Училка и мажор (СИ)

—То есть ты верный? — переспрашиваю, ощущая противный укол в сердце от прошлого.
Рустам переводит на меня серьезный взгляд, ведет им по губам и снова поднимается к глазам. Мои щеки начинают моментально пылать. Как ему это удается?
—То есть я ненавижу ложь во всех ее проявлениях, и это касается не только аспекта верности/неверности. Я хочу знать все без прикрас. И мне кажется, это абсолютно здоровое и адекватное желание.
—Согласна, я тоже за верность.
—Чудно, малыш. Я просто к тому, что ты от меня не отделаешься, и теперь тебе нужно понимать, с чем и с кем ты имеешь дело. Я ревнивый. Очень. Если мое, то мое и хер кто пальцем прикоснется. Имей это в виду, когда общается со своими студентами, пожалуйста, а то в девяноста процентах случаев я хочу их кастрировать без наркоза.
Я ухмыляюсь и опускаю глаза на руки.
—Это просто работа.
—Они смотрят на тебя так, как будто хотят сожрать. Я знаю этот взгляд, я так на тебя смотрю! — шипит, когда официант приносит заказ. Мне кажется, бедный парень все услышал и встал так далеко от меня, что мог бы уже кинуть тарелку с салатом издалека.
Едим какое-то время молча, а затем Рустам протягивает руку и манит меня куда-то в сторону прочь из-за стола.
—Я ж не доела.
—Я знаю, сейчас самое время кое-что увидеть, а затем продолжим. И голодной ты от меня точно не уйдешь, — прищурившись, тихо шепчет Белов.
Почему мне кажется, что речь совсем не о еде?
  
28. Горячо и опасно
 
ГЛАВА 28
БЕЛОВ
Смотрю на нее и оторваться не могу, впервые такое за собой наблюдаю, потому что раньше ни на кого я так не пялился с острым желанием скрыть эту красоту от всех, чтобы она была только для меня, только моя. Одна единственная. Что там раньше? Ну имел баб, да и имел, никакие свидания не устраивал, и уж точно никого не катал на своем бэтмобиле. Да-да, он чем-то похож на тот мотоцикл из одноименного фильма о супергерое, вот Клык и дал ему такое погоняло, а мне понравилось, я и начал теперь своего вороного коня так называть.
Беру за руку свою девочку и веду на закрытую от любопытных глаз террасу. Никогда бы не подумал, что способен на подобное, вот честно. Чтобы я да такое придумал? Чтобы искал заведения, хоть как-то связанные с книгами? И как я додумался именно об этом столике? Вот просто сел и раскинул своими офигенными, как и весь я сам, мозгами.
—Ты меня все-таки в лес ведешь? — хихикает сзади Василиса, но послушано ступает следом.
После того, как она села со мной на мотоцикл и так крепко сжала в объятиях, что я чуть не задохнулся от радости и от недостатка кислорода, особенно на поворотах, мои мозги все еще работают странно. Как будто вполсилы, и я весь как будто в желе превращаюсь рядом с ней. А я же мужик, черт его дери. Кисейная барышня, мать его так!
—Не в лес, Красная Шапочка, ой не в лес. Хотя…я был бы очень не против, — обвожу большим пальцем выпирающую на кисти косточку и плавно смещаюсь к пульсирующей жилке, считывая малейшие колебания в волнении своей красавицы. Пульс шандарахает сильно, и я довольно скалюсь.
На закрытой террасе все также украшено светящимися огоньками, отдающими теплый свет в окружающее пространство. Утопающие в густоте разнообразных цветов глубокие диваны и округлый столик с бутылкой шампанского и двумя бокалами дополняют общую картину уюта. Сквозь широкие панорамные окна виднеется огромный сад с самыми разными деревьями и цветами. Как оказалось, это — местная достопримечательность, зимний сад, цветущий круглый год. За ним ухаживает с десяток работников, нанятых из самых лучших садовых служб страны. Все потому что владелец заведения решил воплотить для своей жены в жизнь все, что только в ее голову может прийти. Ииии…
Так вышло, что владелец этого заведения — мой крестный, но узнал я об этом только приехав сюда и лично столкнувшись с ним. Нежданчик.
Жук молчал упорно, хотя мы и поддерживаем связь. Да, пусть и не общаемся как раньше «семьями» по какой-то абсолютно неведомой мне причине из-за глубокого уважаемого папочки, но я все равно его обожаю как человека и как спеца. Мэр может сколько угодно беситься по поводу него, но мне, как все уже поняли, насрать на его мнение. Могу еще и размазать.
 
Мы подходим к парапету, и загорается освещение, как по щелчку. Теперь каждый уголок огромного сада представляет собой законченную композицию на различный манер.
—Вау, — только и проговаривает Вася, жадно обводя глазами открывшийся вид.
—Я старался, я молодец.
Девушка поворачивается ко мне и пытается что-то сказать, но я уже беру в плен сладкие уста, мечтая распробовать как следует. А то на людях даже не поцеловать мою недотрогу, видно по глазам, что стесняется. Тут же никого.
Вася обхватывает меня руками и прижимается сильнее, пока я стараюсь всеми возможными способами распластаться по ее манящему телу, что ощущается даже через эту безразмерную одежду. Так бы и сожрал бы ее целиком. Пальцами вожу по нужным выпуклостям и со стоном отрываюсь от раскрасневшихся губ. В штанах давно уже дилдо. И чего мне теперь ходить с дубинкой при всем честном народе?
—Я тут и так на грани сумасшествия, — хриплю в ушко, прикрывая глаза.
—Да что ты?
—А то.
—Вообще-то я хотела полюбоваться садом, а ты…
Малышка прикусывает губу и кокетливо поглядывает на меня. Ага. Понял и принял игру.
—Грязный извращенец?
—Я не заметила, чтобы ты вонял…
—Хах, зачетная шутка, молодец.
Замолкаем, и я притягиваю Василису в свою объятия, обхватывая крепко-крепко со спины. Впереди лучший вид, что я когда-либо встречал в своей жизни — макушка девочки, которая свела меня с ума. В носу ее запах, действующий похлеще любого афродизиака. Мой персональный рай на земле. И кажется, сейчас я счастлив впервые за очень долгое время. Ты перевернула мою жизнь, девушка с глазами цвета моря и с волосами цвета зрелой пшеницы.
Мы стоим так вечность? Мне мало. Дышу ею и украдкой поглядываю на скрещенные руки.
—Ты знаешь, для меня никто ничего подобного не делал.
—Потому что никто был. А я ой-ой-ой кто.
Вася улыбается, чувствую то нутром. Теперь я довольный, но такой же голодный.
Мы уходим обратно за столик, и я держу за руку свою девочку, чтобы каждая собака сутулая знала, эта детка моя. Смотрите и завидуйте.
Этот вечер я запомню надолго, потому что впервые так болтал с кем-то. С ней можно не только сгорать от страсти. Но и весело проводить время. Незабываемое чувство. Как и чувство того, что она крепко прижимается к тебе, пока мчишь по пустой трассе уже втапливая за восемьдесят. Для мотоциклистов это не скорость, а для меня предел. Не только потому что Васю не хочу напугать, а потому что я ей обещал. Маме обещал себя беречь, и хоть держаться раньше было не за что, обещание надо держать. А теперь есть за что держаться, так что предстоит беречь вдвойне.
Несу Свою девочку в квартиру бабушки, в моей личной полным ходом ремонт, покуда у меня хватит средств. Но не везти же ее в разруху? Нет. Для моей девочки все самое лучшее.
Шаг за шагом. Смотреть бы на нее вечность и касаться бы ее столько же. Мои внутренности искрят от напряжения.
Вася нежно водит пальчиком по лицу и не моргая смотрит на меня, продолжая жевать губы.
Целую, не давая терзать манящие уста. Глубже и сильнее, так что больно сталкиваясь лбами. Руки жадно гуляют по телу, пока мы заваливаемся в квартиру, где любая поверхность становится опорой для жадных касаний и таких же взрывающих мозг поцелуев. Пальцы выжигает огнем, как только я стягиваю с малышки свитер и алчно вожу взглядом по пухлой груди, запечатанной в ажурный лифчик.
—Черт, это вообще законно? — щупаю возбужденный сосок сквозь ткань, наблюдая, как голова Васи упирается в стенку, а тонкая кожица натягивается от глубоких вздохов.
—А что?
—Ты почему такая? Охеренная? — наклоняюсь и веду языком по бархатной коже. Да. Черт, я как маньяк, тянусь выше и у самого ушка прикусываю кожу, отчего малышка подскакивает и вскрикивает скорее от неожиданности.