Песнь банши (СИ)

— Ты точно в порядке? Как голова? Как магия? — спросила Аваната.
— Нормально. Кстати, а сколько времени?
— Уже семь вечера. Мы собирались на кладбище, но решили подождать, пока ты очнешься, — объяснила Ава. — Мы оставим с тобой Хайдена. Он мальчик хороший и сможет тебе помочь в случае чего.
— Нет, я пойду с вами. Я в порядке. Не хочу пропустить такой поход, — я попыталась встать с кровати, но тошнота вернулась, и меня качнуло в сторону. Опершись онемевшими пальцами о стену, с трудом мне удалось восстановить равновесие. Перед глазами начали плясать звездочки, завораживая своим странным, красивым танцем. Он был прекрасен, разумеется, однако его появление являлось неприятным фактом.
— Ты больна и остаешься в комнате, как и твой друг, — категорично произнес Лаэрт. Дракон сложил руки на груди и уставился на меня своими сливовыми омутами.
— Если бы я всегда слушала тебя, то никогда бы не оказалась в Академии Алодерт. И не приказывай мне. Хайден, пошли, не будем портить свою ауру этим темным пятном, — я неоднозначно махнула рукой в сторону Фоса, на что он лишь закатил глаза.
Демонстративно направившись к двери, попыталась ее открыть. Но дверь у меня просто не получилось. Она словно застыла, как камень и ничего с ней не происходило. Как бы сильно я не толкала или тянула, ничего не менялось. Совершенно. Это точно магия. Причем использовал ее наверняка Лаэрт. Я подергала ручку, но ничего не произошло.
— Открой дверь, Фос.
— Василиск, мелкий, идем, оставим их наедине, — Кишраш схватил Аву и Хайдена за руки и потащил к выходу. Потом прошептал какое — то заклинание, толкнул меня к Фосу, а сам вытащил лишних.
Я снова захотела открыть дверь, но она вновь была заперта.
— Фос, не смешно.
— Я сказал, что ты остаешься в комнате, и это не обсуждается, — чопорно произнес Лаэрт, сверля меня недовольным взглядом. В его глазах была доля волнения и море непоколебимости, которые сложно было игнорировать.
Ладно, попробую применить свою новую силу. Вдруг получится?
Я попыталась сконцентрироваться на двери и представить, как круглая, хрустальная ручка медленно проворачивалась, будто невидимая рука пыталась отворить эту преграду. Снова дернула, но ничего не произошло. Дверь лишь чуть наклонилась в мою сторону, издав неприятное скрипение и осталась на прежнем месте.
— Ты еще слишком слаба и неопытна. Ты была слишком молода для телекинеза, — чопорно отозвался мужчина. И меня задели его слова, до глубины души и оставляя горький привкус на кончике языка. Действия и слова Фоса давно стали для меня обыденными и привычными, вот только больно было до сих пор.
— Тебя не спросила, — высокомерно произнесла я, испепеляя дракона своим взглядом. Но, к сожалению, ящер не собирался погибать от моего взгляда. — Мийя открыла эту силу в двадцать, и ты радовался и гордился ею, как собачонка, получившая сахарок. А, как я смогла применить этот дар, так сразу стала слабой и неопытной.
Я недовольно поджала губы, сложив руки на груди и едва сдерживаясь, чтобы не топнуть ногой от досады.
Так хотелось вцепиться мужчине в волосы и повыдергивать все до последнего волоска. Я грезила о том, чтобы выместить хоть какую — то часть скопившегося гнева. А еще хотелось пнуть пару раз. В самое уязвимое место. В лоб.
— Она Старшая, а ты… — только начал объяснять дракон.
— А я? — перебила я Лаэрта. — В наших жилах течет одна кровь и ее старшинство не означает, что она талантливее или сильнее меня. Во мне есть магия, а в ней нет. Я смогла вырваться из оков правил, а она продолжает нести на себе бремя власти и даже не пытается сопротивляться. Чем я хуже? — воскликнула я, пытаясь понять причину такого отношения к себе. — Почему все в Кахе относятся ко мне как к банши второго сорта?! — мой голос был наполнен болью и обидой. Я чувствовала, как слезы вновь застыли в глазах, словно льдинки. С трудом, но мне удавалось сдерживать рвущийся на волю плач, не как банши, а как обычная девушка, которую считали пустым местом, игрушкой и куклой, способной лишь приносить несчастья.
 
— Это не так, — спокойно возразил Фос, но в его голосе не было эмоций. Простая констатация факта, которая нисколько меня не успокоила.
А кого вообще могли успокоить эти слова?
«Это не так» и что? Что не так и как мне от этого должно было стать легче?
— Ты так слеп, что не замечаешь очевидного, Лаэрт. — с горечью, смешанной с опустошенностью произнесла я. Мои руки опустились и слезы высохли. Моя душа понимала, то добиться от мужчины понимания мне не удастся. — Что такого в Мийе? Почему ты готов умереть за нее, а меня считаешь мелкой и надоедливой заразой, от которой нужно непременно избавиться? Что в ней такого? Я просто хочу понять, — в груди скопилась вся боль, все чувства, которые я так долго копила в себе и скрывала ото всех, включая саму себя.
Но всему рано или поздно приходит конец. И сейчас закончилось мое терпение.
— Тебя это не касается. Она Старшая Каха.
Я была готова заорать в голос от ужаса ситуации.
— Как же ты меня бесишь, — сдавленно прошептала я, смотря в глаза Лаэрта и чувствуя боль в груди, что рвала меня на части. Это было отвратно и унизительно. Знать, что ты второсортная и никчемная в глазах того, кто находился рядом всю жизнь. — Я ненавижу тебя и все, что с тобой связано, — с трудом выговорила я, дрожа от скопившейся в теле силы и эмоций. — Ты бездушный зомби, который не стоит уважения. Ты был готов даже убить меня, чтобы выполнить приказ Старшей. Убить, — повторила я, смотря прямо в эти бездонные сливовые глаза. — Ты хоть что — то почувствовал в тот момент? — прямо спросила Лаэрта. Я устала терпеть такое поведение дракона. Устала ждать эмоций и чувств, уважения, заботы с его стороны. — А когда меня пытали? Тебе было меня жаль? Или грустно? Ты хоть что — то ощутил? — я даже не обратила внимания на то, как слезы текли по моим щекам, обжигая жаром холодную кожу. — А сейчас, ты почувствовал хоть что — то, увидев меня без сознания, хоть что — то, кроме злости и страха не выполнить приказ Старшей? — мой голос сорвался на последнем слове, а горло сжал ком эмоций. Мое тело сотрясалось от внутреннего холода и пережитого стресса. Все это казалось каким — то страшным сном, кошмаром, от которого я никак не могла проснуться. Или не хотела? Что же со мной было не так, если вновь и вновь мне хочется пробудить мужчину, увидеть его волнение из — за своих бед и опасностей.
Но он молчал.
Лаэрт просто смотрел на меня и моргал, будто перед ним стоял незнакомец — чужой и далекий. И я поняла, что ответа так и не дождусь. Никогда не смогу узнать, что именно заставляло сердце Фоса биться быстрее или что я значу для него.
И пусть!
Я слишком устала видеть безразличие в глазах цвета сливы. Двадцать пять лет безнадежных попыток привлечь к себе внимание окружающих. Надоело…
— Не отвечай, — просто сказала я, вытирая ледяными пальцами мокрые щеки. — У меня просто не осталось сил бороться с тобой и твоей преданностью Мийе, — мне не хотелось находиться с Фосом в одной комнате, в одной мире! Было больно и тяжело, но сил действительно больше не было. Да и зачем их тратить на того, кто этого не ценил? Даже не обращал на это внимания. Лишь пустая трата времени, надежд и целей.
Глупая Гайя, слишком наивная для своего возраста и титула!
Душа рвалась на части.
Я подошла к окну и уставилась на улицу, что была за ним. Небольшие фонарики освещали дорогу, парочки гуляли, обнимаясь и веселясь. А мне было погано и противно.
Я ждала, когда Фос уйдет, оставит меня наконец — то одну. Но он не уходил. В отражении я видела силуэт дракона. И он был напряжен. Лаэрт стоял и не двигался. Казалось, он даже не дышал.
Прислонившись лбом к холодному стеклу, я пыталась унять дрожь в своем теле.
— Чего застыл? Ты же так торопился на кладбище, — вяло произнесла я, тяжело вздохнув. — Уйди.
Но он не уходил.
— Делай что хочешь, — буркнула я.
Я закрыла глаза и представила, как мир вокруг меня исчезает, а я снова остаюсь одна против всех. Сердце болело, ноги дрожали, а на глазах продолжали появляться слезы, медленно, словно издеваясь, стекая по щекам и капая на подоконник.