Решала (СИ)
Дальше была учёба, с редкими выездами на побережье Чёрного моря. Точнее приморские городки. Георгия в ноябре только выписали, прошёл тот медкомиссию и снова стал шоферить. Как я понял, попал всё также в ВВС, он там на какой-то спецмашине обучен ездить был, редкий специалист, поэтому без вариантов. Это всё что было известно. Новый Год прошёл, я чувствовал, за мной наблюдали, если не каждые шаги отмечали, то близко. Так весна наступила. Там и отца выпустили, тоже прошёл медкомиссию и попал в артиллерию, причём, как я понял из намёков, в реактивную. К тому моменту Раиса уже вернулась в станицу, с заметным животом, а в конце февраля и родила крепкую такую горластую девочку. Айболита известили, тот продолжал служить, чудом избежав очередного котла. Вот чуйка у него. Вот и школьный год подошёл к концу, я действительно сдал за два класса, четвёртый, и бегал в среднюю школы, это соседние корпуса, за пятый. Так что я теперь в шестой переходил. Причём попросил выдать табель с оценками. Завуч удивилась, но оформила всё и выдала. Немцы придут, потом как в школе восстанавливаться? Повторно экзамены сдавать или на слово поверят? Лучше табель иметь. Я же крепко размышлял, что делать мне лично. То, что Краснодар возьмут в августе, мне это известно, до станицы дойдут тоже где-то в это время. Принимать бой или нет, вот в чём вопрос. Сообщить что немцы на подходе, и встретить их пока станичники уходят в тыл? Если не уйдут, и я приму бой, немцы за потери, а они будут, отыграются на тех, кто остался. И сказать ничего нельзя, кто мне поверит? Хотя запасной вариант у меня есть, купленной дом в Геленджике, куда стоит перебраться, поэтому постараюсь хотя бы Раису с дочкой Дашей и Настю отвезти, да и матушку, а потом можно и встретить немцев. В редкие минуты, почти всё время забирало хозяйство, сад и огород, я гулял по окрестностям, прикидывал позиции, где немцы могут пойти, где встретить и как, с учётом что у меня один танк и нет пехотной поддержки. Она у меня была даже тогда, когда я в селе у Николаева немцев и румын бил, после освобождения лагеря военнопленных. Бывшие пленные и выступали пехотным прикрытием, и неплохо поработали, зачищая то, что после меня осталось. Вот и думал.
Надо сказать, что семья это заметила, что я постоянно хмурым хожу и чем ближе август, тем я смурнее, вот и задали вопрос за ужином:
- Терентий, что случилось? Сам не свой какой день.
- Немцы Ростов взяли…
- Ну да, ходят такие слухи, так они же его захватывали уже. В прошлом году, - сказал матушка.
- В этот раз куда серьёзнее. Немцы Кубань взять хотят, и к Кавказу рвутся. В августе Тихорецк возьмут и через неделю Краснодар. Тут войск нет, мелкие подразделения и курсанты, остановить нечем. А мы между ними, тоже попадём под этот каток, через станицу одна из автодорог идёт. В общем, через пару недель, немцы займут станицу. Знаете, мне было бы спокойнее, если бы вы в Геленджик перебрались, там переждали. Немцы его хоть и будут изредка бомбить, но до города не дойдут. Будет лучше, если бы вы туда уехали.
- Я не могу оставить станицу, - нахмурилась матушка.
- Конезавода же нет, десять кляч прислали и думают мы племенных разводить будем. Спасать нужно только станичников, объясни им, что немцы тут скоро будут.
Насчёт конезавода, ситуация довольно странная сложилась. Ещё в декабре, когда битва под Москвой шла, прибыли военные, с ними был представитель тех, кто курировал наш конезавод. Забрали всех, что племенных, что молодняк. Остались только личные лошади, и то клячи, остальных мобилизовали. Как матушка не боролась, забрали всё. Оружием грозили. Если бы я на рыбалке не был, пригнал бы танк, глянули у кого ствол больше, ур-роды. А через неделю комиссия, посмотреть, как выводим коней. Такой скандал был, куда племенных дели? В результате кто крайним оказался? Матушка, что отдала. А племенных отдавать везде запрет стоял. А тому хмырю, что из весомой организации, ничего. Да, ничего, но у него вдруг дом в Краснодаре сгорел, с семьёй погорельцами стали, и машину его служебную угнали. Между прочим, большая редкость, кому такие авто оставляли. И кто бы это мог быть? Правда, нет худа без добра, статью матери не пришили, она справку от хмыря и военных тогда потребовала, прикрылась ею, но с должности председателя её сняли, им стал однорукий станичник. Недавно из госпиталя, в январе и принял должность, а мать снова бригадиром стала. Новый председатель смог выбить обратно несколько лошадей, вот с ними и работали, но это не тот материал. Результат в лучшем случае лет через пять будет. Кстати, а пахать и сеять на мать возложено было, и выдали всего двух лошадей с плугами, были ещё плуги, там хоть самим впрягайтесь, та вспомнила что я трактор обещал, с плугом и сеялкой, я и работал ночами, а то днём налетят, отберут технику, и все наши поля вспахал, что за колхозом числятся. Также ночью и засеяли частей полей пшеницей, остальное картошкой и разными овощами. Там мать командовала, её бригада сеяла. Едва посевного материала хватило. Председатель потом бегал, искал, видно же, что трактор работал, следы не скроешь, но мать говорила, что арендовала у военных, они и дали. Трактор уже забрали. Оказалось, председатель договорился соседями, помочь, то что на его полях трактор работает, тому уже доложили. Не получилось. А к матери не подходил, недолюбливал тот её. Впрочем, это было обоюдным.
- Скажут, панику поднимаю, - вздохнула та.
- Предупредить всё равно нужно, чтобы хотя бы детей по родственникам отправили.
На следующий день всё же поговорила та со станичниками. Председатель наложил вето, обругал мать при всех, и запретил вообще покидать станицу. Кстати, он имел на это права, кто уйдёт может по статье загреметь. И не пристрелишь, все на мать подумают, они собачились больше всего. Недовольство среди жителей поднялось, у нас бабёнки боевые, тот от них в здании правления конезавода спрятался, старики только посмеивались. Быстро бегает. Вышел, когда те успокоились. Не сильно и потрепали, вырвался и смог сбежать. Тут началось время сбора урожая, этим и занялись, отвлеклись. Да ещё к нам дед приехал. Один, верхом. В прошлом году осенью приезжал, с внуком был, четырнадцати лет, брат двоюродный мой, сейчас без него. Тот стал помогать со сбором, ну и пообщались на предмет прорыва немцев. Про Ростов тот уже знал, да и слухи ходить начали, что немцы в нашу сторону идут. Дед решил остаться до конца августа, глянуть что будет. О немцах мы узнали от водителя «полуторки», что суматошно виляя проскочила станицу, только на миг остановилась у колодца, попить, да воды добавить в радиатор, мотор кипел. В нескольких километрах были, даже обстреляли его, вот и началась паника. Я же готовил вещи к вывозу, самое важное, включая документы, своего коня и повозки у нас не было, дед коня предоставил, я же быстро посетил погреб и хранилище, прибрал весь снятый урожай, что успели накатать в банках с вареньем и компотом. Тут бочонки. Соленья. А варили компот те просто отличный. В общем, чтобы немцем не досталось. Станичники тропились уйти, хотя бы в сторону, чтобы не попасть под стальной молот наступления немцев. Кто-то в погребах прятался, не уходил. Станица стремительно пустела. Бил в набат колокол в церкви. Председателя не видел, когда о немцах сообщили, тот куда-то пропал, вот и пришлось матери командовать, так что, потянулись люди прочь. Я вообще всё прибрал в доме. Сюда мы вернёмся, когда немцев прогонят. А так отбежав, я добежал до оврага, быстро надел шлемофон, и забрался в танк. Который уже достал. Один из трёх. У меня было две «тридцатьчетвёрки» и плавающий «Т-40» с крупнокалиберным пулемётом «ДШК». Да, месяц назад я отлучался на пару дней, летал под Харьков. Добыл новейшую «тридцатьчетвёрку», с башней-«гайкой» и командирской башенкой. Пушка та же. Именно эту машину и достал. Сам танк был доведён до идеала, на башне с обеих сторон номер машины и надпись: «Беспощадный». Кстати, среди немецких трофеев были такие танки, но с авиационными моторами. К счастью, я нашёл с дизелем, видимо редкий экземпляр. Машина майского выпуска.