Злая королева (СИ)

Снаружи раздался размеренный плеск весел, и лодка закачалась на волнах. Сир Родриго греб умело, но не слишком тихо: он происходил из семьи внезапно (и не вполне законно) разбогатевшего рыбака, но сам ходил только на честный промысел. Старший брат не стал учить его беззвучно проносить весла над самой водой — полагал, что после покупки рыцарского патента это попросту не понадобится.
А зря.
— «Парго» стоит на якоре у дальнего мыса, Ваше Величество, — вполголоса сообщил сир Родриго. — Как только вы взойдете на борт, он отправится к Лапасонскому проливу. Там вас будет ждать галеас «Гордость Эль Монте». Капитан — мой дядя, он доставит вас, куда пожелаете.
— Благодарю вас, сир Родриго, — сдержанно отозвалась я из-под парусины. — Ваша верность не будет забыта.
Хотя бы потому, что для него я оставалась королевой — даже когда удирала из столицы в старой контрабандистской лодке. Я несколько сомневалась, что мой авторитет останется непоколебим после того, как сир Родриго узнает, куда именно я намеревалась отправиться.
«Гордость Эль Монте», насколько я помнила, была каперским судном, патрулировавшим пролив между Альвеоном и Яфтом; должно быть, добрый рыцарь полагал, что самым логичным в моем положении было бы вернуться в Яфт, к родителям, — и оттого и остановил выбор на дядином корабле. Бейлербей Медины смог бы защитить свою дочь от наемных убийц.
Но если я хоть что-то понимала в политике, то как раз назад к семье мне было нельзя. Не сейчас.
— Я отправлюсь с вами, Ваше Величество, — сказал сир Родриго, не переставая грести. — В Санвриде будут считать, что я вернулся в поместье отца на северной окраине страны. На самом деле туда отправился мой брат — нас все равно различают разве что родители, а они не выдадут. Я не смогу заменить гвардию, подобающую Вашему Величеству, но, по крайней мере, вы не останетесь беззащитной, что бы ни произошло.
Парусина неодобрительный королевский взгляд не пропускала, а потому верный рыцарь, так и не узнав о реакции на столь самоотверженное предложение, помолчал и добавил:
— И куда бы вы ни направились.
Каталина еле слышно фыркнула, будто у меня не было особого выбора с конечной целью путешествия. Ее тоже ждал сюрприз.
И только Ампаро — самая старшая и опытная из моих фрейлин — лежала молча и обреченно жмурилась, будто уже знала, что моему плану было суждено сбыться вовсе не так, как хотелось бы…
  
Глава 1. Капитанский ужин
 
Громыхнуло не то чтобы впечатляюще, но из-за невозможности рассмотреть источник звука воображение немедленно ударилось в панику и нарисовало красочную картину: вот приближающийся свист обрывается жалобным треском корабельной обшивки, пушечное ядро влетает в каюту и — о, нам ещё повезёт, если на этом вся история для нас и закончится! Щепки и обломки могут быть куда коварнее ядра и убивать долго, мучительно и неотвратимо...
Картина была столь яркой и четкой, что у меня заранее заныли ребра, но свист оборвался гораздо раньше и куда прозаичнее.
— Недолет, — констатировал сир Родриго. Корабль закачался на волнах, будто решив покивать в подтверждение его слов. — Мы слишком далеко.
Особого оптимизма, впрочем, в его голосе не звучало. Пиратский галеон настиг нас в открытом море на пятый день плавания; он был быстрее и больше «Гордости Эль Монте», что делало пушечный обстрел вопросом времени. Очевидное поражение в открытом бою — тоже. Единственным нашим спасением могла бы стать мель, но мы заплыли слишком далеко, чтобы рассчитывать на такое везение, и сир Родриго мрачнел с каждой секундой.
Второе ядро звучно плюхнулось в воду у самого борта. Снаружи кто-то смачно выругался и тут же принялся молиться; и ругательства, и молитву подхватили десятки голосов. Каталина испуганно пискнула и тут же зажала рот руками, но, следовало признать, она разом передала настроение всего экипажа и пассажиров заодно.
Кроме сира Родриго, конечно же.
— Для меня было честью служить вам, Ваше Величество, — негромко произнес он, обнажив шпагу, и уже шагнул было к двери, чтобы принять участие в неизбежном абордаже и, несомненно, ещё и умереть с именем прекрасной дамы на устах.
 
Дурак.
Но верный.
И, ко всему прочему, принадлежащий к очень богатой и плодовитой, а оттого — весьма влиятельной семье. Едва ли многочисленная родня сира Родриго удовольствуется тем, что их светлый рыцарь умер с честью, до последнего защищая свою королеву.
— Постойте, сир Родриго, — велела я, и он тут же обернулся.
— Ваше Величество? — шпагу рыцарь немедленно убрал за спину и в этом откровенно неудобном положении умудрился ещё и чуть поклониться. Кланяться глубоко, как того требовал этикет, мешало острие клинка, упершееся в дверь.
Я дернула уголком губ, не сдержав улыбку, и всё-таки решилась.
— Сдайте корабль, — вздохнула я и развернулась к столику, чтобы откупорить чернильницу. — Сообщите пиратскому капитану, что вы везёте важную персону, за которую можно получить щедрый выкуп. Ни к чему всем этим людям умирать за меня.
— Они умрут так или иначе, — возразил сир Родриго. — Пираты заберут все товары и продовольствие. А то и реквизируют корабль, и тогда...
— В дне плавания к юго-юго-востоку отсюда есть необитаемый остров, — рассеянно сообщила я, согнувшись над столиком и дописывая последние строчки. — Он крошечный, но там есть родник с пресной водой и плодовые деревья. Это позволит дотянуть до прибытия корабля из Яфта, и вас спасут. Отдайте это письмо капитану, чтобы он знал, что все сделано согласно моему приказу, — времени плавить воск не было, и я завершила письмо сложным росчерком, в котором капитан «Сурайи» без труда узнает королевскую подпись.
Сир Родриго не шелохнулся, даже когда я протянула ему свиток.
— Если «Гордость Эль Монте» вступит в бой, погибнут все, — хладнокровно сказала я. — Галеон больше и, судя по осадке, лучше вооружен. Стоит ему подойти достаточно близко для обстрела — и мы обречены. Но это, — я качнула свитком, — шанс уцелеть и для меня, и для команды.
Чтобы убедить в моей правоте помешанного на чести и правильных решениях рыцаря, мне пришлось бы потратить немало времени и сил. Пушечное ядро в этом плане оказалось гораздо эффективнее.
Треск был даже громче и страшнее, чем тот, что рисовало воображение. По корпусу корабля пробежала дрожь, и снаружи кто-то закричал.
Я очень надеялась, что от ужаса, а не от боли.
— Поторопитесь, сир Родриго, — с нажимом произнесла я.
Рыцарь посмотрел на письмо, заглянул мне в глаза — и, помедлив, всё-таки забрал свиток. А потом ушел, заперев за собой дверь.
Каталина восприняла это как повод отнять руки от лица и рухнуть на колени посреди каюты, судорожно шепча молитву себе под нос. Ампаро — как повод залезть в сундук и достать шкатулку с драгоценностями.
— Пусть пираты лучше рвут цепочки, чем отвлекаются на что-то ещё, — хмуро пояснила она и отработанным движением обернула вокруг моей шеи рубиновое колье — мамин подарок на свадьбу.
Я была вынуждена в очередной раз признать, что Ампаро хватало и предусмотрительности, и цинизма — и это дивное сочетание порой выдавало такие решения, что оставалось только с восхищением следить за вывертами ее разума.
— Мудро, — признала я и повелительно указала на две броши — агатовую птичку с цветком в клюве и женский профиль из нежного розового коралла. — Наденьте. Вам тоже не повредит подстраховка.
А драгоценности отберут так или иначе — прятать их не было смысла. Никто не поверит, что знатные леди могли путешествовать без украшений, подчёркивающих статус...
Пока Каталина то молилась, то в панике металась от столика к узкому окну, из которого виднелся только бескрайний синий простор, Ампаро успела ещё и подправить мою прическу, спрятав в волосах золотой гребень. Ее страх выдавали только дрожащие руки да неестественная бледность. Я надеялась, что держусь с не меньшим достоинством.
Снаружи яростно спорили, но недолго. Умирать не хотелось никому.