С оттенком помешательства (СИ)
Ему западло общаться со мной по-нормальному? Перед своими дружками стремно?
После ночи, проведенной вместе, (громко сказано, но все же) я надеялась на... на что? На продолжение? Неужели думала, мы днями и ночами будем слать друг другу дурацкие эсэмэски? А я же еще каждую ночь держала окно открытым... Прислушивалась к каждому шороху во дворе... Не просто же так! Да, где-то в глубине души я ждала, что когда-нибудь Север повторит и проберется ко мне в комнату... Я ждала, черт возьми! Дура!
Спустившись на первый этаж, я отыскала женский туалет и ужаснулась при виде огромной очереди. Пройдя в конец, я облокотилась на стену и намеревалась достать свой телефон, желая немного отвлечься, а дальше крепкие руки стиснули мои ребра до хруста и потащили за угол. Прямиком в темноту. Я даже пискнуть не успела.
— Север, черт бы тебя побрал! Отпусти! — завопила, узнавая его руки, тепло тела, ощущая аромат, и все это даже не видя его лица.
Кажется, я узнаю его из тысячи...
— Почему я снова наблюдаю тебя в компании этого недоразвитого? — прорычал он недовольно у виска. — Мы же договаривались, Лина! Или мне приснился наш разговор в кладовке?
— Разговор? С разговором у нас так и не сложилось, если ты вдруг забыл! Ты нес чушь, а из своей машины выставил меня. Больше мы не возвращались к этой теме!
— Только чтобы не наделать глупостей! — он ослабил хватку, глубоко вздохнул и, устроив свой подбородок на моем плече, существенно сбавил тон: — Я же был зол на тебя из-за Бергера, и мог тебя... Мог сделать то, что тебе не понравилось бы. Пойми, мне пришлось выставить тебя, иначе все у нас закончилось бы плачевно.
— Чтобы чему-то закончиться, этому нужно хотя бы начаться, а у нас с тобой ничего и не начиналось, — прошипела я.
— А поцелуй? Мы же целовались.
Я вздрогнула и прикусила нижнюю губу, ощутив электрический импульс между лопатками.
— Поцелуй не в счет. И вообще... Мне даже не понравилось.
Север хмыкнул и перебросил мои волосы за спину, оголяя шею и плечо. Его дыхание щекотало кожу, раздражало потаенные чувства.
— Не понравилось... ты прям уверена?
— Да, уверена на все сто, — дерзко выпалила и тут же пожалела, поскольку Север с резкостью развернул меня к себе лицом.
В его глазах бушевала огненная буря. Буйство, способное охватить всю меня целиком. Поглотить и спалить дотла.
— Значит, были у тебя поцелуи и получше? — уж больно раздраженно бросил.
— Были! — гордо вздернула нос. — А знаешь, почему мне не понравился твой поцелуй?
— Ну и почему же? — угрюмо спросил, напрягаясь всем телом.
— А потому что... потому что ты целуешься одинаково со всеми девушками! Тебе плевать с кем, а мне нравится целоваться только с теми, в кого я влюблена! Понятно?!
Кажется, своей пламенной речью я разозлила Севера. Распалила к чертям его и без того потрепанные нервы.
Нервно пройдясь пятерней по волосами, он сунул руку в карман джинсов. Я расслышала лязганье металла, а затем он схватил меня под руку и поволок за собой вдоль узкого темного коридора.
— Север, что ты делаешь? — выдохнула трусливо.
Но он не ответил. Распахнув дверь, предназначенную для персонала, направился к металлической лестнице. А я кое-как перебирала ногами, пока мы не добрались до двери с табличкой "DADDY BOSS". Сунув в замочную скважину ключ, который все это время был у него в кармане, он прокрутил его, толкнул от себя дверь и заволок меня в темный кабинет.
Свет не включил. Не стал.
— Повторяю, что ты творишь? — испуганно спросила, озираясь по сторонам.
— А на что это, по-твоему, похоже?
Загнанным зверьком я попятилась к стене. Моей целью стала тонкая полоска света под дверью, и я дернулась в ее сторону, но Север — не промах — захлопнул проклятую дверь прямо у моего носа. Заперся на замок и преградил спасительный выход собой, навалившись спиной на дверное полотно.
— Очень похоже на то, что все белки леса забрались тебе в голову. Тебе же противопоказан алкоголь! Каких-то парочка глотков — и ты белку поймал! Нам же нельзя здесь находиться! Выпусти меня!
— Да не ори ты! — нервно бросил. — Выпущу я тебя, но...
— Но, — сжалась в комок, когда Север сделал шаг ко мне.
Сердце пустилось галопом, в ожидании ответа пробивая грудь изнутри.
— Для начала нам придется кое-что исправить, — поведал он полушепотом, но так зловеще, что я вздрогнула и судорожно сглотнула.
Я вжалась лопатками в прохладную стену, видя перед собой приближающуюся темную фигуру Довлатова. Отчетливо слыша его шаги и свое учащенное сердцебиение, громыхающее в висках.
Все было ясно как белый день — Север решил пойти ва-банк. И что-то подсказывало, ничто не остановит его пока он не завершит начатое им в кладовке дома Бергера.
Но готова ли я к этому? Конечно же, нет! Нужно найти способ как-то выбраться отсюда. Без лишних жертв.
— Север, я... — начала было искать ключик к его благоразумию.
— Ш-ш, — приложил пальцы к моему рту, подойдя вплотную. Склонился к лицу и медленно очертил подушечкой пальца мои полураскрытые губы. — Не бойся...
Он подхватил обе мои руки, оплел ими свою мощную шею. Держал крепко, желая, чтобы я обнимала его. Стала к нему ближе.
Большим пальцем я коснулась чего-то металлического. Прохладного. Это была сережка, продетая в левую мочку. Но я не помнила, чтобы Север носил такого рода украшения.
— Твоя, — пояснил он тихо. — Ты же не захотела забирать ее, когда предлагал. Я присвоил себе.
Присмотревшись, разглядела небольшое кольцо из черного металла.
Точно моя. Думала, потеряла их в реке.
— Откуда она у тебя? — потянулась за ней.
А Север уклонился от меня назад. Губы его в коварном оскале расползлись.
Не отдаст. Теперь не отдаст. Все присвоенное им не подлежит возврату. Даже через бой.
— Нашел у себя. Ты оставила после... веселенького выпускного.
Тотчас зажмурилась от стыда, ощущая прилив крови к лицу. А тот заржал как мерин. Упивался моим позором, что все еще был свеж в его памяти.
— Да всякое бывает. Не грузись. Мы ведь не за этим сюда пришли!
— Нет... Я не хочу...
— Ну кого ты пытаешься обмануть? Хочешь, конечно же, хочешь, — протянул самоуверенно, заводя ладонь за мою шею, ускоряя пульс. — И теперь тебе понравится целоваться со мной.
Не успела ничего осмыслить, а Север уже обрушился на меня с поцелуем. Грубым. Сшибающим с ног. Разбивающим сознание на осколки битого стекла.
Жесткие губы сминали мои настырно. Они не давали мне ни единого шанса на побег. Мыслей о побеге уже не было, как не было четкого понимания, почему воздух стал на порядок плотнее, почему искры бежали по телу, почему я не слышала ничего, кроме гипнотизирующего сладкого шепота:
— Лина... Лина, черт возьми...
Мой прежний мир сначала раскололся на части. Вдребезги. А потом и вовсе перестал существовать, сузившись до размера темного кабинета, стены которого также сужались.
И чувства обострились до невозможного предела. И дикое желание захлестнуло меня с головой, как только я ощутила чужую руку на ширинке своих джинсов.
— Север, не... надо, — выдохнула с резкостью, тесно сомкнув свои бедра и натянувшись струной. Забившись в судорогах и хватанув ртом раскаленный воздух.
— Только не сопротивляйся, — предостерег с обманчивой нежностью и резко дернул вниз бегунок. — Я не сделаю тебе ничего плохого.
Боже... В это же трудно поверить!
Сердце на миг остановилось. Будто бы разучилось биться. Однако стоило Северу пройти точку невозврата и упрямо просунуть ладонь мне в штаны, оно взревело подобно мотору гоночного болида, дрифтующего на опасных виражах.
Еще один поцелуй. Хотя бы еще немного промедления с моей стороны — и я сверну не туда. Тот поворот станет ключевым, но отнюдь не последним для меня.
— Ты доверяешь мне? — настороженно спросил Север, опаляя мои в хлам искусанные губы.
— Не знаю. Я не знаю, — буквально заныла в отчаянии.