Песнь банши (СИ)

«Тут стоит отличная магическая защита. Дит будет долго ее уничтожать, поэтому у нас еще есть время. Ты как, кричалка?», — спросил Йои, садясь рядом со мной, и я ощутила туманный холод от души вампира.
Я подняла большой палец вверх, мол, в порядке я, просто отлично себя чувствую.
«Оно и видно. В силе духа тебе не отказать»
— Ага, — вяло отозвалась я, наблюдая за тем, что делал Дит. — Чем ты занимаешься, придурок? — решила уточнить план действий у главного злодея, который совершенно не тянул на эту роль. Я даже разочарованна. Ожидала более грозного и мощного некроманта. А тут первокурсник, который обиделся на камень по распределению и законы Академии. Глупее причины я в жизни не слышала.
Если бы не тот факт, что моя сестра хотела вознести банши в ранг Создателя, то весь план был бы идиотским и противоречивым. Однако, если Мийя больше не могла руководить операцией, то что собирался делать Дит после пробуждения Ошнара?
— Даже сейчас не можешь держать язык за зубами, — огрызнулся вампир, а потом резко повернулся в мою сторону.
Сейчас Дит зажег пять факелов в подземелье, и пламя осветило это мрачное и гнетущее место. Оно оказалось больше, чем я себе представляла изначально. Даже пугало своими масштабами. Огромное и пустое место, единственным предметом декора которым служил окаменелый дракон в своем настоящем размере и оборотной форме. Это было восхитительно. Он будто застыл, готовый к сражению — оскаленная пасть и ярость в каменном взгляде.
— Ого! — восхищенно выдохнула я, всматриваясь в резкие и одновременно плавные черты застывшего летающего. Он был четыре места высотой. Ящер замер в своем величии с расставленными в стороны трехметровыми крыльями и пастью, что пугала выражением злобы и опасностью. Он был настолько живым, что казалось, Ошнар вот — вот очнется и кинется, уничтожая и разрывая своими мощными чуть загнутыми металлическими когтями всех подряд. — Красивый, — выдохнула я, цепенея от злобной красоты этого дракона. К н и г о е д . н е т
— Типичная девчачья реакция на ящера. Ты такая мелочная, — фыркнул некромант и приступил к черчению пентаграммы на полу рядом с ящером.
— Если ты мордой не вышел, то не надо завидовать Ошнару.
— Гарпия языкастая.
Но пусть внешне я была абсолютно спокойной и даже выводила парня из себя, однако внутри меня все содрогалось от страха и волнения. Буль у меня возможность, я бы даже прижалась к Йои. Но, во — первых, он бы этого не понял, а во — вторых это было за пределами сил банши. Даже той, что прошла инициацию смертью.
Интересно, а кроме возможности видеть духов и переносится в туманную чащу еще что — то полагается после воскрешения? Или только это? Тогда какой — то неравноценный обмен у нас получился.
— Слушай, я понимаю, что тебе нужна сила смерти и души, но почему ты до сих пор меня не убил?
— За надом, — краткость сестра таланта.
— Отличный ответ. Но знаешь, учитывая, что я все равно умру, может все — таки расскажешь. Кстати, а как ты собираешься снять защиту с тела Ошнара? Если не избавиться от барьера, то у тебя ничего не получится. Может, ты меня отпустишь, разойдемся неприятелями, а я за тебя словечко замолвлю, и тебя только в тюрьму посадят, а не казнят особо жестоким способом?
Мне нужно было тянуть время как можно дольше, чтобы пришла подмога, и меня спасли. Кстати, а чего это они так долго? Я забыла, что Ошнар для всех остальных был невидим и неосязаем. И как интересно он собирался сообщить мои координаты друзьям? Будет им в карту ножи кидать, что ли?
У него ведь энергия была только рядом со мной и без подпитки у души просто не останется сил на переход и дальнейшее существование.
— От твоей болтовни у меня уже голова болит, — указал рукой на свою многострадальную черепушку парень и скривился. — Я закончил приготовления. И снять барьер с Ошнара не так и сложно, — улыбнулся Дит. И вот не понравилась мне эта улыбка — победителя. Он подошел ко мне и дернул меня за руку, заставляя встать и подойти к пентаграмме. — Вставай в центр и стой там. Ты поможешь мне снять охранку.
 
— Как? — я посмотрела на вампира словно он был самым тупым созданием на Лакмэ.
Магией пользоваться у меня возможности не было, а так от меня же никакого толку.
— Своим криком. Иначе, зачем бы я таскал тебя с собой все это время? Банши, прошедшие инициацию смертью обладают уникальной силой голоса. Песней, что снимала и уничтожала любую магию. Поэтому покричи для меня, в последний раз.
Я не собиралась так просто сдаваться и просто замерла, сложив руки на груди и с вызовом уставившись на Дита. И что он собирался делать? Как он хотел заставить меня кричать ради его же выгоды?
— Мой крик убьет или как минимум вырубит тебя, ты это понимаешь? — с подозрением посмотрела на Дита, но он не выказал никакого страха или волнения по этому поводу.
— А я уши закрою. Кричи, — приказал вампир и щелкнул пальцами.
Меня снова скрутила боль, и ничего другого не оставалось, как закричать от испытываемых мучений. Саламандра заставила меня открыть рот и закричать с такой силой, что было удивительно, как это подземелье не рухнуло, обрушиваясь камнями нам на голову.
Я кричала от боли и принуждения. Страх и магия не позволяли думать нормально, и в голове была просто каша из мыслей. Я упала на колени, цепляясь ногтями за каменные плиты на полу, стирая их в кровь и продолжая кричать, что было воздуха в легких.
С каждой новой секундой звуковые волны расходились от моего тела, ударяясь о каменное изваяние Ошнара и разрушая защиту. Секунда за секундой я видела, как защита отваливалась от дракона, рассыпаясь серым пеплом подле его мощных мускулистых лап.
Голова болела, горло разрывалось от крика, но я снова и снова набирала воздух и кричала. Ведь саламандра на моей руке уже не просто мучала меня, она бегала под моей кожей по всему телу, перемещаясь с невиданной скоростью и оставляя после себя невидимые, но ощутимые ожоги.
«Гайя, ты почти закончила разрушение. Твой голос — это нечто невероятное», — в словах Йои прозвучало восхищение, смешанное с удивлением.
Но я не могла обратить на это внимания. Слезы заволокли мне обзор, я была практически без сил. Крик забирал у меня все больше магии и разума и когда последний кусок барьера упал новой порцией пепла, я поняла, что не могла и дальше кричать.
Я обессилено завалилась на бок, раскинув руки в стороны и смотря в каменный потолок., тяжело дыша, жадно хватаясь воздух ртом. Мое сердце бешено стучало в груди, по спине и вискам лился холодный пот, а горло занемело. Казалось, что я больше никогда не смогу говорить. Я была истощена до предела и с трудом держала глаза открытыми. Но страх был сильнее. Нельзя позволить Диту добиться своей цели.
Но я не могла больше бороться. Оставалось лишь ждать подмоги. И я надеялась, что они успеют до того, как мои глаза навеки закроются, а душа перейдет грань и исчезнет из туманной чащи.
  
27 глава
 
Я лежала на холодном полу, чувствуя холодное дыхание смерти, что заморозило мою душу и тело. Я содрогалась от бессилия и изнеможения, словно пробежала несколько километров без остановки, а после еще и занималась практической магией.
Отдаленные голоса доносились до моего сознания. Я с трудом разлепила тяжелые веки и увидела едва заметный защитный барьер, что стоял вокруг меня, не позволяя некроманту добраться до тела банши.
Я пораженно осмотрелась и увидела немного усталого и раздраженного Йои, что сидел рядом со мной и смотрел на меня, так словно я у него последнюю каплю крови отобрала и мышам отдала. В глазах цвета заката отражалось раздражение, смешанное с волнением и тревогой.
«Очнулась, наконец — то! Я думал, что ты уже копыта откинула», — фыркнул Йои, подперев голову рукой, и сощурившись посмотрел на взбешенного некроманта, который явно сейчас был на последней стадии ярости.
— И сколько я валялась без сознания? — без особого интереса спросила я, смотря на духа.