Цена твоего прощения (СИ)

Я буквально подлетела к ребенку, оттолкнув мужиков. Не зря меня в своё время гоняла старенькая врач-педиатр. Навыки никуда не исчезли, хоть практики слава богам у меня за это время не случилось.
Уже видя, что малышу ничего не грозит, я попросила воды и салфетку, чтобы умыть мальчишку. Всё это время я с ним разговаривала, спрашивала о чём-то, начиная от имени и заканчивая тем, как он хотел бы провести выходные. Посчитав, что я всё сделала, я сказала мужчинам, что всё это время находились рядом, что ребёнка нужно уложить спать и попыталась встать. Но не смогла. Признаки собственной аллергии, которые я не замечала из-за стрессовой ситуации с маленьким Арланом, сейчас проявились. Да и мальчишка вцепился в меня со всей силы и не хотел отлипать.
- Тебе надо поспать. Выпить теплого молока, чтобы завтра не болело горлышко и спать. - Увещевала я напуганного мальчика, но тот только упрямо тряс головой. - Хорошо, а если просто полежать? Я рядом посижу?
Дождавшись, что маленький согласился, я взяла его на руки и пошла в комнату, где была до этого, чувствуя, как меня шатает. В какой-то момент, покачнувшись, я почувствовала на плечах руки, что аккуратно меня поддержали. Отметила этот факт с удивлением, но списала на то, что у меня на руках ребёнок, принадлежащий этим мужчинам. Семейное сходство было на лицо.
 Уложила ребенка на кушетку, на которой ещё недавно лежала сама и села так, что спиной, я оборачивалась на стену, а ноги ребёнка лежали у меня на коленях.
Я молча наблюдала за тем, как старший из мужчин поднимал рассыпанную мной аптечку, с задумчивым видом покрутил в руках пустой блистер. Я была спокойна, потому что уже чувствовала поднимающуюся температуру. А значит, мой конец уже почти наступил.
- Что с тобой? Ты выглядишь очень странно, я бы решил, что ты под кайфом, если бы не видел какую тебя привезли и не знал, что здесь ты бы ничего не нашла. - Сказал, тот, что постарше, выкладывая какой-то пластиковый прямоугольник, вроде телефона на стол.
- Я нашла главное. То на что у меня сильнейшая аллергия. И приняла. Скоро всё закончится. - Рассмеялась я.
Ведь, правда, забавно получилось. Я ровно в той же ситуации, от которой меня спас Агиров, и второй раз из-за него же. Что тогда он припёрся выбивать свои деньги, что сейчас его мать решила выбросить надоевшую сыну игрушку.
- Зачем? - спросили меня.
- Зачем? А зачем мне жить? Что меня ждёт? Изнасилование, потеря ребёнка, и что там ещё в перспективе? - страх, обида, боль от предательства любимого мужчины, оказавшегося такой тварью, что мне и представить было немыслимо. - Или вы верите, что я по доброй воле соглашусь ублажать всех этих извращенцев?
- Почему извращенцев? - удивился мой собеседник.
- Потому что только извращенец может получать удовольствие, унижая и причиняя боль. - Очевидно же, что нормальный мужчина не опустится до насилия над женщиной.
- С чего ты взяла, что тебя ждёт именно это? Да при моем отце и старшем брате, многие сплавляли сюда неугодных невесток не нашей крови и любовниц сыновей, мешавших планам на этих самых сыновей. Но шлюхи, что сейчас здесь работают, работают добровольно. И с подобным мы больше не связаны. Я бы и Дамире отказал, да больно интересно стало, в чем же там жена её сына провинилась. - Прозвучало в ответ, в который я не торопилась верить.
- Провинилась? Тем, что оказалась дурой, поверившей, что могу довериться пустым словам. Что обещания Агирова что-то значат. Что нужна, что смогу занять место в его жизни. Что весь этот фарс с женитьбой хоть чего-то стоит. Мной поигрались. Ведь влюбленная дура из кожи выпрыгнет, но сделает больше, чем могла сама себе представить. - Язык плохо слушался и заплетался, перед глазами всё плыло. - А когда узнал, что заигрался, что выгода от бухгалтера на поводке уже не так важна и значима, можно обвинить в измене. Какая же я наивная дура! Утром выясняется, что я кажется, беременна, а вечером Агиров вдруг становится бесплодным, не способным иметь детей! Но проверять отцовство он не хочет. Какое отцовство, зачем оно ему? К чему проводить проверки, что сейчас делаются, чуть ли не на каждом шагу, если он и так знает результат! Я ни на минуту не оставалась одна. Все мои передвижения отследить, раз плюнуть. И выяснить встречалась ли я с кем или нет, так же как провести экспертизу ДНК дело десяти секунд. Только зачем, если надо от меня избавиться? Отпускать нельзя, я же всю его бухгалтерию прошерстила. Но у этой мрази даже не хватило духа, что бы сделать это самому. Не выливая ушат придуманных помоев! Трусливая падаль! Мамашу прислал. Ненавижу! Всем сердцем! За ту судьбу, что уготовили мне и ребёнку, за то, что даже то, что это его ребёнок не помешало нас приговорить. Гореть им в вечном огне! Нет таких проклятий, что были бы для них слишком.
Даже не знаю, говорила ли я всё это или только думала. Жар от принятых таблеток превратился в пламя, что яростно лизало мою кожу, и выжигало в душе и сердце все чувства к Агирову. Надеюсь, что его жизнь превратиться в один нескончаемый кошмар. Не из-за меня. Из-за ребёнка. Безотчетно я прикрыла руками живот.
Вдруг мягкая прохлада коснулась лба, пробежала по щекам и губам. Раз, другой... Чей-то смутный знакомый голос эхом пронёсся высоко надо мной.
- Ну и что тут у нас? - отчётливо слышимая фраза сменилась неясным гулом и темнотой. К чёрту всё. Мы уходим.
*******
Странное ощущение, словно я лежу на чём-то мягком, пахнет лавандой, причем слишком сильно пахнет. И что в комнате кто-то есть. Медленно и с трудом открываю слипшиеся глаза. Даже приглушённый занавесками солнечный свет резко бьёт по глазам.
- Папа, Кара уже не спит, теперь можно говорить? - раздается с боку детский голос.
- Да, Арлан, сегодня мы удачно зашли. Как себя чувствуешь, дорогая? - резко разворачиваюсь на голос и вижу одного из мужчин, того, кто разговаривал со мной в борделе.
- Хорошо, только вялость. Но, как... - не понимаю где я и почему.
- Как ты оказалась здесь?- улыбается он в ответ. - Сейчас расскажу по порядку. Давай представлюсь для начала. Это Арлан, помнишь мальчика, которого ты спасла? Мой сын. Я Амиран, ты ещё видела моего младшего брата, Тайгира. Ты зря рисковала собой и детьми, Агировы давно с нами не общались. С тех пор, как наш отец и четверо старших братьев погибли от взрыва вместе с Фахратом Агировым. И о том, что в нашем клубе больше нет тех, от кого хотят избавиться родственники, Дамира не знала, она позвонила по привычке. Чтобы встретить её, мне и брату пришлось делать крюк и заезжать в наш клуб, увидев тебя и услышав твои слова, я решил помочь, поэтому и не сказал Агировой, что она не по адресу. Думал, переждешь пару дней и уедешь из города, а дальше не мои проблемы, я греха на душу уже не взял. Но ты спасла моего единственного сына. Даже думая, что я отправлю тебе под клиентов. Я умею быть благодарным. Мой брат, видя, что ты избита, и услышав, что ты возможно беременна, позвонил своей подруге, очень хорошему гинекологу. Алина приехала очень быстро и только поэтому, ты и дети вне опасности. После экстренной помощи в клубе, тебя перевезли в стационар, Алина здесь главврач, ты в платной вип палате. Кроме Алины и меня с сыном сюда никто не заходит. Так что не переживай.
- Дети? - уловила я главное.
- Ты действительно беременна, тесты не ошиблись и срок приличный, как сказала Алина. Десять недель. УЗИ показало, что у тебя двойня. Развиваются по сроку и твое решение им не навредило. - Он присел на край кровати, наблюдая, как его сын закарабкался ко мне и улёгся, прижавшись ко мне спиной. - Мой сын тянется к тебе, и есть вещи, которые делают нас друг другу обязанными. Поэтому... Наш отец прославился тем, что помимо детей от двух жён, ещё нажил и кучу детей от разных любовниц. Своих детей он забирал в свой дом. Мы с братом посовещались и решили, что мы вполне можем предложить тебе помощь и принять тебя в нашу семью. Алина настаивает, что тебе всё равно нужно быть под постоянным наблюдением, из города ты не можешь уехать. А это защита.