Спасти Осень (СИ)

Кари выздоровел быстрее, чем ожидалось, и в благодарность подарил Ракху серебряный перстень в виде рыси.
— Он был создан, ещё когда Лета цвела. В нём мощный заряд светлой энергии, который будет оберегать тебя.
Я больше почувствовала, что Ракх смутился, хотя выглядел он как всегда спокойным.
— Спасибо, Кари. — И без раздумий надел перстень на указательный палец. — Я ценю твоё доверие.
Улыбнувшись, сердечный лет подошёл обнять мага, и тот смутился ещё больше, хотя и вполне дружелюбно похлопал парня по спине.
— Не хворай.
— Ты тоже, — отозвался Кари. — Хотя о тебе есть, кому заботиться, — и подмигнул мне.
Я так привыкла к летам и их бескорыстному теплу, что в последний вечер перед отъездом ребят с трудом сдерживала слёзы. Почему едва знакомые люди порой так близки тебе? Откуда берётся эта связь, и что её столь быстро укрепляет? Я не могла не думать о том, что ждало ребят на новой родине, какие испытания им предстояли в долгом пути, но разговоров на эту тему не заводила. Мы снова играли, шутили и смеялись, и все уже привыкли к сдержанности Ракха и тому, что я постоянно продувала в карты…
Барви с нами не было, его никто не приглашал. Ракх, собственно, и не стал знакомить летов с другом, только представил чародею Аника. Лично мне создатель иллюзий не показался плохим человеком, но что я могла понять за столь недолгое время? Правда, поднимаясь по лестнице с добавочными пирожками, я столкнулась с Барви, который предложил мне помощь, и по дороге удивил своей честностью.
— Ракх-то молчать будет, а тебе, чувствую, интересно. Могу вкратце поведать о своих делах.
— Здесь?
— За нами не следят, — улыбнулся он. — Я бы почувствовал. Ты можешь спрашивать, о чём угодно.
— Кому ты служишь? — тотчас сказала я, думать не думая, что его подобный вопрос может обидеть.
Барви поднял бровь и усмехнулся.
— А ты не глупа. Я-то думал, захочешь узнать сперва, что мы с Ракхом не поделили.
— Это мне знать не обязательно, главное, что вы помирились.
Маг внимательно поглядел мне в глаза и сказал:
— Я предатель, Розана. Ракху удалось свалить из Центрального Вардара по-тихому, а мне нет. Он вроде как не представлял опасности, а я был объявлен вне закона.
— Но Ракх тоже вынужден был скрываться!
— Но он делал это иначе. Не пошёл служить королю Осени, не ставил тёмным палки в колёса. Он всегда преследовал личные цели, и все, Зуруб в первую очередь, это знали.
Я вздохнула.
— Значит, ты теперь работаешь на Аррикса.
Мужчина кивнул.
— И буду верен ему до конца. Знаю, как это звучит, но, поверь, мне не приходиться делать ничего бесчестного.
— Понятно. А почему Зуруб приказал тебя убить? Лишь по причине того, что ты перебежчик? Или он боится твоей магии?
— И то, и другое, и по многим другим причинам. Как и Ракх, я владею ценной информацией, и использую её себе во благо, а шибко умных обычно закапывают на краю леса.
— Надеюсь, ты достаточно ловок, чтобы не попасться тёмным, — сказала я. — Спасибо, что помог донести пирожки. Хочешь?
— М, пожалуй. — Откусил, прожевал и добавил: — Ты, если что, обращайся, у меня в Осени полным-полно полезных связей.
Мне казалось, что он хочет ещё что-то сказать, но наш разговор закончился также внезапно, как начался: Барви скрылся за дверью своего номера, а я остаток вечера размышляла о том, как сложно порой распутать узлы собственной судьбы. Был ли у мастера иллюзий человек, ради которого он готов был отказаться от магии? У Ракха, кажется, не было, но я не обижалась. Главное, что мы по-прежнему были вместе, и колдун не прогонял меня… Когда мы уже ложились спать, я всё-таки решилась спросить:
— Ты доверяешь Барви?
Ракх, сняв рубашку, устало потёл глаза.
— Я ведь говорил, Роза…
— Что никому не можешь довериться всецело. Помню. И всё-таки кто он тебе теперь?
— Человек, которого я пытаюсь простить и принять таким, какой он есть. Он по-прежнему мой друг, но я успел забыть, что такое настоящая дружба. Не знаю, Роза. Для каждого из нас время идёт иначе, моё — бежит, его — неспешно шагает.
 
— А можно я спрошу…
— Да.
— Что за тёмная капля сидела тогда у тебя на ладони?
— Это связь с прошлым, которое я оберегаю, моё замедленное время. Через подобные, создаваемые с помощью магии, капли я могу видеть некоторые отдалённые части пространства, в том числе следить за местами, где когда-то побывал. Например, за нашей усадьбой в столице.
— Ого! То есть ты узнаешь, если тёмные побывают на твоей могиле?
— Скорее всего, — кивнул Ракх. — Хотя часто использовать капли времени я не в силах.
Он вздохнул, и устало опустился на кровать. Мне не нравилось, что мужчина выглядит таким истощённым после обычного, в общем-то, дня.
— Я могу чем-то помочь? Хочешь, массаж сделаю или попробую напитать тебя волшебством земли?
— Спасибо, малышка. Мне будет достаточно твоего объятия.
Определённо он не мог заниматься любовью в таком состоянии, да я и сама в последнее время быстро засыпала. Мне очень хотелось, чтобы мы наконец-то достигли цели, избавились от сложностей сообща, но всю ночь мне снились тревожные, путаные сны. Я постоянно ворочалась, дважды просыпалась, и забылась крепким сном только под утро.
К сожалению, после всех радостных дней нам предстояло печальное прощание. Мы поели как всегда вместе, посмотрели карту, обсудив самый удобный для летов путь, и ребята стали собирать тёплые вещи. Мы с Ракхом пошли к себе, чтобы не мешать, и за нами неожиданно последовал Аник. И был у парня такой виноватый, грустный вид, что я сразу догадалась, что происходит.
— Уезжаешь с ними, да?
Парень откашлялся, почесал в затылке и переступил с ноги на ногу.
— Розана, я… Прости, не могу остаться… Яла, она… То есть они все…
— Знаю. Стали твоими друзьями. К тому же ты всегда мечтал побывать в Новой Лете.
— Ну да… Вроде того… Ракх!
Мужчина шагнул и крепко взял парня за плечо.
— Ты волен следовать зову сердца, и должен знать, что я всегда поддерживал твои мечты. Уверен, там ты обретёшь всё самое важное. Хотя… — он улыбнулся. — Кажется, уже обрёл.
— Ну, мы это… Как бы да! — и Аник улыбнулся, краснея. — Хотя ещё не слишком хорошо друг друга знаем, но мне кажется, что она — та самая.
Маг кивнул. В его глазах светилась нежность, но взгляд был горестным. Я не знала, что сказать, и только вцепилась в рукав Аниковой рубашки.
— Мы прямо сейчас уезжаем, — пробормотал парень. — Чтобы поскорее добраться до поселения у Розового леса.
— Конечно, — прошептала я, чувствуя, что слёзы делают голос низким и тихим. — Главное, берегите здоровье…
Аник кивнул. Он смотрел то на меня, то на Ракха, и часто-часто моргал. Маг же отошёл к своей сумке, некоторое время рылся там, и, вернувшись, вручил парню какой-то бархатный мешочек.
— Держи. Ты знаешь, что с этим делать.
Аник, судя по лицу, смутился и испугался одновременно.
— Но, Ракх… Как же?..
— Бери. Знаешь ведь, что я берёг его для тебя.
Шагнул — и крепко обнял парня, как отец сына. Он даже погладил его по торчащим в стороны вихрам, и лет трудно сглотнул, глядя магу в глаза.
— Спасибо. Я вас очень люблю, хотя и не привык об этом говорить. Может, вам тоже устремиться за мечтой?
Моё сердце вздрогнуло, но не в надежде, а от отчаяния — Ракх едва заметно покачал головой.
— Не всем дано обрести любовь. Не для каждого существует второй шанс. Береги себя, Аник. Береги своих новых друзей и любимую. Уверен, ты найдёшь на золотых холмах своё счастье.
Я трудно вздохнула, и в свою очередь обняла парня.
— Я тоже тебя люблю.
Парень дотянулся губами до моего уха и прошептал едва слышно:
— Прости его. — Потом сказал уже обычным голосом: — Возможно, мы когда-нибудь ещё встретимся. Берегите себя…
Он схватил свою шубу, натянул шапку, сжал напоследок наши руки — и поспешно вышел, не оглядываясь. Не выдержав, я шагнула в объятья Ракха и расплакалась.