Захваченный (ЛП)

Она не отвечает на вопрос о косичках. Вместо этого она наклоняется надо мной, её руки скользят по моей пояснице.
— Перевернись.
Я переворачиваюсь на спину, моя голова повёрнута к ней, когда она проводит рукой по моей груди и вниз по прессу.
И мой член сразу же становится твёрдым как камень.
Вот что она делает со мной. Через девять лет она касается моей обнажённой груди, и я мгновенно становлюсь твёрдым.
Хотя в последнее время это случалось реже, между долгими часами работы и двумя пятилетними мальчиками-близнецами — и чёртовым стрессом.
— Адам и Джеймс сегодня ночуют у Джонатана и Сейбл, — шепчет она, прежде чем я успеваю спросить. — Они хотели провести ночь с Раэль и Эмили. Мы отплатим им тем же и заберём их детей в следующем месяце на годовщину свадьбы. Ты был напряжён из-за плей-оффа, и ты слишком раздражителен для меня в последнее время.
После того как мы закончили колледж, Танк отправился играть за команду в Колорадо, но два года назад его обменяли, и он вернулся в Техас. Он и Сейбл оказались вместе, но не сразу. Там была пара трудных лет, когда они имели беспорядочные половые связи. Но когда Сейбл обручилась с Европейским миллиардером, Танк пошёл и вернул её. Или, точнее, он взял её на руки и вынес из центра вечеринки по случаю помолвки, посадил в свой внедорожник и уехал.
Родители Сэйбл просто обезумили. Большой грубый футболист не является в середине вечеринки по случаю помолвки Пирса и не выносит невесту. Фотография Танка с Сейбл на плече целую неделю красовалась на обложках всех национальных журналов.
У Танка одна из обложек висит в рамке на стене в гостиной дома.
Я фыркаю.
— Значит, ты собираешься пожертвовать собой для команды и решить это? — шепчу я.
— Ну, во-первых, я закончу этот массаж, — шепчет она. — Потом я собираюсь позаботиться о тебе. После этого я отвезу тебя домой и буду трахать, пока твоё отношение не улучшится.
Я улыбаюсь. Я довольно простой человек, и Кэсси точно знает, как всё исправить, когда я весь взвинчен и напряжён. Между плей-офф и ноющей болью в плече, «стресс» — это преуменьшение.
Кэсси обхватывает рукой, скользкой от массажного масла, основание моего члена, скользя по нему до самого кончика.
— У тебя более мягкие прикосновения, чем у Рафаэля, — шучу я, имея в виду своего массажиста.
Она хлопает меня по руке. Я закрываю глаза, наслаждаясь её прикосновениями, когда она молча гладит меня.
— Ты же знаешь, что это всего лишь занавеска, — шепчу я.
— Ага.
— И что за её пределами есть другие люди.
Её рука ни на миг не прекращает двигаться, и мне приходится проглотить стон, который поднимается из моей груди в ответ на её прикосновение.
— Я видела их, когда вошла, — шепчет она.
Затем её пальто немного распахивается, и я мельком вижу, что на ней надето. Я сажусь, как ракета, и расстёгиваю её пальто.
— Святой… — начинаю я, но тут же останавливаюсь, потому что мне кажется, что моя челюсть отвалилась так низко, что ударилась о землю. — Ты вышла из дома в этом наряде?
Под пальто на Кэсси костюм католической школьницы — клетчатая юбка, которая, как я могу сказать, никоим образом не прикрывает эту идеальную задницу, и чёрный лифчик под белой рубашкой на пуговицах. Её волосы заплетены в косички, а на носу сидят очки. Чёрт, на ней даже маленькие белые носочки. С оборками.
Она достаёт линейку из кармана пальто и протягивает мне.
— Я была очень плохой женой, — говорит Кэсси, её глаза блестят.
Я застонал.
— Ты купила ту машину, да?
Она усмехается.
— Нет, и я оскорблена тем, что ты только что это предположил.
Пара игроков проходит мимо занавески, выходя из тренировочного зала, их разговор неразборчив.
— Я надеру тебе задницу за то, что ты пришла сюда в таком виде.
— Линейкой? — спрашивает она, прикусывая нижнюю губу.
— Сними это пальто, — шепчу я. — Подожди — посмотри, кто ещё здесь.
Она высовывает голову из-за занавески.
— Я думаю, Джереми в ледяной ванне, — говорит она. — Все остальные ушли.
Она позволяет пальто упасть на пол и подходит к массажному столу, кладя руку на внутреннюю сторону каждой из моих ног и раздвигая их так, чтобы она могла встать между ними. Я наклоняюсь и задираю юбку.
 
— Никаких трусиков. Ты похотливая маленькая…
— Шлюха, — заканчивает она.
— Дрянь, — шепчу я, схватив за задницу. Я бросаю линейку на пол. — Я собираюсь использовать это на тебе позже.
— Надеюсь, что так.
Положив руки Кэсси на талию, я поднимаю её с пола, сажаю на край массажного стола, вытягиваю ноги и ложусь. Она заползает на меня сверху и направляет мой член себе между ног.
— Черт возьми, ты вся мокрая, — говорю я.
— Я думала об этом по дороге сюда. — Она прижимает головку члена к своему входу и скользит на меня одним плавным движением.
— Боже, ты так хорошо ощущаешься.
Её ладони на моей груди, косички раскачиваются взад и вперёд, она скачет на мне. Когда я разрываю её рубашку, пуговицы рассыпаются по массажному столу, Кэсси улыбается.
— Это была не дешёвая рубашка, — шепчет она, качая головой. — Ничего не меняется, Колтон.
Я расстёгиваю её лифчик и накрываю грудь руками.
— Надеюсь, что нет.
Она наклоняется вперёд, её косички задевают моё лицо при каждом движении, и скачет на мне, пока у неё не тяжелеют веки и она не начинает задыхаться.
— Сегодня я твоя, детка, — стонет Кэсси. — Всё что пожелаешь.
Я мог бы кончить в неё прямо сейчас, услышав эти слова.
Я хватаю её за талию, крепко прижимая к своему члену.
— Ты всегда моя, Кэсси. Не забывай об этом.
— Я так близко, Колтон.
Слова, которые никогда не перестанут посылать меня через край. Я крепко сжимаю её, с силой притягивая к себе, пока киска сжимается. Всхлип срывается с губ Кэсси, и она хватает мою руку, обхватывая губами два пальца и посасывая их, чтобы приглушить звук.
Я буду хранить этот образ в своей голове на время, пока буду на выездных играх — моя жена, одетая в школьную форму, её рубашка разорвана, её выражение лица, когда она кончает, сидя на моём члене с моими пальцами во рту.
Затем Кэсси снова опускает свою киску на мой член, и я хватаю её за талию одной рукой, сильно прижимая к себе и позволяя войти в неё в порыве жара, который почти выбивает из меня все силы.
— Лучше? — спрашивает она, глядя на меня сверху вниз и улыбаясь.
— Ты имеешь в виду, я не так напряжён?
— Да.
Похоже, она гордится собой. Так и должно быть.
— Мне понадобиться намного больше, чтобы быть менее напряжённым.
— Тогда тебе лучше поторопиться, — говорит она. — У нас впереди долгая ночь.
Глава 48
Кэсси
— Матерь Божья… — произносит Колтон, стоя у меня за спиной.
— Я же говорила тебе, что серьёзна, — говорю я, улыбаясь, глядя на ассортимент секс-игрушек на кровати. Я поворачиваюсь к нему лицом, кладу руки на его массивные грудные мышцы, и он играет ими несколько раз для меня, как делает всегда, считая это забавным. — Давай разберёмся с твоим стрессом.
— Я буду чаще нервничать, — решает он глубоким голосом, просовывая руки мне под юбку.
— Нам придётся поработать над профилактикой, — отвечаю я, беря его за руку.
— Думаю, что уронил линейку на обочину дороги, но если бы она у меня была, я бы отшлёпал тебя за непослушание. — Его рука скользит по моей ягодице. Мы не добрались до дома без пит-стопа.
— Сделай это со мной в душе, — говорю я, ведя его в ванную. Каждый раз, когда я вхожу сюда, получаю небольшой сигнал «святое дерьмо». Колтон переделал ванную комнату год назад для меня, поставив гигантскую ванну и огромный душ, который мог бы вместить нас обоих.
— После того, как я отмою тебя, ты снова будешь грязной, — шепчет Колтон мне на ухо.
— Я на это и рассчитываю.
Он выполняет своё обещание. Бросив меня на кровать, он тянет меня к краю матраса и зарывается лицом между моих ног, не говоря ни слова. Его язык ласкал мой клитор снова и снова, а потом он входит в меня с опытностью мужчины, который точно знает, как играть моим телом. Это мужчина, который подходит к сексу с той же лазерной фокусировкой, с которой он подходит к футболу.