Барсик - Хищник города (СИ)

Остальных же, также «оставленных» прикрывать наш отход я уже не жалел ни капли. Бывшие Соговцы и те, кто к ним переметнулся из моего отряда, уже осознали, что произошло, но изменить ничего не могли. Пока мы с Шустриком и Питоном проламывались сквозь заслон в переулке, их просто-напросто разорвали, без малейшего шанса на сопротивление.
Едва путь стал свободен, как наша троица, при поддержки еще нескольких бойцов, кинулась назад, встав на пути у вала канализационных тварей. Стоять насмерть от нас не требовалось. Но отбить немного времени было необходимо. И остановить такой массовый «навал» монстров, могли только мы. Остальные просто легли бы «под каток» без всякого толка. Пусть уж лучше уходят из под удара. Как и планировалось. Ну а мы… А что мы?
Как и ожидалось, несколько мощнейших ударов хвостом, при поддержки моих «Импульсных», опрокидывающих почти любую тушу или хотя бы останавливающих ее. Сверху это полирует Шустрик, «Сколопендра» и пара пауков с их «Шокерами»… И перед входом в переулок выситься небольшая горка кучи-малы тварей, об которую запнулись все остальные.
— «Отходим!» — Скомандовал я, видя как последние участники отряда втягиваются в переулок.
Рванувшись в перед, я догнал одного из подростков, первыми присоединившихся к нам, запрыгнул к нему на руки и отдав последнюю команду — Шустрик за главного! — вырубился. Чрезмерное «Ускорение сознания» качественно и бескомпромиссно накрыло-таки меня откатом.
  
Глава 10
 
По уже давно заведенной и опостылевшей традиции приходить в себя было… отвратительно. Но в отличии от других случаев — не настолько тяжело, как раньше. Все же, моя энергетика уже давно обзавелась некоторой устойчивостью к перегрузкам. Да и тело, вслед за ней. Как говорится: «В здоровом теле — здоровый дух». Правда… в моем случае все несколько иначе, но общая концепция примерно такая.
Что еще интереснее — очнулся я в довольно комфортной обстановке. Не посреди улицы у кого-нибудь на руках и не в центре сражения, как я подспудно опасался. Ведь никто же не мог запретить тварям преследовать остатки нашего отряда.
Но нет. Все тихо, мирно. Лежу в какой-то корзине, простеленной мягким тряпьем. В какой-то комнате, какого-то дома. Прям все по заветам фильмов ужасов. Только вместо слова «темный» — словосочетание «какой-то».
Медленно, стараясь не делать резких движений, я приподнялся на передних лапах и высунул морду за границы своего лежбища. Оглядевшись вокруг я удивился еще больше. Я и раньше почуял, что в комнате я не один, но только сейчас рассмотрел и осознал, кто тут рядом со мной. В углу, на лавке, почти в такой же корзине безмятежно дрыхнет Ангере. На полу возле него — троица подростков. Ну… Тут и нет ничего удивительного. Они от кота ни на шаг не отходили.
В другом углу, в таких же комфортных условиях устроился Шустрик, нервно подрагивая лапами во сне. Всё остальное пространство комнаты тоже было занято. Свободных мест практически не осталось. Тут были и люди и звери, спящие друг с другом чуть ли не в обнимку. Что, в прочем — не удивительно. Таких комфортных и привилегированных условий, что устроили нашему кото-трио не досталось больше никому. Спали прямо на голом полу. А тут довольно прохладно.
Ну или на стенах, как в случае некоторых змей, одно паука и знакомой сколопендры. Впрочем, со словом «спали» я явно поторопился. Скорее отдыхали. Та же сколопендра, едва я на нее посмотрел, ответила мне аналогичным взглядом. Не очень осмысленным, правда. Наверное сработал какой-то инстинкт зверушки, заставивший ее среагировать на направленное внимание.
В общем, судя по всему отряд смог благополучно выбраться из той переделки. И пока я был в отключке они нашли некое безопасное место, где и завалились на отдых. Учитывая сколько напряга было за время нашего прорыва — такая повальная солидарность в желании «подавить на массу» мне прекрасно понятна.
Из открытых вопросов оставался только один. Исторический. Нужно разобраться в том, что происходило после моей отключки. В принципе в этом деле мне может помочь любой из тех, кто находился сейчас тут. Хоть человек, хоть зверь. Разбуди, да узнай. Навык «Менто-общения», позаимствованный у Ангере я прокачал достаточно сильно. Вполне способен «перекодировать» свои мысле-образы, чтобы общаться с окружающими, без помощи кота. Конечно не так качественно и всеобъемлюще, как делал это он, но тоже на вполне достойном уровне.
 
Во многом такой скачек произошел за счет недавнего перенапряжения, где все мои возможности были задействованы на максимум. Особенно — умственные. Хочешь не хочешь, а научишься, прокачивая через свой мозг огромные объемы информации, передавая команды и мысле-образы окружающим и пытаясь подобрать их «кодировку» так, чтобы поменьше нагружать едва держащегося в сознании Ангере.
В общем, я и сам сейчас не понимал — как и что нужно делать, чтобы, к примеру, «поговорить» с каким-нибудь человеком. Однако прекрасно чувствовал, что если мне это понадобиться — осилю эту задачу без проблем. Ну а со зверями и раньше не было особых проблем. Тут и простых «мыслеобразов» достаточно.
Единственное что подкачало — это радиус. Для общения нужен близкий контакт. В идеале — до трех метров. При некотором усилии — до десятка. На большее расстояние мои «мысле-образы» долететь просто не способны. Я все же не «внешник» и не способен контролировать даже свою собственную энергию, заключенную в таких «посланиях». А без поддержки «целостности» за счет этой энергии «мысле-образ» просто разорвет потоками энергии, словно его и не было, едва вложенная энергия потеряет стабильность.
Будить я никого естественно не стал. Зачем? Они все не слабо выложились. Так что пусть отдыхают. Сил набираются. Мало ли, что там будет дальше. Да и — по-любому ведь, если мы тут спали, значит место безопасно, а в текущих условиях «безопасное» и «охраняемое» — это одно и тоже. А значит — выйди, найди часового или еще кого бодрствующего, да расспроси. Собственно, именно так я и поступил.
Стараясь не особо напрягаться и не делать резких движений, я вылез из корзины, спрыгнул на пол, с трудом попав на пяточек свободного от тел пространства и лавируя между телами отдыхающих, потопал на выход из комнаты.
Найти кого-то, кто мог бы ответить мне на все вопросы, не составило ни малейшего труда. Они сами меня заметили, сами подбежали, сами обняли. В общем, несмотря на легкую боль и головокружение, против «таких» ответов, я ни сколечко не возражал. Ибо мои поиски по сути были окончены. Едва выйдя из небольшого домика, ставшего прибежищем почти для всего моего отряда, я оказался в нежных и любящих руках своей «хозяйки».
Сиэла была готова меня буквально затискать, ничуть не сдерживая этого своего порыва, несмотря ни на какие мои протесты и увещевания немного хромающего трактирщика. Да и Гибри, во всю выражал свою радость, кружась вокруг и пытаясь хоть иногда, но уловить момент и прыжком достать до моей морды. Прическу видимо хотел мне поправить. Слюнями уловить в красивый зализ по последней собачьей моде.
Единственная, кто не смог выразить свою радость — жена трактирщика Траде. Благо, хоть она и была слаба и большую часть времени отдыхала где-то на втором этаже соседнего дома, но по уверениям Ситре, ее здоровью уже ничего не угрожало.
Бочонок, к слову, едва услышав радостные возгласы Сиэлы, тоже показался на глаза. Увидев брата, пусть и потрепанного, но живого, я словно скинул с плеч огромный груз, все это время давивший меня к земле.
 
— «Ну здравствуй, здоровяк» — Хмыкнул я, когда меня наконец поставили на землю и я-таки смог к нему подойти и легонько боднуть его плечом. Впервые за все время, что я живу в этом мире, в теле кота, я смог воспринять Бочонка действительно, как брата. А не просто… родственника, пусть и близкого. Правду говорят: Имея — не ценим, а потерявши — плачем. Так и со мной. До последнего цепляясь за свою прошлую жизнь, я не мог себе позволить расслабиться и принять произошедшее. Точнее — принял-то я это давно. Но, пожалуй только сейчас, принял это полностью, отбросив все свои заморочки куда-подальше. Аккурат после того, как чуть не потерял Бочонка, побывал в бою и вынужден был взять на себя ответственность за доверившихся мне существ. И не важно, люди то или звери.