Запретная (СИ)

- Тогда после них, - указал лихоус на блондинку с брюнетом, обращаясь к брюнетке с блондином. – У них пять выстрелов осталось.
- Хорошо, - кивнула Джейн.
- Призовые возьмём? – спросил её Дональд. – Смотри, какую красоту можно выиграть, - показал он на огромные плюшевые игрушки, висящие внутри тира.
- Давай сначала обычные. Разогреемся, пристреляемся.
- Давай. Не обидно будет, если на разогреве наберём очки, а потом нет?
- Для призовых другие мишени, - вмешался в их разговор отец мальчика. – Вон те красные точки, – указал он на дальнюю стену с горящими красными точками в головах различных монстров.
Шестнадцать метров отделяло лучников от этих точек. Попасть в них было трудно, невероятно трудно, так трудно, что не стоило и браться, но всё-таки возможно.
- Ого, - улыбнулся блондин. – Да тут Робин Гуд нужен.
- Не говорите. У нас три мимо, у них пять, - кивнул папаша на парочку рядом. – Лучше обычные брать.
Обычные мишени стояли на три метра ближе.
Наши герои покончили с бургерами, вытерли влажными салфетками руки – служащий следил за ними, слегка нахмурившись, поэтому они делали это тщательно и с показным энтузиазмом, - дождались пока блондинка с брюнетом закончат стрельбу, обнимашки и целовашки и уйдут и встали на их место.
- Нам тридцать обычных, - сказал Дональд лихоусу, положив на прилавок тридцать баксов и посмотрел на свою спутницу: - Хорошо разогреемся.
- Да, - ответила та. – Кто первый?
- Ты. Давай по пять выстрелов.
- Давай.
Через минуту два жёлтых круга в центре мишени были утыканы пятью стрелами нашей героини. Две стрелы торчали из самого маленького центрального кружка, три - из того, который его окружал. Дональд аплодировал и восхищался умением своей подруги после каждого её выстрела. После второго – это было первое попадание в «яблочко», - к нему присоединились здоровяк с сыном и один из крепышей, после третьего - мама мальчика (он назвал её мамой – вот, откуда я это знаю) и парень, назвавший Джейн идеальной, а после четвёртого – это было второе попадание в «яблочко», - все остальные.
Аплодисменты и восторженные восклицания притянули к тиру пару десятков зевак.
- Ну ты крутая! Ты что, лучница? Может научишь нас? – полетели в Джейн реплики от крепышей слева.
- Это было шикарно! Па, я тоже так хочу! Дорожите ей, молодой человек - она у вас настоящая охотница! – послышались реплики от семейства справа.
- Спасибо, - ответила в обе стороны «настоящая охотница». – Тренируйся и всё получится, - улыбнулась она мальчику. – Лучше практики никто не научит, - бросила она влево.
- Вот это девочка! Я всегда о такой мечтал. Секси эльфийка. Что за хахаль у неё офисный? Ручки, как нитки висят. Щас лук поднимет – сломаются, - обменялись фразами и эмоциями три крепыша под одобрительные кивки двух других.
- Ты что занималась стрельбой? – спросил нашу героиню Дональд.
- Отец учил нас с братом стрелять, - ответила та и передала ему лук.
- Понятно, - сжал губы блондин. - Значит профи. Ну и как мне теперь стрелять после тебя? Народу ещё собралось…
- Да ладно. Мы ж не соревнуемся.
- Эх, - вздохнул парень. - Ушли б все отсюда, чтоб не видеть моего позора.
- Не думай об этом. Сосредоточься на мишени, - посоветовала девушка, ощутив своё превосходство над ним.
Через две минуты три стрелы Дональда торчали из крайних синих кругов мишени и ещё две – из белого полотна за кругами. Но Джейн всё равно аплодировала и хвалила его после каждого выстрела. После третьего – это было первое попадание в «белое», - двое крепышей протянули «Буууу», после пятого - это был второй выстрел «за мишень», - раздалось уже три «Буууу» - всё также слева, - здоровяк справа досадливо покачал головой, а из толпы зевак раздались смешки.
- Ничего страшного - охотница в вашей паре уже есть, - подбодрил отстрелявшегося блондина отец мальчика.
- Да, - улыбнулся тот, передавая лук «охотнице». – Я и не ожидал от неё такого.
- Я тоже не ожидала, - проговорила Джейн, косясь на раздражающих её крепышей, которых хотела убить за их «буканье». Они портили её наслаждение восхищением Дональда, не давали прочувствовать его вкус, аромат и послевкусие сполна. – Что попаду в «яблочко» только два раза, - самодовольно улыбнулась она.
 
- Давай на поцелуи, - предложил ей один из «раздражителей», осклабившись. Его волосы были самыми тёмными – почти коричневыми, - лицо самым наглым, а бицепсы и трапеции самыми выделяющимися. – Попадаешь в яблочко – я целую тебя, не попадаешь – ты меня.
- Придержи язык, - сказал ему Дональд.
- Как тебе не стыдно? – посмотрел на громилу папаша. – А если б ты пришёл в парк с девушкой, и толпа амбалов…
- Мы не толпа, мы прайд, - громко перебил его светлый коротко бритый. – Прайд львов.
- Так это парень с девушкой? – наигранно удивился громила с самыми тёмными волосами. – Я думал это няня с подростком.
- Если будете лезть к клиентам, я позову охрану, - вмешался служащий тира.
- Всё, всё, - поднял руки зачинщик. – Мы ж не знали, что это парень с девушкой.
- Уроды, - тихо произнесла Джейн, прицеливаясь.
- Не обращай внимания, - проговорил Дональд.
Их разогревочные выстрелы продолжили восхищать и смешить окружающих. Контраст между точными попаданиями девушки и корявыми промахами её спутника делал восхищение первыми громче, а смех над вторыми веселее. Вдвоём, наши герои вызывали более обширный и усиленный спектр эмоций, чем делали бы это по одному.
Крепыши букали, крякали, бекали и квакали, издеваясь над стрельбой Дональда и аплодировали, выкрикивая похвальные слова, восхищаясь мастерством Джейн.
- Призовые сама стреляй, - нахмурился блондин, после того, как его последняя стрела пролетела мимо мишени и воткнулась в стену.
- Ты тоже попробуй, - улыбнулась наша героиня. – Вдруг попадёшь. Случайно.
- Учитывая, что это красная точка не больше одного квадратного сантиметра, а площадь всей стены – так: три на четыре – двенадцать, в одном метре десять тысяч… - а площадь всей стены в сто двадцать тысяч раз больше, мои шансы на случайный успех близки к нулю.
- Математик, гляжу, в вашей паре тоже есть, - покачал головой папаша, повернувшись к ним. – Неплохо. Охотница и математик.
Джейн улыбнулась ему.
- Ну хоть разок стрельни, - сказала она «математику». - Давай я четыре, ты один.
- Давай, - махнул рукой тот. – Здесь позора меньше будет. Вряд ли в эти точки часто попадают. Нам пять призовых, - сказал он лихоусу и протянул ему пятьдесят баксов.
- Хорошо, - произнёс последний и положил на прилавок пять стрел с надписями «Приз» на древках.
- Ты первая, - подвинул блондин лук своей спутнице.
- Ну давай, - сглотнула та, взяла лук и вложила стрелу в тетиву.
Фьють! Полетела та в голову чуда-юда на стене и воткнулась в нескольких сантиметрах от красной точки.
- Чёрт! – выругалась Джейн.
Вторая стрела воткнулась ещё дальше от цели, третья между ней и первой.
Окружающие – даже «раздражители» слева, - молча и с интересом следили за стрельбой нашей героини.
- Сосредоточься, Джейн, не спеши, - советовал ей Дональд. – Но и не напрягайся. Стреляй, как на разогреве.
Фьють! Полетела четвёртая стрела в голову другого чудища и воткнулась в паре миллиметрах от точки.
- Я попала? – спросила девушка у служащего.
- Нет, - посмотрел тот на лампы по внутреннему периметру тира и указал на них: - Они бы сразу замигали. И музыка бы включилась.
- Может какая-то неисправность? – предположил отец мальчика. – Стрела то в точке.
- Нет никакой неисправности, - проговорил лихоус. – Не попала она.
- Попала! Сходи, проверь! Не работает ваша музыка с лампами! – закричали зеваки из толпы.
- Хорошо, хорошо, проверю, - потопал служащий к стене.
Краем левого глаза Джейн видела, что амбал с самыми тёмными волосами облокотился на прилавок и уставился на неё. Она не хотела поворачиваться, чувствовала, что ничего хорошего из этого не выйдет, но не удержалась. Смачные «чмоки-чмоки» заставили её нахмуриться и быстро отвернуться.