Повелитель разума (СИ)

Причём совсем недавно я видел, как это работает на примере Сони. Как она сама терялась, стоило столкнуться с миром повелителей. А сейчас она почему-то почти спокойно об этом рассуждает.
— То есть ты знаешь, что происходит? — потребовала она.
— В общих чертах.
— Почему-то каждый раз, когда я об этом думаю, то начинает болеть голова. — Соня потерла виски и скривилась. — Я это тоже давно заметила и записала в блокнот. Каждый раз, когда его перечитываю, то удивляюсь, почему забываю о том, что туда записываю.
Блокнот тоже был среди бумаг, которые она принесла. Он лежал сверху, и я с молчаливого разрешения заглянул внутрь. В последних записях было сказано, что Курт странно и подозрительно себя вёл, управлял другими людьми. Дальше подробно описано произошедшее возле автобуса, а за этим шёл схематичный рисунок того, как на меня бросается собака.
— Ты мне расскажешь, почему так? Ты пришелец?
— Насколько себя помню, я с этой планеты.
— Но можешь ошибаться? И насколько себя помню — не означает, что твои корни тоже отсюда.
— Насколько я знаю, мои предки тоже с этой планеты. Хотя не готов утверждать, что это именно так.
— То есть всё же пришелец… — вздохнула Соня обречённо.
Эта фраза не была следствием глупости. Не уверен, что раньше заметил бы подлинную причину. Но сейчас, благодаря возросшим силам, я отчётливо увидел, почему Соня это говорит. На её разум оказывалось какое-то фоновое давление, которое толкало девушку искать любые бредовые объяснения. Она готова поверить в супергероев, в пришельцев, вампиров или ещё в какой-то подобный бред, но не увидеть всей правды.
Думаю, это второй слой защиты. Первый делал так, что люди не могли запомнить все эти странности, с которыми сталкивались в жизни. А второй слой защиты — это нелогичные и глупые объяснения, если человек оказался настолько упрямым, чтобы, несмотря на противодействия, продолжать думать об этом. Возможно, отсюда в интернете и гуляет куча всякого бреда про нечисть, супергероев и прочую ерунду.
— Нет, не пришелец. Дело в том, что есть люди, способные…
В этот момент я осознал, что если раскрою девушке правду, то навечно испорчу наши отношения. Как она сможет мне доверять, если будет знать, что я вижу её мысли и чувства? Более того, я могу управлять её мыслями и чувствами, в том числе по отношению ко мне.
Нет в этом мире человека, способного спокойно относиться к тому, что его видят буквально насквозь. И ладно бы речь шла о внутренних органах, мышцах и сухожилиях. Но нет. Речь шла о куда более сокровенных и потаенных вещах.
Чтобы я сам ощутил, если бы прямо сейчас Соня увидела мои сомнения, говорить ей правду или нет? Увидела мой страх раскрыться перед ней полностью? Желание обмануть, чтобы сохранить статус-кво, оставить всё как есть? Как бы это повлияло на её чувства ко мне?
И как бы такая незащищенность повлияла на меня самого?
Что я сам почувствую, когда увижу у Сони сомнения? А они точно будут. Я хорошо знаю, насколько хаотичны мысли и чувства людей. Одновременно в одном человеке могут уживаться любовь и ненависть, смешиваясь со всем остальным спектром чувств.
У меня не было ответов на эти вопросы. Но я знал, что не хочу обманывать эту девушку. Если правда будет стоить нам отношений, то так тому и быть.
— Способны управлять другими, — закончил я начатую фразу. — На видео мужчина делает именно это. Возле автобуса я тоже такое сделал.
— Как?!
Соня была готова задать миллион вопросов. Она ещё не понимала, к чему это приведёт.
— Некоторые люди меняются после экстремальных событий. У того мужчины сгорела жена и ребёнок. Возможно, это послужило причиной. В больнице он обрёл и осознал способности, а потом пошёл творить что вздумается.
— А ты можешь что угодно приказать?
— Это не так-то легко. Есть ряд ограничений. На самом деле я и сам мало что знаю.
— Но… совсем ничего не понимаю. — Соня затрясла головой.
— Я бы рад помочь разобраться, но, боюсь, нахожусь в том же положении, что и ты. Вместе с способностями никто не выдаёт к ним инструкцию.
 
— Так значит, это всё же способности? Получается, ты супергерой?
— Скорее злодей. Героев пока не встречал. — криво улыбнулся я.
— Это же круто! — воскликнула Соня. — Только ты, надеюсь, не клишированный злодей, который два часа рассказывает герою о своём коварном плане и даёт ему возможность спастись в самый последний момент?
— Я тоже надеюсь, — против её улыбки нельзя было устоять. У меня возникло чувство, что за все испытания и страдания, на меня сегодня решила обрушиться компенсация. То завтрак с семьей, то приход Сони и её чистые, яркие эмоции.
— А насчёт героев, так ты сам сказал, что мало чего знаешь об этом. Быть может, ты просто не успел их встретить, — от девушки повеяло непоколебимой уверенностью и верой в то, что герои обязаны существовать. Для неё это было отчаянной попыткой серьезную ситуацию разбавить шуткой. — Но погоди… Если способности пробуждает какое-то экстремальное событие… То что случилось у тебя?
Соня и сама испугалась этого вопроса и отругала себя мысленно за то, что язык бежит впереди разума. Она подумала, что лезет в слишком личные дела. Задумалась, не перегибает ли палку и что такие вопросы — это уж слишком. При этом её жгло любопытство. Весь этот сумбур внутри заставлял её ёрзать на стуле, на который она присела до этого.
— Мама… Она…
Я замолчал, не в силах произнести вслух то, что моя мать покончила жизнь самоубийством. Перед этим… Нет, я даже думать об этом не готов.
— Не говори, — Соня порывисто встала со стула и обняла меня. — Прости меня за этот вопрос.
У неё в голове билась мысль о том, как наши судьбы похожи. С её матерью тоже что-то случилось. Но подробности я выделить не мог. Не в первый раз замечаю, что болезненные воспоминания люди подавляют.
Так странно… Если в нашей жизни у нас обоих были трагедии, почему способности пробудились только у меня?
Некоторое время мы стояли, прижавшись друг к другу. Прошло совсем немного времени, прежде чем неприятные ощущения отпустили меня. Соня по-прежнему обладала этим удивительным эффектом, успокаивая меня. Она действовала лучше всякого обезболивающего. Обмывала, как струи теплого дождя, смывала грязь с моего сердца и души.
Та темнота, что всплывала каждый раз, когда я вспоминал о маме, отошла на задний план. А через пару минут я вовсе перестал об этом думать, внезапно осознав, что прижимаю к себе девушку, которая мне нравится, при этом мы стоим у меня в комнате. Я ощутил, что Соня пылает огнём. Её ладони как-то сами собой залезли мне под футболку и коснулись спины. От её ладоней исходил жар.
Приятный жар. Обжигающий и дурманящий.
Наконец-то я смог распробовать запах её волос. Пахло осенью и свежестью.
Соня и сама перестала грузиться по поводу неловкости ситуации, вызванной её вопросом. Её мысли переключились совсем на другое. От чего меня бросило в ещё больший жар. Совсем недавно я рассуждал о минусах отношений, когда можешь читать мысли, но сейчас увидел ещё одну сторону, точнее, не увидел, а ощутил во второй раз в своей жизни.
Чувства Сони разжигали мои. Это была рекурсия, замкнутая на саму себя цепь. Она чувствовала, что что-то внутри меня изменилось. Что мне приятно её обнимать. Слышала, как я вдыхаю её запах. Всякие глупые мысли в её голове, вроде того, вкусно ли она пахнет, быстро улетучивались. Это было несколько дико — знать, что она тоже меня обнюхала. Мы как два зверя, изучали, каково находиться в объятиях друг друга.
В её голове мелькали и другие мысли, что всё это выдумка. Что в любой момент это может закончиться. Что это слишком опасная игра, в которую она не умеет играть.
В этом мы с ней были до боли похожи. Я тоже боялся довериться. Меня не пугала смертельная опасность. Когда мне угрожали оружием и хотели убить, это не вызывало страха. Я смотрел смерти в глаза, и мне было плевать. Я был готов бросить смерти вызов и, если потребуется, умереть. Но сейчас… Я обнимал девушку и ощущал все эти эмоции, оказавшись опасно обнажённым, уязвимым и ранимым перед ней.