Училка и мажор (СИ)

Нет, ну нет. Сама. Все сама.
А потому после пар, обнаружив, что меня никто не ждет у входа в университет и даже в скрытой точке, до которой Рустам меня обычно подвозит, я печально улыбаюсь своим догадкам и шагаю домой пешком. Не хочу на маршрутку. И вообще я хочу подышать свежим воздухом, потому что все вокруг вдруг начинает душить.
Обиделся? Имел право с одной стороны, а с другой…я тоже не могу раскрыть все карты сразу, и это после секса в университетской кладовке! Уму не постижимо, что я даже произношу это в уме! С ума сойти. От одной мысли все в голове путается, а на лицо ярким пятном ложится румянец.
Вот такой он. Сделал из меня развратницу. Пятница-развратница, ага. В который раз ловлю себя на мысли, что с ним я веду себя совсем как школьница, которая впервые в жизни поцеловалась.
За этими странными мыслями я и не замечаю, как дохожу до своего района, но в последний момент решаю свернуть в магазин за продуктами. Дома точно мышь повесилась, но и откуда там продукты, если я решаю не ночевать и толком не бывать там? Раньше, кроме работы, ничего и не было, и я не успевала куховарить, а сейчас Рустам, я тем более не буду успевать, только если мы жить будем вместе…Что? Господи, мы знакомы без году неделя, а я уже так далеко шагаю? Прекрасно.
Веду себя как импульсивная деваха без намека на здравый смысл. В свои-то годы. Василиса, светлая твоя головушка, которую захомутали и ввели в экстаз.
Быстро скупившись, топаю домой, у подъезда замечая свою соседку. Она мило мне улыбается, но в глазах нечитаемая на первый взгляд эмоция.
—Добрый день, — стараюсь быть вежливой, но старушка точно помнит Рустама и смотрит на меня теперь с опаской. Не удивлюсь, если позже меня припишут к проституткам или наркоманам, тут, как говорится, от одного к другому всего лишь одна неудачно подобранная юбка или кривой взгляд.
Старушка кивает, но я так и чувствую, как она смотрит мне в спину. Ох, а какие у нас были милые отношения. Любо-дорого посмотреть. Спасибо, Рустам! За испорченную репутацию пай-девочки.
Ступая по ступенькам, я отчетливо ловлю себя на мысли, что что-то не так. Вот только это что-то уловить не могу в пространстве, только сердце заходится в безумном ритме с каждым приближающим меня к квартире шагом.
Когда испуганно-напряженно я замираю перед открытой дверью, по спине проходится холодок.
В квартире кто-то есть, в этом сомнений точно нет. Я застываю изваянием, цепляясь рукой за поручень. А если это Рустам? Вдруг опять ключи умыкнул?
Он бы точно закрыл дверь, ведь так?
И тут дверь распахивается, и я от неожиданности громко вскрикиваю, встретившись взглядом с изумрудными глазами, обрамленными темными длинными ресницами.
—Твою дивизию, Вася! Ты в порядке! — Шахов-старший вылетает из квартиры и в два шага оказывается рядом со мной, заграбастывая меня в свои могучие руки. Крепкий захват сейчас мешает мне дышать и даже звук произнести.
Толика облегчения охватывает тело, это всего лишь Шаховы, а я тут чуть ежика не родила в самом деле.
—Жень… — булькаю в ответ, понимая, что я даже пошевелиться не могу. — Привет…
—Слава Богу, ты какого на телефон не отвечаешь?! — Слава вылетает следом и тоже оказывается рядом.
В голове полный кавардак. Чего такая реакция у них? И каким образом они в моей квартире оказались? Не помню, чтобы у них ключи были.
Когда Женя меня отпускает, Славик перехватывает инициативу и мягко укутывает собой. Они хоть и братья, но совершенно разные. И так изменились, возмужали…легкая небритость обоих делает в разы старше, брутальнее и такими…чужими и далекими словно незнакомцами из далекой страны. Нет, они и раньше хилыми не были, но сейчас просто два широких шкафа возвышаются надо мной.
Женя раньше был чуть более мясистым, в прошлом самбист, а сейчас сплошная гора мышц. Слава же вообще всегда качался, а сейчас и подавно раздулся в самом хорошем смысле этого слова.
—Вы чего? — в ответ обнимая парня, удивленно смотрю то на одного, то на другого.
—Ты еще не знаешь, — Женя осматривает меня с ног до головы и утвердительно кивает, словно утверждаясь в чем-то.
 
—Не знаю чего? — подозрительно кошусь на старшего, несмело придвигаясь к своей квартире.
—Заходи и оцени ущерб.
Ущерб? Господи, о чем они? Сквозь густой туман неверия я захожу в свою квартиру, где все перевернуто вверх дном. Буквально каждый шкафчик выпотрошен. Я обессилено оседаю на табурет в зале и в ужасе оглядываю бардак, учиненный тем, кто явно был заинтересован в поиске чего-то ценного.
—Надо понять, что пропало, — хриплый баритон Славы звучит за спиной.
—Я бы вызвал полицию, если это тот кадр, то надо все фиксировать, а тебе съезжать, Вася. Пока мы не разберемся во всем.
—Нет…не надо полицию, — я поворачиваюсь к парням и подозрительно кошусь на них, ощущая липкий пот по всему телу.
Моя квартира превратилась в какой-то кошмар…
— Ребят, вы что-то забирали из…его вещей?
Проходя по комнатам, я ищу, что же пропало. Парни молчат всю дорогу, только наблюдают за моими действиями.
—Звучит как-то не очень, — ехидно-злобно отвечает Женя, а Слава хрипло смеется.
—Вась, ну ты за кого нас держишь? — по-доброму смотря на меня как на неразумное дитя, спрашивает младший Шахов.
И правда, они бы не взяли ничего, опять мои неправильные выражения звучат обидно. В этом я мастак.
—Может вы случайно что-то…
—Нет, мы передали все по нужному адресу, как и было оговорено.
Я киваю, начиная перебирать вещи.
—Вась, это надо решать с полицией.
—А если мы сделаем только хуже? Он мне угрожал, ребят, а в полицию я больше не верю. Единственный выход отдать ему то, что он хочет, — прикусывая губу, я перевожу взгляд на криво висящую картину.
—Как вернуть то, что не брали, Вась?
Вот вопрос. Если я и пальцем не тронула ничего, что принадлежало ему. Даже посуду отправили по тому адресу, который нам передали еще в СИЗО.
—Мы обдумаем варианты, а тебе пока бы переехать к нам… — Женя переводит на меня внимательный взгляд, губы сложены в прямую линию. Сейчас Шахов-старший максимально напряжен.
И Рустам открутит мне башку, а потом и вам, ребят. Господи, это все такой не вариант, что мне даже подумать страшно. Я буду жить у Шаховых? Да если Белов меня просто увидит с ними, то это уже будет огромная проблема, не говоря уже о том, чтобы жить. К тому же, они давно немаленькие мальчики и живут отдельно от мамы, а это значит, что если и переезжать к ним, то жить мы там будем втроем. Картина маслом просто.
—Нет, вы что? Какой переезд. Я в своем доме и никуда убегать не собираюсь, к тому же… — я делаю паузу и понимаю, что вслух проговорить это немного боюсь, — я больше не одна.
Взгляд Жени, направленный на меня, сейчас напоминает взгляд хищника, готово броситься на свою жертву.
—Что значит не одна? Ты того мудака простила? — парень сжимает руки в кулаки, а осторожно переминаюсь с ноги на ногу.
—Нет, я в своем уме, Жень, я просто…встретила другого.
—И кого другого? — Слава стоит чуть поодаль и недоверчиво пялится на меня, пока старший Шахов достает из кармана пачку сигарет, берет одну двумя толстыми пальцами и умещает во рту.
Почему я не вижу радости на лице у своих друзей?
—Это сейчас не важно, важно то, что я больше не одна. Но нам надо решить вопрос только втроем.
—Ага, а твой новый ебырь слишком смазливый для серьезных дел, да? С другой стороны, нас-то не очень жалко, да? Че нам, всего-то спецназ, и не в таком болоте бывали, знаем, плавали.
Я застываю от обидных слов, брошенных словно острый кинжал. На какое-то мгновение мне даже хочется подойти и вмазать Жене по лицу, вот только хуже в итоге я сделаю только себе, ведь эту махину с места не сдвинуть. Как он мог такое подумать? Что значит “не жалко”? Это мои единственные близкие люди, мои друзья, и, конечно, я ими дорожу, но они военные люди, они опытнее, они в теме, а чем им поможет мальчик с серебряной ложкой во рту?