.
— Безопасно? — недоверчиво изгибаю бровь, когда Ева выдает детям маски.
— Ну, ма-ам, — топают ножками тройняшки, натягивают на себя респираторы и шумно дышат в них. Пыхтят, как ежики.
— Да, конечно, не беспокойтесь, — машет ладонями. — Мы только контуры нанесем, а остальное я сама дорисую. Мне потребуется несколько дней — касается пальчиком подбородка. — Думаю, послезавтра сможете уже забрать.
Девушка отдаляется вместе с детьми, болтает с ними по дороге. А я только сейчас замечаю, что Адам застыл, как памятник. Провожает удивленным взглядом Еву, нервно сглатывает. И раньше я бы приревновала его к очередной юбке, но… Я слишком хорошо узнала своего мужа, чтобы понять, что в данный момент он озадачен чем-то.
— Тимур, а разве она… не похожа на твою жену? — хрипло проговаривает. И выглядит, будто с призраком только что столкнулся.
Тимур поднимает ладонь, прерывая речь друга. Напрягается весь.
— Совпадение, — бросает отрывисто и, достав телефон, выходит на улицу.
Кажется, он просто нашел повод закончить неприятный разговор и покинуть нас. Следом за ним из автосервиса выходит и отец, оставляя нас с Адамом.
— Что это было? — шепчу недоуменно.
— Странные дела, — потирает подбородок Туманов. — У Тимура жена погибла четыре года назад.
Я голову понуро опускаю.
— Страшно. Не представляю, как он пережил.
— А эта девчонка… — продолжает он и указывает в сторону машины, вокруг которой трудятся Ева и дети. — Она словно ее копия.
— Случайность. Ведь Злата тоже была похожа на бывшую жену Марка, ты сам мне рассказывал, — напоминаю ему.
— Не настолько, — хмуро испепеляет Еву взглядом, но потом, будто очнувшись, крепче прижимает меня к себе. — А у меня для тебя еще один сюрприз, — лукаво приподнимает уголки губ.
— Тоже не скажешь, какой? — отрицательно качает головой. — Вы с тройняшками сговорились против меня! — бубню, хотя не обижаюсь. Я рада, что они без проблем наладили контакт.
— Нет, наши дети тоже не в курсе, — Адам садится на диван и устраивает меня рядом. Обнимает за плечи. — Могу намекнуть, если поцелуешь.
Легко касаюсь своими губами его, но тут же отстраняюсь.
— Слабенько как-то, неубедительно, — морщится играючи.
Протягивает руку к моему лицу, ведет пальцами по скуле и щеке, сжимает подбородок. Набрасывается на меня, как изголодавшийся зверь. Не целует, а пожирает мой рот. А я подстраиваюсь под его напор и ритм. Кажется, начинаю привыкать к темпераменту мужа.
— Шикарная моя, — не жалеет комплиментов Адам.
Он будто старается повысить мою самооценку. И заодно доказать, что сам лучше и внимательнее бывшего. Соревнуется с моим прошлым, которое я прогнала прочь. Выбросила из головы. Окончательно успокоилась, когда узнала, что Макара по статье уволили из поликлиники, и он вынужден был бежать за границу. Значит, не нужно бояться, что он попадется моим детям в качестве врача.
— А ты мой единственный, — обвиваю руками шею Адама. Целую нежно губы, изогнутые в довольной улыбке. — Так что за сюрприз? — не унимаюсь я, хотя все плывет и дрожит после наших жарких объятий.
— Поздно, я передумал говорить, — хмыкает наглец. — Сама увидишь.
Откидывается на спинку дивана невозмутимо. Я же, хлопнув Адама по плечу, тут же устраиваюсь у него на груди. Слишком тепло в сильных руках мужчины, которому я всецело доверяю, чтобы отказываться от такого удовольствия. Коротаем время за пустыми разговорами, смеемся, поглядывая на детей, которые кружат возле Евы. Думаю, они больше мешают ей, чем помогают. Постоянно цепляют ее маленького сына, вовлекают в игру. То и дело роняют что-то, толкаются. И хихикают звонко.