На дальних рубежах (СИ)

Так Джейс говорил с Корой каждый день, совершенно не чувствуя себя безумцем. А потом был день повторной операции, и пока где-то гениальные хирурги собирали по кусочкам его любимую, Джейс сидел в палате совершенно неподвижно, обхватив голову руками. Молиться он не умел и не считал полезным для себя, но каждой клеточкой, каждым нервом, каждой мыслью он стремился в тот момент к Коре. В палату ее не вернули, положив сразу в медкабину, но добрые медсестры сочли возможным заглянуть к нему и сообщить об успешном завершении операции. Снова можно было дышать. Его даже хватило на то, чтобы быстро сбросить сообщение родителям Коры.
Два дня ожидания прошли в каком-то тумане, а потом часов в десять третьего дня за дверью послышался знакомы ворчливый голос.
— Зачем это кресло? Мне же не ноги переломали! Или дайте мне самой рулить, а то я себя инвалидом ощущаю! Да и вообще, тут уже пешком можно....
Джейс бросился открывать дверь, впуская в комнату солидного пожилого мужчину в синем костюме хирурга, медбрата, катящего инвалидное кресло, и самое главное - исхудавшую, бледную, но бойкую Кору. Едва Кора увидела Джейса, она выпорхнула из кресла и повисла у него на шее. Повисла буквально, потому что ноги ее держали плохо, вопреки всем уверениям об обратном. Джейс подхватил ее, отнес к койке и помог устроиться поудобнее. Оторвать друг от друга взгляд или разомкнуть руки оказалось выше их сил.
— Минуточку внимания, молодые люди, и я оставлю вас в покое, - подавил улыбку доктор. -Кора, побудешь у нас еще недельку, походишь на физиотерапию. Вот список рекомендаций, но пока что они все - обязательны к исполнению. Все дыхательные упражнения, растяжка, все это делаешь; если чувствуешь где-то дискомфорт или боль, сразу сообщаешь. Молодой человек, проследите, чтоб она соблюдала режим, и не позволяйте перенапрягаться. А то кое-кто уже рвется в бой.
— Конечно, господин, все сделаю, - кивнул Джейс, продолжая ласкать нежным взглядом лицо Коры, настолько осунувшееся, что казалось, от него только глаза остались. Зато это лицо было живым и радостным.
— Так, косметическое удаление шрамов запланируем... - начал было доктор, но тут Кора встрепенулась.
— До конца я не хочу сводить эту пятерку! Основное уродство уберем, но я хочу, чтобы их было видно.
Доктор удивленно посмотрел на нее. Подобную просьбу от пациентки он слышал впервые.
— Хорошо, сократим количество сеансов, но у тебя еще есть время подумать. Не торопись. И постарайся сейчас отдохнуть, - умудренному опытом человеку было хорошо видно, что сейчас двум молодым влюбленным не было дела ни до чего, кроме друг друга.
Дверь за чужими людьми еще не успела закрыться, а Кора уже обвивала его шею руками и с навернувшимися на глаза слезами осыпала поцелуями его лицо.
— Родной мой, хороший мой, ты живой, целый, - повторяла она, будто это не ее саму собирали, как паззл, а его.
— Все позади, Кора, все хорошо, - пытался успокоить ее Джейс, боясь за хрупкость ее только что обретенного здоровья.
Сильные эмоции быстро истощили небольшой запас сил Коры и вскоре она начала клевать носом, слушая весьма сильно отцензуренный рассказ Джейса о том, что происходило после ее ранения, и так и не отпустив его руку. Родители примчались уже меньше чем через час, и Джейс деликатно оставил благородное семейство, чтобы измученные переживаниями люди могли выплеснуть эмоции, не стесняясь чужих глаз.
Ждать, пока счастливое семейство наговориться, пришлось долго. Им, несомненно, было что обсудить. В конце концов Джейс решился прошвырнуться до киоска на первом этаже и провел там не меньше часа, пересматривая разносортный товар. Вдруг телефон тренькнул, сообщая о полученном сообщении. Как ни странно, оно было от Коры: "Чисто, они ушли". Он усмехнулся. Могла бы через ошейник сигнал дать, а вот поди ж ты, пишет ему сообщения! Джейс оплатил пачку чипсов и бутылку газировки, чтобы компенсировать продавщице моральный ущерб от своего долгого присутствия, и направился обратно.
— Тебе это нельзя, - твердо сказал он, поймав голодный взгляд Коры на пачке с чипсами. - У тебя печень.
 
— Именно, новенькая и свежая, так что дай!
— Вот когда доктор разрешит, тогда получишь, - назидательно рек Джейс, на всякий случай держа чипсы подальше. - Нечего новую печень нагружать!
— Я все равно ее убью снова, как только доберусь до первого же бара!
— Вот тогда и поговорим, - упрямо не поддавался Джейс. Жизнь с младшим братишкой привила ему определенную устойчивость. - А пока вот, ешь то, что доктор прописал!
— Злыдень, - фыркнула Кора, устраиваясь у него под боком на диванчике. В своих фланелевых штанах и мягкой майке она была очень домашней и уютной. - Одну дай, больше не попрошу, обещаю!
Одну чипсину пришлось-таки отдать.
— Как поговорили?
— Пришлось все рассказать в подробностях, - призналась Кора. - Звонили домой, искали флэшку со всеми доказательствами. Слава богу, нашли! Отец рвет и мечет, хочет дать этому делу ход. По-моему, он немного обиделся, что я его раньше не привлекла. Говорит, что я не сирота и не в коробке под лестницей родилась.
Джейс фыркнул. Семейство Хименес, как он успел выяснить, относилось друг к другу крайне трепетно. Ему тоже хотелось бы иметь такую крепкую семью. Как не надо делать, он уже знал. Теперь перед глазами был пример крепкой любящей семьи, а возможность построить нечто аналогичное для себя сгорела ярким пламенем.
— Слушай, почему ты сказал папе, что ты виноват в моем ранении? - вдруг спросила Кора. - Он же черт знает о чем подумал!
— Так я и виноват, - пожал плечами Джейс. - Это же я не добил того мужика. Бежал за Карнзом, боялся упустить. Думал, пары выстрелов ему хватило, он же без броника был.
— Ты совсем того, да? - сочувственно поинтересовалась Кора. - Во-первых, операцией руководила я, значит все ошибки - на мне. Во-вторых, и это самое главное, я сама не убедилась, что он мертв. Ты за меня не отвечаешь. При моем опыте это непростительная ошибка! Мне будет за нее стыдно до конца моих дней. Расслабилась в мирной жизни, нюх потеряла! Тебя я ни в чем не виню, наоборот, я тебе благодарна.
— Ты жива, это главное, - пожал он плечами, приобнял Кору, словно желая утешить и отогнать дурные мысли. - Теперь вернешься домой, будешь спокойно гонять по степи, принимать новых телят. Пасти своего красного быка....
— То есть мои ошибки ты готов списать, а за свои себя гнобишь? - она внезапно приподнялась и уселась так, чтобы лучше видеть его лицо.
— Не знаю. Просто я действительно много портачу.
— Кто тебе это сказал? - ответа она не дождалась. Немного помолчав, Кора насупилась и вдруг выдала:
— Ты замечательный, ты знаешь об этом? Не закатывай глаза, это не вежливо! Пережить все и остаться человеком, это же какой силы дух надо иметь. Джейс, что бы ты там не надумал, но ты достоин и любви, и уважения, и хорошего отношения к себе.
— Какой же я сильный, посмотри на меня?! - голос предательски дрогнул, в душе вскрывалась огромная рана. - Кора, о чем ты? От меня же ничего не осталось!
— Ты сильный, добрый, великодушный, - настойчиво повторила Кора, бережно положив ладонь ему на щеку. - Ты умный, талантливый, способный. В тебе столько светлого! Это же чудо, как ты смог пронести это через все, что выпало на твою долю! Да что ты отворачиваешься?! Я понимаю, тебя нарочно убеждали в обратном, но, милый мой, дорогой, почему ты веришь врагу больше, чем мне или Тому?
Джейс задумался. Ответ дался с трудом.
— Если долго смотришь на человека с колен, он кажется тебе богом, - тяжело обронил он. Но потом посмотрел на Кору, и улыбка едва заметно тронула губы. - Но теперь я стал убийцей богов. Благодаря тебе.
— Обещай мне, что научишься прощать себя. Себя надо любить, Джейс, - она уловила перемену в лице Джейса и строго пресекла попытку похабно пошутить, чтобы уйти от серьезности разговора. - Ты понял, о чем я.
— Понял, - признался он. - Я постараюсь.