Кукла и ее хозяин (СИ)

— Грабли свои убрал, — я отпихнул его подальше от Ули, в сторону которой как раз нацелились эти наглые пальчики. — И даже не думай ее трогать. Тронешь — прибью. В общем, если будет донимать, — я повернулся к Агате, — тоже можешь не сдерживаться.
— Зачем его бить, — ведьмочка сразу вступилась за бедное, несчастное существо размером с диван, — надо же лаской, — и решительно шагнула к Харону. — Аномалии же как живые, а все живое любит ласку…
Выговаривая все это, она поглаживала по темным костяшкам, владелец которых подозрительно спокойно стоял на месте и будто бы даже слушал. А затем посреди очередной ее сентиментальной сентенции этот любитель ласки вскинул в воздух два огромных пальчика и дал Агате звонкий щелбан, выбрав на ее теле самое мягкое место, какое нашел. На него же она и плюхнулась, растерянно глядя на нахальную граблю, которая с довольным видом уползла в тень. Без всяких усилий поганец в очередной раз оправдал свое прозвище.
— Можешь быть с ним так ласкова, как только захочешь, — я помог подруге подняться, — и вообще не скупиться на нежности. Ему не повредит.
Рядом раздался тягучий выдох. Уля положила руку на грудь и осторожно помассировала, словно что-то внутри вдруг стало давить.
— Как ты? — спросил я, рассматривая ее слегка побледневшее лицо.
— Нормально вроде, — отозвалась она, — только душно чуть-чуть.
— Ульяна, как служитель Святейшего Синода, — тут же влезла наша мадам, — хочу вам напомнить, что вы не обязаны здесь находиться, поскольку обычным людям…
— Ты-то хоть не душни, — перебил я и, подхватив Улю за талию, увел в свой кабинет и запер дверь, чтобы наверняка никто не вломился с ценными советами.
С еле заметной слабостью девушка прислонилась к стене. Неудивительно: после недавнего отравления скверна будто до сих пор ощущалась в воздухе, и, пока она полностью не выветрится, обычным людям долго находиться здесь нельзя. Это похоже на горную болезнь, когда не хватает кислорода — так же действует и Темнота, вытягивая силы из неподготовленных. Благо, я продумал этот момент.
— Закрой глаза.
Ульяна послушно сомкнула веки, не задавая вопросов. С ней всегда легко — она верит мне безоговорочно. Вытащив из кармана амулет, который заказал в Лукавых рядах, я застегнул витую цепочку у нее на шее. Не открывая глаз, Уля вздрагивала от каждого моего прикосновения и тянулась навстречу, словно прося еще. Холодный серебряный кулон упал в ложбинку ее груди, где начал мгновенно теплеть. Я слегка оттянул край ее футболки, помогая амулету устроиться поудобнее. В неглубоком вырезе, ставшем чуть больше, мелькнули границы тонкого голубого кружева. О, а я его помню — сам ей однажды дарил. Там и трусики должны быть такие же. Мне нравилось дарить ей то, что касалось тех же мест, которых любил касаться я. Интересно, на ней сейчас полный комплект?
— Можно? — с улыбкой спросила Уля, будто читая мои мысли.
Я разрешил, и, открыв глаза, она с любопытством взглянула на кулон на груди — с точной копией герба моей печатки.
— А что это означает?
— Правила безопасности, — пояснил я, наблюдая, как стремительно исчезает ее недавняя бледность, словно невидимая кисть пробежалась по лицу, возвращая цвет. — А еще этот амулет означает, что ты принадлежишь мне. В общем, ничего нового.
— Вот что значит попасть в плен к колдуну, — лукаво протянула Уля. — И где ты поселишь пленницу?
Изначально я планировал подготовить отдельную комнату рядом с моей, но передумал.
— В моей постели. Потому что ты попала не в плен, а в сексуальное рабство.
— Ох, как страшно, — игриво парировала она. — По-моему, я уже давно в него попала…
Еще скажи, что тебя это не устраивает — вон как глаза жарко заблестели.
— А чем мне еще здесь заниматься? — спросила моя пленница. — Ну, кроме рабства.
— Будешь хозяйкой. Этому дому очень нужна заботливая хозяйка.
Несколько мгновений Уля молча смотрела на меня — пока в ее серых глазах взрывались фейерверки, делая их необыкновенно яркими.
— То есть ты хочешь, — наконец медленно заговорила она, — чтобы я была хозяйкой в доме, где ты хозяин?.. И что это значит?
 
Ну ты же умная девочка — сама прекрасно понимаешь, что это значит.
— Что кто-то возьмет на себя ответственность за чистоту, порядок, уют и горячие обеды. И будет заботиться об остальных живущих тут бездельниках.
— Ну вот, — Уля попыталась спрятать улыбку, но не справилась, — испортил такой романтичный момент. Как всегда…
Вытянув руку, она ласково провела кончиками пальцев по моей щеке. Я перехватил ее и, перевернув, поцеловал ладонь.
— Что ты, кстати, нашей ведьмочке в машине сказала?
— Одну пошлость, — усмехнулась моя прелестница. — Мне бы не хотелось это повторять.
— Я заинтригован.
— Если коротко, — Уля шаловливо прищурилась, — то это было про твой член.
— Соскучилась по нему? — я приблизился к ней вплотную.
— По вам обоим, — она обвивала мою шею руками.
Не прекращая поцелуй, я подхватил ее под бедра и отнес на кушетку. Пора уже осваиваться в новом кабинете. Теперь это место окончательно стало моим.
Кушетка с честью выдержала тест-драйв — хотя после пары особенно смачных скрипов я думал, что она развалится. Когда мы закончили, Уля была растрепанная, мятая и немного испачканная. Одежду мы даже снимать не стали, просто задрали и сдвинули все в нужных местах — то ли я так соскучился, то ли столько скопилось энергии. А секс вообще-то отличный способ избавляться от излишков.
— Привыкай, — сказал я, любуясь ее затисканным видом, — теперь такое будет часто.
— Похоже, шутка про секс-рабство была не совсем шуткой, — сладко улыбнулась моя наложница.
Ты даже не представляешь, сколько у меня непристойностей в планах с твоим участием. Последний раз столько же было, когда мы были подростками. Похоже, и правда сильно соскучился.
Оставив Улю приводить себя в порядок, я вышел из кабинета и притворил дверь. Глеб, Агата и Дарья сидели на диване в другом конце гостиной и разговаривали, не обращая внимания на жирную тень, которая валялась за мягкой спинкой. Да и зачем обращать? Этот поганец умел выбивать внимание и сам. Тень то и дело материализовывалась в наглую костлявую ручищу, тыкала ведьмочку в плечо и под ее возмущенные вскрики растекалась обратно по полу — мол «а я тут ни при чем».
Все дружно повернулись, как только я появился в гостиной.
— А где Ульяна? — спросила Агата, потирая плечо и грозно косясь за диван.
Улю мы чуть-чуть растрепали, помяли и запачкали. Вид у нее был соблазнительный, но не презентабельный.
— Решила отдохнуть с дороги.
— Точнее, после осмотра Костиного кабинета, — ехидно вставил Глеб.
«Завидуй тише,» — посоветовал я ему.
«Трахайся тише,» — парировал он.
А нечего прислушиваться. Вон Агата, судя по лицу, вообще ничего не поняла. А вот Дарья хмыкнула, но, в отличие от некоторых, тактично промолчала.
— Ну что, — я обвел всю компанию глазами, — поехали смотреть столицу.
Радостный ведьмочкин писк подсказал, что это отличное решение. Его даже Харон за диваном испугался и засунул свои загребущие костяшки обратно в тень.
— Я понял, чего мне не хватает для полного счастья, — заявил Глеб, пока мы ждали в гостиной собирающихся на прогулку девчонок. — Собственного клуба! — изрек он. — Типа того, где мы были вчера.
— Гарема, ты хотел сказать, — с иронией поправил я.
— Вот смотри, у отца есть «Родное поле», — невозмутимо продолжил он, — у Сеньки его Торговая палата, у Женьки жена, ты вообще мессир. А что есть у меня? Мне тоже нужен шанс!
— Так, может, тебя на работу устроить?
— А дальше что, жениться прикажешь? — хмыкнул он.
О, я бы на это посмотрел. Но сначала хотя бы девушку найти, которая будет терпеть твои выходки постоянно. С удовольствием бы познакомился с человеком, который окажется терпеливее меня.
— А я думал, ты желаешь мне добра, — с притворным вздохом протянул друг.