Один за всех (СИ)
Англичане эту винтовку у Иезекииля Бейкера основавшего мастерскую в Уайтчепеле почти не покупали. Ещё в 1800 году в Вулвиче Британским советом по вооружениям были проведены испытания винтовки. Её признали тяжёлой, заставили при этом удлинить штык до 24-дюймов, уменьшить калибр до.653 (16,58 мм), что позволило винтовке стрелять пулей карабина 625-го калибра. Винтовка заряжалась очень медленно и показала так себе результат. Во время испытания из двенадцати произведённых выстрелов одиннадцать попали в круглую мишень диаметром 1,8 м на расстоянии 300 ярдов (270 м). Ещё и ствол заставили удлинить с 30 до 32 дюймов. А на следующий год опять до 30 уменьшить. Брехт наоборот просил ствол оставить прежним 32 дюйма (81.28 см).
В результате англичане вооружили ими только один стрелковый корпус, а потом сократили в этом корпусе количество счастливых обладателей винтовок до одного полка, который в итоге превратился в знаменитый 95-й полк, известный больше как «Зеленые мундиры», остальным выдали знаменитые и привычный пехотный мушкет «Браун Бесс».
А вот Брехт продолжал четыре года уже скупать все, что у Иезекииля Бейкера в мастерской производилось. Из-за войнушки с Наполеоном в конце 1805 года команды купить очередную партию не последовало, и оружейник совсем приуныл. Армия не покупает и неожиданно вообще никто не покупает, раньше приходилось всё время увеличивать производство, а тут раз и ни одного покупателя, если не считать охотников, которые в сумме одиннадцать штук купили. Бейкер дураком не был и попытался за эти годы понять, для кого же он довольно массово производит оружие. Всё что удалось узнать, так это то, что они покупаются Персией. Неожиданная информация. Вроде дикари, а покупают самые дороги винтовки в мире. И ведь Британским советом по вооружениям она почти забракована.
До последнего оружейник не хотел останавливать производство, ведь на нём трудилось уже больше сотни человек. Немец, который нашёл его в пабе купающим длинные усы в горьком пиве, буквально спас Бейкера от разорения.
— Все заберу. Сколько есть?
— Вы их перепродадите в Персию? — пытаясь сфокусировать глаза на непонятном покупателе, пьяно поинтересовался оружейник.
— В Персию? В Персию. Так сколько есть?
— Почти две тысяч.
— Я заберу все. И вы наберите побольше рабочих, герр Бейкер, у нас там, в Персии, война идёт. Много нужно ружей. Все купим. И наш корол… наш падишах просил на пять дюймов удлинить ствол, если это возможно. Да, и не надо штыков.
— Почему, у меня хорошая сталь? — обиделся Иезекиия.
— Коро… Падишах так сказал. Ему видней.
— Падишах! — Бейкер ткнул пальцев потолок. — Падишах. А в Ганновере он тоже винтовки покупает?
— В Ганновере? — навострил уши покупатель.
— В Ганновере. Там выпускают винтовка Jäger, она почти такая же замечательная, как и моя.
— Нет. В Ганновере падишах не покупает, он ценит только оружие, производимое в ваших мастерский, уважаемый Иезекиия. Увеличивайте производство и удлиняйте ствол. Да, у меня мало времени. Давайте, уже завтра утром уже совершим сделку.
— Утром. — Сонно буркнул оружейник и лёг мордочкой в тарелку с воблой растрёпанной.
Герр Карл Хюлькенбер на обратном пути в Ганновере нашёл предприятие, выпускающее эту винтовку. А ведь этот Бейкер воришка. Его винтовка была просто копией винтовки Jäger. Прототип имел длину около 45 дюймов (1100 мм), 30-дюймовый (760 мм) ствол и весили около 9 фунтов (4,1 кг). Калибр и, правда, был больше — 17.5 мм. Не раздумывая Хюлькенбер купил чуть больше восьми сотен этих винтовок, все, что нашлись на складах оружейной мастерской и в магазинах города.
Возвращался купец довольный, король Пётр просил привезти хотя бы тысячу винтовок, а он везёт почти три тысячи. Можно и про новый орден намекнуть. Ведь у него племянница прямо прозрачной стала. Сестра все глаза выплакала. Умирает девочка от чахотки. А орден даёт право попросить короля отправить девочку в Москву на лечение. А всё русских дикарями называют, а вот, оказывается, в медицине они лучше немцев. Сколько денег уже вбухал Карл, возя племянницу с сестрой по лучшим докторам Европы, деньги-то берут и лекарства дорогие продают. Толку, вот, нет. Хорошо, что у них новый король.
Событие семнадцатое
Как похудеть? Не стой, затылок теребя. Забравшись на весы, живот втяни в себя!
Григорий Гаш
По понедельникам Брехт принимал орденоносцев, уставал хлебать чужое горе, но нельзя же обманывать людей, сказал, что поможет, почему бы хоть не послушать людей. Первый караван больных всё же в воскресенье ушёл. Двадцать человек. При этом понимая, что поступает неправильно, выбрал самых богатых, которые обещали сами и терема там построить и содержать больных и довезти до Москвы на дормезах под охраной со всем тщанием. В основном получились дочери, сыновья или жёны всяких герцогов, князей и графов.
А на день раньше отправил плутонг фельдкурьров баварских в Студенцы. Предупредить жену и Матрёну, что едут новые постояльцы, но это ладно, нужны методики лечения и лекарства, тут в Мюнхене всё плохо, помогайте. Желательно ученицу прислать вместе с солдатиками назад. Если проблема в травках, то купите в Москве на рынках все, какие есть, и по дороге пусть в России на рынках всю траву скупит ученица. И главное — рецепты эти из восковой моли и медведки. Ну и заодно Антуанетту обрадовал, что она теперь королева, а дети прынцы и прынцессссы. Нэт, пока вызвать во дворец нэ могу. Опять война на носу.
Во вторник Пётр первый принимал представителей купечества и промышленности. Наобещал же всяких благ и сырья для развития промышленности. А банков пока нет. С казаками ушли его егеря месяц назад и сейчас уже должно быть добрались до Крыма и отправили гонцов в Дербент, чтобы там срочно изготовили для Баварии клише для печатания баварских рублей и штампы для золотых и серебряных монет. Эти срочно нужны. С медью потом можно разобраться. Пусть пока старая будет в ходу. Просто в рубле будет не сто, а двести пфеннигов. Новую валюту королевства Бавария Брехт решил приравнять к российскому серебряному рублю и название это и оставить. Пусть привыкают дойчи. В принципе, Пётр Христианович долго думал, а что делать с этой свалившейся на него страной. Дербент бросать не хотелось, и уж точно не хотелось бросать Россию. Без него там всё, что он начал, заглохнет. И опять хрень, от всех отстающая, получится. Думал, думал и надумал. А что если на правах королевства попроситься в состав Российской империи. Не сейчас, чуть позже, когда с Францией до конца разберутся. И не одному вступить в состав России, а с собой прихватить Баден и Вюртенберг. Они же родичи Александра, и они к тому времени от Брехта сильно зависеть будут. Кивнёт им, и все втроём подадут заявку на вхождение в БРИКС. Тьфу, в Российскую империю. Осссссуществится мечта всех попаданцев — объединится сумрачный немецкий гений с русским раздолбайством. Ну, и заодно Кавказ весь на это дело подпишет. И Сербию. Нужно, главное, сейчас не прогореть.
Купцам и промышленникам Брехт пока выдавал кредиты лично. Всё же в Вене прилично добра хапнули, и про гроши тоже не забыли. Плюс, доход от последних двух миллионов фальшивых гульденов базарные воришки привезли, плюс в Вюрцбурге у епископа чуть не полмиллиона оказалось в закромах в виде монет и бон. Про всякие золотые чаши и серебряные подсвечники пока рано думать, хоть их немало и в Вене и Вюрцбурге прихватили. Ещё запас монет и бумажных денег есть. Кроме того расплатился за карандаши, перьевые ручки и чернильницы непроливайки Йозеф Хардмут. Привёз кучу просто бабок. Считаем плюсом чуть не миллион. Расширяется его карандашная империя. Уже в пяти крупных городах Европы есть филиалы. Конкуренты, нарисовались, пытались нарисоваться. Но Хартман ему пожаловался, Брехт выделил десяток гренадеров, и те съездили к ним в гости. Руки переломали, детей забрали в Дербент, а заводики переписаны теперь на Хардмута. Делали это не сильно скрываясь гренадёры. И потому больше дурачков в Европе не нашлось. Нашлись в Англии. Туда так просто не сунешься, но на рынок континентальной Европы их не пустили, а с Англией чего уж, пусть пока резвятся. Дойдёт и до них ход. Неожиданная череда пожаров грядёт. Сейчас несколько человек в Дербенте усиленно английский язык изучают.