Игра и жизнь (СИ)

Наступила ночь. Судя по дневнику, Мышь уже провёл во Втором Мире семь дней, это если он не ошибается, так как он совершенно не мог определить, сколько времени они находились в подземелье. Часов у Мыша пока не было, государственного календаря тоже. Хотя, зачем нищеброду календарь и часы? Ему бы где-то сапоги добыть, вот верх мечтаний.
Ночевать решили в знакомом подземелье, а не на свежем воздухе: как-то в руинах ночью страшновато было. Шорохи всякие, вопли — нет уж, мы лучше в "своём" подземелье переночуем. Сон — лучшее лекарство! Или смех лучшее лекарство? Это надо уточнить. А завтра подкрепимся уже надоевшими фруктами, пойдём и что-нибудь ограбим.
Ночью уставшему Мышу снилась знакомая русалочка, почему-то очень похожая на девушку медсестру по имени Вика, которая помогала Матвею погрузиться во Второй Мир. Сны — ворота нашего подсознания. Только теперь Вика щеголяла в красивых сапогах из крокодиловой кожи, но сама она была совершенно в натуральном виде. То, что у неё не было хвоста, ничуть не смущало Мыша, его смущал её голый вид, но не очень сильно. Несмотря на смущение, он остался недоволен, когда его утром растолкали ото сна: русалочка была гораздо привлекательней, чем клюв радостного Коптера.
— Всё самое лучшее случается неожиданно, — прострекотал Коптер. — Все разумные существа делятся на два разных вида: серые, безымянные массы, которые проживают свои жизни как козявки; и те, кому предназначена миссия, то есть такие, как наша команда. Жизнь — это улыбка даже тогда, когда по щеке течет слеза! Улыбайтесь, шеф. Только по-настоящему мудрый разумный всегда весел. Живи, балдей, рожай детей, во благо родины своей!
Пришлось игроку изобразить свою фирменную улыбку. Хотя улыбаться Коптеру не очень хотелось: этот пернатый не дал расспросить симпатичную русалочку Вику о том, как пошить сапоги из крокодила.
  
Глава пятая.
 
На свежем утреннем воздухе Мыша и Коптера встретил призрак Никодим. Призрак, прибывая в хорошем настроении, даже спел куплетик про отважных туристов:
— В джунглях туристов поймали в плен: быть им рагу или пловом. Туристы всегда хотят перемен, хотя не всегда к ним готовы.
— Мы уже готовы к переменам. Правда, шеф! — заверил призрака Коптер и потянулся. — Рождённые ползать, расступитесь. Я взлетаю!
Птица, энергичными взмахами крыльев подняла пыль с земли и взлетела в небеса, чтобы осмотреться на предмет того, что делается на бренной земле: не подкрадывается ли кто-то дерзкий к их компании. С высоты было хорошо видно, как шеф готовится употребить на завтрак большой плод, а призрак говорит ему, как этот плод надо ловчее чистить и что в этом плоде съедобное. Вокруг ближайших зданий обстановка была тоже нормальная. В деревьях и переплетениях лиан щебетала всякая неразумная птичья сволочь, летали мошки и вкусные жуки. Коптер, между делом, стал охотиться на жуков. Резкое повышение параметра "Сила" требовало много калорий. Поэтому птице потребовались жуки на завтрак, а не обычные плоды. Хотя известны плоды, дающие временное усиление некоторых параметров. Интересно, в какую сторону команду сегодня поведёт шеф? Коптеру грабить понравилось. Правда, под ногами всякие крокодилы мешаются. Без крокодилов было бы лучше добывать блестящее.
Над полётом Коптера наблюдали с земли призрак и Мышь. Призрак и сам мог быстро летать, но на скоростной полёт расходовались силы, которых у него было не очень много. Зато, только один удачный поход с молодым шефом принёс призраку увеличение силы в три раза, что радовало. Коптеру тоже повезло: хорошо усилился — вон, как быстро летает. Прямо не птица, наш Коптер, а настоящий дракон.
Глядя, на кометой проносящегося в воздухе Коптера, призрак придумал очередной куплетик:
— Наш Коптер с тигром в джунглях столкнулся. Домой он в тигровой шкуре вернулся.
— Ага, — поддакнул Матвей. — Ему совсем цены бы не было, если бы ещё и сапоги научился делать из крокодилов.
— Кстати о птичках и сапогах, шеф, — напомнил призрак. — А куда мы пойдём после завтрака? Есть идеи?
 
— Ну, какие у меня могут быть идеи? Гениальные. В твоих глазах, уважаемый Никодим, я читаю ещё один завуалированный вопрос. А не бросим ли мы такое увлекательное занятие, как грабёж? Сообщаю, пока у нас будет, куда складывать трофеи, мы не угомонимся, и будем грабить!
При слове "грабить" Никодим заулыбался, эта тема ему начинала нравиться.
— А пойдём мы по краешку древнего города. С одной стороны будем любоваться руинами, с другой прекрасной зеленой хренью! Если в городе появятся сильные монстры — бежим в джунгли, если из джунглей вылезет что-то огромное, то укрываемся в городе. Собственно, тянуть кота за причиндалы не будем, можем уже смело идти. У нас всё получится. И мы почувствуем моральное и материальное удовлетворение. Если, конечно, пойдем по правильному пути, а не по кривой дорожке.
И пошли они смело: вернее, пошёл один Мышь, призрак полетел рядом, а Коптер метался в вышине.
— Ты там аккуратней летай, — посоветовал Коптеру Мышь. — Здесь такие огромные твари летают, жуть как страшно.
Это несколько умерило пыл отважной птицы, которая вдруг с чего-то решила, что именно она здесь самая сильная. Вскоре, Коптер принёс весть, что за вон теми большими деревьями стоит огромный дворец, который мечтает, чтобы его ограбили отважные путешественники. Мышь как-то сомневался, что они тут первые грабители, значит, большой дворец, к гадалке не ходи, кто-нибудь уже посещал с недобрыми намерениями. Поэтому его компания, посетив этот дворец, может вытянуть пустышку и только время потеряет. А время — это артефакты, большинство из которых совершенно непонятного назначения, но, надеемся, что ценные.
— Так когда, ты говоришь, были построены эти сооружения? — поинтересовался игрок у призрака.
— То, никому не ведомо. Только мой дед ещё говорил, что это было в седой древности, когда свирепые дикари ели сало, когда Земля и Свет только-только отделились от Мрака, когда по свету бродили огромные динозавры и другие чудовища, вскоре истребленные нашими славными предками.
Миновать этот большой дворец, как это здание назвал Коптер, не получилось — всё равно, шли мимо. Честно говоря, здание заинтересовало Мыша совсем с другого бока. Если это и был дворец, то, скорее всего, это был дворец науки, вернее, храм науки. Именно такое впечатление производило это величественное здание, вместе с тем нарочито просто украшенное. Оно больше походило на древнегреческие здания: высокие колонны Дорического ордера, фронтоны, массивные ступени. Оно хорошо сохранилось, хотя джунгли уже стали подбираться и к нему, но очень уж оно было массивным.
Мышь, стоя в ста метрах от храма, залюбовался им. Он вспомнил, что у него есть функция фотографирования, поэтому полез в настройки, разобрался, как делать скрин-шоты и запечатлел здание на память.
— Красота-то какая, прямо бамбарбия кергуду, — восторженно произнёс он.
Это была его ошибка. Как только он произнёс такую опрометчивую фразу, как раздался неимоверной силы ба-бах. Всё затряслось, даже земля заходила ходуном. Мышь, от испуга даже присел. Никодим в ужасе отшатнулся, а перепуганный Коптер прилетел в руки человеку, где ему было не так страшно от разгула стихии. Величественному зданию тоже досталось: точнее ему пришёл кирдык. Звуковые волны очень уж сильно расшатали его конструкции, часть из которых не выдержала такого обращения и обрушилась. Медленно рушились величественные колоны, падали вниз перекрытия и стены, от здания осталось только половина, что была, до того как пришли путешественники. А до оцепеневших путешественников уже долетела пыль от обрушившихся конструкций. Теперь Мышь и Коптер стояли все в пыли, одному призраку была безразлична пыль, но он всё ещё испуганно таращил глаза на обрушившееся на глазах здание.
 
— Зацените натюрморт! Наверное, землетрясение, братцы, случилось, — предположил Мышь, отряхивая себя от пыли. — Хорошо, что мы не пошли в это здание, а то бы придавило.