Цена твоего прощения (СИ)

- Ты, может... Завтрак, вот. - Бессвязно от смущения пролепетала я.
Даже после завтрака, находясь у себя в комнате, я всё не могла взять себя в руки. Можно было сохранять дистанцию, пока сам мужчина воспринимал меня, как хорошего бухгалтера, которого ему не хватало. Можно было обижаться и держаться в стороне, когда он взбесился непонятно от чего. Нет, теперь-то понятно, хозяйскую принадлежность заметно не было! Но вот что делать с таким Сабиром, каким он был сегодня утром, я не знала.
 Он сказал, что подождёт, когда я сама приду к нему. Но его поведение совсем не похоже на то, что он собрался ждать! Скорее, меня стараются методично подталкивать к нужному ему результату. Одевшись и с неизменными ноутом и термосом, я спускалась на первый этаж. Сабир ждал меня у подножия лестницы, оперевшись на перила. Когда я была на последних ступеньках, он протянул мне руку, помогая спуститься.
- Ты сказал, что подождёшь, когда я сама приму решение. А сам жульничаешь. Это называется "оказывать давление". - Обратила я его внимание на резкую перемену в его поведении.
- Даже и не думал. - Он даже ухмыляется самоуверенно. - Давлю я совсем по-другому.
- Я помню. От пупка до поясницы. - Припомнила я его же слова.
- Я и сейчас повторю. Чтоб не вздумала с собой какую хрень сотворить. - Его уверенность в себе и своем праве распоряжаться даже чужой жизнью, ничто не способно поколебать.
Мою руку он так и не выпустил, даже на улице, когда мы шли к машине, и все окружающие этот жест заметили.
- Ну, вот видишь, Сабир, она никуда не бежит, не вырывается и не отодвигается от тебя на другой край машины. - Шутил в дороге Влад. - Всего-то и надо было у неё на глазах недоумку морду расквасить.
- Если не угомонишься, я сейчас закреплю эффект. - В тон ему ответил Сабир.
В офисе я почти сразу закопалась в цифры, мало обращая внимание на то, чем занят Сабир. Он с кем-то разговаривал по телефону, куда-то выходил. А я как обычно забыла об окружающей реальности, погрузившись в работу и собственные мысли. Вынырнула, только когда услышала над ухом вкрадчивый голос мужчины.
- Что там? - спрашивает, поймав меня на рассматривании календаря.
- Скоро седьмое октября. - Решилась я. - Для меня важный день.
- Памятная дата? - пока он спокоен, но я уверена, сейчас начнутся насмешки. Как всегда.
- Ежегодный праздник. Родогощ. Это древний праздник, как сейчас говорят языческий. Я отмечаю его каждый год и хотела бы и в этом году отметить. - Приготовилась к удивлению и недоумению мужчины я.
- Для тебя это важно? - всё также спокойно спрашивает он.
- Да, очень важно. Это... Ну, как все отмечают Новый Год. - Даже верить пока боюсь.
- Ну, значит, отметишь. Да и отдохнуть действительно пора. А то уже месяц без выходных. Любой работник давно сбежал бы! - улыбается! Он улыбается, а не начинает кричать, что за бред я несу.
- Мы собираемся на базе отдыха на Урале. Это два дня там и три дня дороги. И ты меня отпустишь? - даже дышать забываю, боясь поверить.
- Нет, конечно. Вместе поедем. Или на этот твой праздник чужим нельзя? - серьёзный такой, даже любопытно, что он думает.
- Почему нельзя? Наоборот. Чем больше гостей за столом, тем лучше. И там остановиться в номере можно. База отдыха же. А то, что сделана в старорусском стиле, никто внимания не обращает, думают, что местный колорит. - Всё ещё жду, что откажется, скажет что пошутил.
- Ну, и отлично. Заодно и местный филиал навестим. - Продолжает он, даже не понимая, какой важный подарок для меня сделал. - Ты из-за этого последние дни так на календарь залипала?
- Ну, да. Не думала, что получится в этом году. - Призналась ему. - И ещё... Поговорить хотела... Не знаю, как начать.
- Валяй. Давай без долгих заходов, как есть говори. - Легко ему говорить, а я как представлю, что я ему сейчас скажу, что его несколько лет, как минимум, как дойную корову используют, так под стол заползти хочется.
- Помнишь, я говорила, что в данный момент, твой холдинг, это большая пиявка, которая вытягивает деньги? - начала всё-таки издалека.
- Ну. - Хмурится он.
- Так вот, эта пиявка не просто высасывает деньги, она похоже это делает целенаправленно. Смотри, видишь счета? - развернула к нему экран ноутбука. - Я их красным выделила. Это не твои счета, я проверила. И вообще, это иностранные счета, и если смотреть по получателям, это все оффшорные зоны.
- Ты не путаешь? - хмурится ещё сильнее. - Здесь вон стоит Португалия. А Португалия это не оффшор. Даже я знаю.
- Не просто Португалия, а регион Мадейра, это автономия и оффшорная зона. - Пояснила для него я. - И эти счета не мелькают только в головной компании холдинга и ещё в одной. Сейчас... Вот. "Беркут Индустриал".
- Это хорошая новость. Что в беркуте крыс нет. - Пояснил он мне, видя мое удивление.
- Почему? - где он тут хорошие новости увидел, я не поняла.
- Владелец "Беркута" Кайрат Агиров, мой двоюродный брат. - Вот тут сразу стало понятно, отчего Сабир обрадовался. - У младшего брата отца была женщина, почему он её как жену не привел в дом, я не знаю. Но она с нами не общается, хотя общению сына со мной и дедом не препятствовала и всегда погостить отпускала. И когда дед попросил дать Кайрату фамилию Агиров, она согласилась и ничего не потребовала взамен. Дед же ещё после гибели сыновей, отдал наследство младшего сына его наследнику. У среднего никого не было, а старший был моим отцом.
- Сочувствую. - Терять близких всегда страшно. - Просто не знаю, что сказать. Как и чем тут поможешь.
- Уже помогаешь. Тем, что находишь вот это всё. Я уверен, что холдинг это единственная ниточка к убийце отца и его братьев. - Вдруг ответил Сабир на мою откровенность. - Я бы всего этого не увидел, а увидел, то не понял бы, что вижу. Мало ли, что за счета. Я этого просто не знаю и не умею. Зато умею ценить тех, кто знает. А ещё знает и не предаёт.
- Это ты к чему? - не поняла я последней фразы.
- К тому, что ты могла этого и не говорить. А сказать хотела давно. Я видел, как ты ёрзала эти дни. Почему молчала? Обида была сильнее? - он развернул меня к себе лицом.
- Нет. Дело не в обиде. Просто... Да страшно было! Ты и так непонятно отчего взбесился и набросился. А тут, когда ты и без того в отвратительном настроении, подойти и рассказать, что не пойми кто живёт за твой счёт, и неплохо я хочу сказать тебе живёт? Да ты ж придушишь! - честно призналась в своих опасениях.
Он вдруг рассмеялся, а потом, также быстро став серьёзным, погладил меня кончиками пальцев по скуле.
- Я тебе сейчас кое-что пообещаю, а ты запомнишь раз и навсегда, поняла? - он дождался моего кивка. – Что бы ты мне не сказала, я никогда не подниму на тебя руку.
- Даже если я буду виновата? - уточнила я.
- Тем более, если ты виновата. О твоей вине, я хочу услышать от тебя! - подтвердил свое обещание Сабир.
А через день после этого разговора, Сабир меня предупредил, чтобы брала, что мне там нужно, потому что мы едем в аэропорт, откуда у нас будет перелёт до Урал-тау.
- Перелёт? Сабир, но это очень дорого! - Сразу видно, что этот мужчина привык жить на широкую ногу, и понятия не имеет о том, что можно немного сэкономить. - На поезде прекрасно можно добраться за полтора дня!
- Точно. И билет взять в плацкарт. - Усмехнулся он. - Предупреждаю сразу! Ненавижу плацкарт ещё со времён армии.
- А ты был в армии? - вот уж что меня удивило, так удивило, но наткнувшись на его насмешливый взгляд, замолчала.
Мою сумку с вещами взял Сабир, донёс до машины, и потом до самолёта. И хоть была она небольшая, много вещей я не брала, ни к чему, все равно его забота была приятна.
Настроение, как и всегда в ожидании праздника, было радостно-предвкушающим. Ровно до того момента, пока мы не поднялись на борт самолёта. Перекошенные от злости при виде меня лица стюардесс, лучше всего сказали, что как раз меня они видеть и не рады, вопреки словам приветствия.