Ключи от королевства (СИ)
В то время, как посланник бывшей королевы преодолевал расстояние от Тревии до Фризии, а князь Гримберт стремился поскорее встретить своего человека с лошадьми, который ждал в условленном месте, фриз из отряда Двана приближался к Туманным Пределам. Это был Крис – именно ему, самому молодому из своих друзей, Дван поручил, как ему советовал Эберин, доставить Альбуену радостную весть.
Крису повезло: вопреки его опасениям, что он не застанет вождя в живых, Альбуен изо всех сил и с завидным упорством сопротивлялся смерти. Бороться с коварным недугом ему теперь помогал шаман из соседнего племени загадочных гистерийцев. И когда Крис вошёл в полумрак Большого дома, то первым, кого он увидел, был древний старик, сидевший у постели вождя с широкой деревянной чашей в руках. Из этой чаши, над которой поднимался зеленоватый пар, шаман поил - заботливо, как мать своего ребёнка, - фризского короля Альбуена.
- Где же моя Ирис? Где мне теперь искать её? – в тоске восклицал Альбуен, слушая рассказ Криса, который всем своим видом и румяным, точно с мороза, лицом излучал радость.
- Не предавайся отчаянию, вождь! Ты обретёшь её! – с участием склонялся к больному старый гистерийский шаман. – Нет никакой причины скорбеть и печалиться. Ведь твоя внучка жива и здорова. И главное, на её поиски отправились друзья – верные и храбрые люди!
Фризы недолго пребывали в безвестности. Через несколько дней дозор привёл к Большому дому молодого человека, в рыцарских доспехах, на которые был наброшен зелёный плащ с изображением чёрного вепря.
Адальрик не знал, кто сидит перед ним, но широкий тяжёлый воротник из медвежьей шкуры, который, ниспадая на кольчугу, прикрывал шею и грудь, подсказал ему, что этот величественный старец и есть верховный правитель фризов. Вождь, как они сами называли его, или король – как его называли в Ареморе. И юноша, который никогда не нарушал рыцарский этикет, склонился перед ним в почтительном поклоне.
Затем, переведя дыхание, Адальрик произнёс таким торжественным голосом, словно выполнял поручение самого короля Аремора:
- Сир, я прибыл к вам с посланием от правителя Тревии маркиза Гундахара. – С этими словами он передал Альбуену письмо, скреплённое печатью бывшей королевы Розмунды.
Альбуен поморщился:
- Не называй меня «сиром», сынок! Оставь эти высокопарные титулы придворным ареморским вельможам: у нас, у фризов, всё проще. - Он взял перевязанный тесёмками свиток из рук посланника, развернул: - Посмотрим, какое у маркиза дело ко мне…
Спустя какое-то время в глубокой тишине Большого дома раздался властный голос вождя:
- Крис, немедленно собери совет старейшин!
Старейшины – главы родов – разместились вокруг очага, в котором жарко пылал огонь. В нескольких словах Альбуен набросал перед ними картину того, что произошло с Ирис с тех пор, как её выкрали из монастыря люди маркиза Гундахара. Сохраняя холодную невозмутимость, присущую фризским вождям, он передал старейшинам условия союза, который предлагала заключить вдова Фредебода, и затем заявил о своём решении:
- Я могу - и я должен - вмешиваться в дела, затрагивающие интересы Фризии, но я не намерен вмешиваться в государственные дела Аремора. Король Рихемир и бывшая королева Розмунда готовы сцепиться в смертельной схватке за обладание ареморским троном, и вряд ли найдётся человек, способный остановить их. Я тоже не буду пытаться сделать это… Но меня вынуждают взяться за меч и поднять фризов на новую войну. Чтобы вернуть Ирис, мою внучку и наследницу, домой, в Фризию, я должен помочь Розмунде одолеть короля Рихемира. Я всё сказал; теперь – ваше слово, старейшины!
Первым отозвался глава рода мореходов Эйвинд по прозвищу Окунь:
- Было бы славно потоптать конями ареморские равнины – не всю же жизнь бороздить ладьями водные просторы! Да и мечам нашим пора дать волю, пока они от ржавчины в труху не рассыпались!..
Остальные старейшины поддержали Эйвинда дружным одобрительным смехом и затем, обращаясь к Альбуену, выкрикнули едва ли не в один голос:
- Мы пойдём с тобой, вождь! Мы все готовы!
Альбуен и не ждал другого ответа от своих соплеменников, потому что хорошо знал их. Да и жили фризы дружно испокон веков, воплощая в жизнь золотое правило единства: «Один за всех, и все за одного», и этим отличались от других племён и народов.
- Благодарю вас, друзья и братья, за единодушную поддержку! – Склонив седовласую голову, с теплотой в голосе произнёс старый вождь. – Теперь давайте подумаем – когда и какими силами выступим в поход?
- Вождь, ты ведь уже всё обдумал: говори, а мы послушаем! – крикнул со своего места старейшина Йорн Волчья Шкура, глава рода охотников.
- Да, братья, я всё обдумал, - слушайте! – отозвался Альбуен, подступая ближе к очагу, так, чтобы огонь полностью освещал его лицо. – Выступим из Фризии, как только соберём все наши силы. Завтра и послезавтра собирайте своих сородичей! Всех, кто может носить меч и копьё, кто не разучился сидеть в седле, - в войско! Оставим в Туманных Пределах лишь несколько отрядов… На всякий случай… А сейчас: зовите свои семьи, всех своих сородичей на пир, который я устраиваю в честь своей внучки Ирис – будущей правительницы Фризии!..
Узнав о том, что Ирис жива и здорова, фризы возликовали и, несмотря на то, что внучку вождя удерживали как заложницу, на радостях устроили настоящее празднество. Радость их была искренней, огромной: ведь боги продлили Альбуену срок земного пребывания, чтобы он мог определить судьбу своей внучки и собственными руками возложить на её чело венец правительницы.
Не радовался только князь Гримберт, который возвратился в Туманные Пределы незадолго до появления Адальрика. Злость, тяжёлая досада грызли князю сердце. Он не мог смирится с мыслью, что потерял такую счастливую возможность стать новым фризским королём.
И подумать только – что стало препятствием на его пути? Тревские рыцари маркиза Гундахара, которые оказались у реки в тот самый час, когда девчонка тонула! Если бы не они, Альбуен, не имея больше близких кровных наследников, передал бы власть ему, князю Гримберту, и фризы воздали бы ему почести!.. Проклятые тревы! Спасли девчонку, отняли у него возможность стать королём Фризии, а у его имени – будущую славу!.. Теперь Альбуен поведёт фризов в поход, вступит в новую войну – и всё ради того, чтобы выполнить условия мятежников, которых возглавляет бывшая королева Аремора, ради того, чтобы, освободив Ирис, сделать её своей преемницей… А он, князь Гримберт, потомок легендарного фризского героя Лейфира-Великана, останется ни с чем!
«Что ж, - сказал себе князь Гримберт после долгих размышлений, - Альбуен решил покориться воле женщины? Ну, и пусть покоряется, - только сам! А я встану на сторону мужчины, короля и истинного правителя Аремора! Я помогу Рихемиру одолеть Розмунду, помогу ему добыть победу, а за службу верную попрошу для себя Фризию во владение. Фризы заслуживают нового вождя – и они его получат! Гримберт из рода Лейфира-Великана – король Фризии! Пусть и под властью Аремора, но – король!..»
Исчезновение князя Гримберта обнаружилось на следующее утро, когда к вождю в Большой дом ворвался взволнованный Крис.
- Мой вождь, князь Гримберт тайно покинул Туманные Пределы! – вскричал он. – Он забрал всех мужчин из своего рода, способных воевать, а женщин и детей отправил домой!
Эта весть поразила всех, точно гром, раздавшийся среди ясного неба.
Альбуен нахмурился; гневно заходила его белая, как первый, девственный снег, борода.
- Неужели Гримберт струсил?! – воскликнул старый вождь, и в его голосе прозвучало отчаяние пополам с холодной яростью. – Неужели забыл, что не к лицу фризу прятаться в кустах, когда его соплеменники идут воевать?.. Что ж! Кто хочет трусливо прятаться – пусть прячется!
Он повернулся к старейшинам, которые снова собрались перед очагом Большого дома, и, вскинув руку так, будто призывал их немедленно ринуться в атаку, сказал: