Повелитель разума (СИ)

— Они собирали у школьников страх. Возможно, ещё какие-то эмоции, я пока не до конца разобрался.
— Собирали? — Соня зацепилась за это слово. — Перестали, потому что ты с ними разобрался?
— Перестали, потому что я занял их место.
— Ты?
Она неверяще посмотрела на меня. Её глаза расширились. Она вспомнила, что я спрашивал про плохих парней. В её голове сложилась общая картина. Включились эмоции, и она перестала понимать, с кем общается и где находится. Её мир закружился, начал рушиться и создаваться заново, но уже в другом образе.
— Я не понимаю, Курт. Пока я чего-нибудь не надумала, объясни, что происходит, — попросила Соня жалобно.
Для неё я сейчас был одновременно источником хаоса и единственной опорой, за которую она могла зацепиться.
А ещё для неё было слишком много чувств и впечатлений за столь короткое время. Она боялась думать о том, что я такой же, как тот человек, который убил её подругу.
— На это меня толкнула не самая красивая история, — предупредил я.
— Расскажи. Иначе я боюсь сойти с ума.
— Это случилось тринадцатого сентября, — заговорил я, смотря Соне в глаза. — Моя сестра задержалась и вечером не вернулась домой. Я отправился искать её.
Так иронично… Я грустно усмехнулся, вспоминая тот момент. Как шёл и думал, что из-за безответственности сестры приходится тратить время и шляться по улицам.
— Нашёл. Увидел окровавленной, в разорванной одежде, потерянной. На тот момент у меня уже три года были способности, которые я никак не развивал, просто пользовался ими для своих не самых амбициозных целей. Сестра находилась в критическом состоянии. Я помог ей вернуться домой и, конечно же узнал, что с ней случилось. Не буду вдаваться в подробности. Скажу лишь, что у неё точно так же, как и у твоей подруги украли талант.
По телу девушки при этих словах пробежала волна. Она расслабилась от мысли, что я не просто злодей, а делаю что-то ради сестры. Это Соня была готова принять и понять.
Но только вот история на этом не заканчивалась. Она на этом только начиналась.
— Сделавший это человек был жесток. Он настоящий монстр. Оставил в её голове закладки. Каждый раз, когда сестра вспоминает о своём таланте, на неё наваливается весь ужас пережитого. Это медленно сводит её с ума.
Я не стал уточнять, что в первые дни было тяжелее всего. Мне пришлось выкинуть все альбомы, рисунки и картины, висящие на стенах, маркеры, краски и карандаши. Удалить фотографии с подругами и друзьями с кружков по рисованию. Вырезать значимую часть жизни сестры. Буквально приказать ей забыть всё это, порвать контакты со всеми, с кем она привыкла общаться последние десять лет.
Спасло только то, что большинство её знакомых разъехались по стране, поступив в институты. Она тоже поступила. В художественный, на дизайн. А к нам приехала на выходные, чтобы забрать оставшиеся вещи и перевести в общежитие.
Больше она там не учится.
Я уладил этот вопрос. Когда её состояние стабилизировалось и я понял, насколько проблема серьезна, то съездил в институт и забрал документы. А потом устроил её в другое место, в нашем городе, чтобы она не сидела дома и ни чахла. Новые занятия и знакомые — это второе, что её спасло. Так она хотя бы отвлекается и пробует себя в новом деле. Я же прошёлся по всем, кто был нужен, чтобы её оформили, когда занятия уже начались.
Так сестра вернулась к нам. Сложнее всего было с отцом. Тогда я применил на нём силу особенно жёстко. Да и на всех остальных людях, кто мне попадался на пути. Прыгнул выше головы, не думая о последствиях.
— Твоя сестра? Которую я видела только что? — нахмурилась Соня. — Она выглядела вполне нормально.
— Это потому что я стабилизировал её психику. Каждый день проверяю её и слежу за тем, чтобы её разум не разрушился. Она потеряла важную часть жизни, я помог с этим справиться. Но это временное решение. В любой момент ситуация может выйти из-под контроля, и она повторит путь твоей подруги.
— Но…
Соня покачнулась, запутавшись ещё больше. Первой её реакцией была мысль, что я всё же хороший парень, раз так забочусь о сестре. Но это никак не объясняло, почему я пришёл в Низины и теперь, заняв место подонков, терроризирую школьников, чтобы собирать с них страх.
 
А ещё девушка думала, что я могу её банально обманывать. Сомнения и подозрения разъедали её изнутри, подтачивая ростки доверия ко мне. Я бы мог это исправить лёгким вмешательством, но разве тем самым не подтвержу её опасения?
Весь этот разговор я ощущал себя балансирующим на краю лезвия.
Лезвия сомнений, неопытности, юности и тех рисков, которые пронизывают мою жизнь.
— В первые дни я был рядом с сестрой и отслеживал её состояние. Искал способ, как помочь, исправить то, что произошло. Выяснил, что сделавший это человек куда сильнее меня и я не в состоянии убрать его вмешательство. Тогда начал думать, что с этим можно сделать. Одно мне было известно — это случилось в Низинах. Сестру похитили где-то здесь и отвезли туда, я смог прочитать это в её памяти.
— А ты увидел, кто это сделал?
— Нет. Только смутный образ, без деталей. Я не знал, как найти этого человека, решил начать с того, что уже знал. Так я попал в вашу школу. Повлиял на директора, меня стали считать учеником. Предположил, что где-то в школе могут быть такие же, как и я, и что следует начать поиск именно с них. В тот первый день, когда мы с тобой познакомились, я подрался с Шоном и его дружками, не потому что это было нужно, а потому что меня переполняла злость и ненависть. То, что сразу удалось напасть на след, было случайностью, — признался я.
— Но ты защитил того парня.
— Мне было плевать на него. Я просто искал кого-то достаточно сильного, чтобы сорвать на них злость и сделать что-то заметное, чтобы спровоцировать другого повелителя разума. Их хозяина.
— Хозяина?
Это слово Соне не понравилось. Она подумала, что если так называю такого же, как и я сам, то могу и себя считать чьим-то хозяином. Возможно, её самой.
— В их случае так и было. Я сорвал их план, не дал собрать страх, а потом тот парень вышел на меня, захотел разобраться своими методами. Эту троицу он полностью поработил. Они боялись и глянуть в его сторону, настолько он их подавил.
История впечатлила Соню. Случай с подругой казался чем-то пусть и трагическим, но обычным. А такие дела прямо в школе, когда её знакомых используют столь беспринципно, как вещи, выбило её из колеи окончательно.
Я подтолкнул к ней чашку с чаем. Соня схватилась за неё и выпила залпом. Поморщилась, но не вскрикнула. Отец разбавил напиток холодной водой, что и спасло от ожога.
— А как так вышло, что ты теперь сам собираешь страх?
— Есть тот, кто стоял над этим парнем. Его босс, что-то типа главаря банды скорпионов. Он поставил меня на место побеждённого, чтобы я выполнял грязную работу. Поставил в ультимативной форме. Либо так, либо смерть. Мне это было на руку, потому что я через него надеюсь найти того, кто обокрал сестру.
— Это может быть тот же человек, что и с моей подругой?
— Может.
— Что ты собираешься с ним делать, когда найдёшь?
— Вернуть то, что он забрал.
— А после?
Я не ответил, но Соня и так догадалась. Думал, что она меня осудит. Но она отреагировала иначе.
— Тогда я тебе помогу! Мою подругу уже не вернуть! — в голосе Сони промелькнули жесткие нотки, — но если было два случая, то будут и другие! Ещё чьи-то подруги и сёстры пострадают.
— Это слишком опасно. Если честно, даже общаться со мною опасно. Помнишь ту собаку? Личность того мужчины стёрли, а пса натравили на нас с тобой. Я не знаю, кто это был, но собираюсь найти и его.
— Я внезапно узнала, что мир набит людьми со сверхспособностями, которые позволяют им сделать с твоей башкой что угодно, — Соня издала нервный смешок. — Так что слышать про опасность как-то смешно.
— Шансы у обычного человека попасть в неприятности довольно низки. Рядом со мной они повышаются.