Защитить любой ценой (ЛП)

Обдумываю это, пока расставляю книги и аккуратными рядами выстраиваю их по краям каждой полки из тёмного дерева. Мне доставляет удовольствие видеть, что все они идеально расставлены по длине и цвету. И мне нравится иметь пространство для себя.
Я должна признать, что отчасти всё ещё ожидаю, что что-нибудь случится. Например, я узнаю какой-нибудь тёмный секрет из прошлого Адриана, за что мне придётся заплатить. Или ещё хуже – Сэл однажды выйдет из этого лифта и убьёт меня.
От стука в дверь сердце уходить в пятки, и я уже на ногах, когда она открывается. Но мне следовало знать, что это не Адриан, поскольку он не стал бы стучаться.
В дверном проёме стоит Кай.
— Ты в порядке? Тебе что-нибудь нужно?
Я сужаю глаза.
— Он послал тебя проверить меня? Или тебе так же скучно, как и мне, когда его здесь нет?
— Просто выполняю свою работу. Адриан сказал защищать тебя, и я защищаю тебя. Даже если это значит защищать тебя от порезов бумаги.
Я разражаюсь смехом и возвращаюсь к полке, моё волнение сходит на нет. Скоро Адриан будет дома, и тогда я накинусь на него. Ненормально чувствовать такую привязанность. Я знаю это, но я и не хочу, чтобы было по-другому. Не тогда, когда Сэл всё ещё на свободе.
— Могу я кое-что у тебя спросить? — спрашивает Кай, застыв в дверном проёме.
Я думала, он ушёл, когда я отвернулась.
— Конечно, в чём дело?
— Ты обдумала ваши отношения? С Адрианом, я имею в виду. Ты понимаешь, что как только он разберётся с Сэлом, он займётся и твоим отцом тоже? Только так он сможет почувствовать, что отомстил за убийство отца.
Я слышала, что мой отец убил его отца, но никогда не слышала этого от него напрямую. Но я и не могла отрицать, что это правда.
В памяти всплывает образ лужи крови, в которой отражается лунный свет. Воспоминание из моего детства. Нет, моему отцу не привыкать к убийствам, и он не делает исключений для женщин и детей. Я жива только потому, что была полезна в качестве разменной монеты.
Я всматриваюсь в Кая. Он кажется идеально собранным человеком, но чем больше я его узнаю, тем больше вижу трещин под поверхностью.
— Позволь узнать... почему тебя это волнует? Я понимаю, ты защищаешь Адриана и его интересы, но почему моё присутствие угрожает тебе, или оно в каком-то смысле угрожает ему? И поэтому ты хочешь защитить его?
Лицо Кая не выдаёт никакой реакции. На нём всё та же очаровательная маска, что и обычно.
— Ты не угроза для меня, Валентина. Дело не в тебе. Дело в том, что происходит между вами двумя. Он уже пошёл на уступки, которые никогда бы не принял – лишь бы уберечь тебя. Адриан на пределе возможностей, и я вижу, как это сказывается на его выстраданном контроле. И никому не нравится происходящее, когда он теряет контроль.
Теперь я просто уверена, что Кай пытается напугать меня. После всего, что Адриан сделал для меня, я не думаю, что есть хоть что-то, чего бы я ни сделала или не вынесла ради него.
— Ты пытаешься напугать меня, Кай? Потому что я сталкивалась с ситуациями куда страшнее лекции в библиотеке.
Нам не нужно это обсуждать. Я вижу, что он был там в ту ночь, когда Адриан спас мне жизнь.
Он касается дверного косяка и кивает мне.
— Полагаю, ты права. Я просто хочу, чтобы ты была готова к неизбежному. Вскоре его контроль даст трещину. Может, не ты станешь причиной, и не я, и не кто-то из наших, но, когда это произойдёт, он будет страшен в своей ярости. Надеюсь, у тебя хватит ума убраться с дороги, когда это произойдёт.
Когда Кай уходит, я смотрю на дверь ещё несколько мгновений. Не сказать, что я питаю иллюзии, что Адриан – герой. Никто из нас им не является. Но он помогает мне чувствовать себя в безопасности, и мне не представить ситуацию, в которой я бы ощущала обратное. Даже подталкивая меня к пределам моих возможностей, он отказывается делать мне больно.
Возвращаюсь к своей полке, пока со стола не раздаётся сигнал телефона. И вновь сердце уходит в пятки, и перехватывает дыхание. Чёрт, даже мои пальцы дрожат, когда я открываю новое сообщение. Его прислали с незнакомого номера, но он мог взять телефон у своих ребят, чтобы отправить мне сообщение.
 
Я жду, пока прогрузится изображение, а потом нажимаю на него. Но оно не от него. На фотографии он сам. И он не один. Я смотрю на экран, а затем нажимаю на него, чтобы приблизить фото. Он сидит за столом, который усеивают еда и тарелки. И тянется к женщине, пока они говорят.
Она очень хорошо мне запомнилась по нашей встрече в гостиничной уборной. Я медленно опускаюсь на ящик с книгами и не могу отвести взгляда от экрана. Затем я листаю дальше и нахожу ещё больше фотографий, и на них развернувшуюся картину видно лучше. Адриан тянется к ней, чтобы либо прошептать ей что-то на ухо, либо поцеловать её в шею. Она улыбается, и эта улыбка пробирает меня насквозь.
Мои руки дрожат, и из-за слёз мне мало что видно. Не знаю, злилась бы я меньше, если бы это был кто-то другой.
Внутренний голос нашёптывает, что Адриан мне не принадлежит. Он сделал меня своей, но только чтобы иметь возможность соблюсти свою часть сделки и убедиться, что я в безопасности. Но после всего, что он мне дал, я не могу требовать, чтобы он принадлежал лишь мне.
Любые доводы не играют роли, потому что мне хочется лишь сломать её длинную шею и оттащить от него за волосы. Подобное кажется жестоким, и я немного шокирована собственными мыслями. Но я шокирована не настолько, чтобы чувствовать вину. Не после того, как он касался губами каждого сантиметра моего тела. Не после того, как я делала с ним то же самое. Не после того, как он стал единственным человеком на всём белом свете, с которым я чувствую себя в безопасности. Я не могу это потерять, даже если это значит смириться с тем, что он спит со своей бывшей.
На меня обрушивается волна тошноты, и я сгибаюсь пополам, прикрывая рот рукой. Нет, меня не вырвет на книги. Я выбегаю из комнаты и добегаю до ванной как раз вовремя, чтобы успеть выблевать свой ужин из рамена.
После того, как я поднимаюсь с холодного кафеля, чищу зубы и протираю лицо прохладной тряпкой.
Кидаю телефон на кровать и бросаюсь к нему, чтобы ещё раз посмотреть фотографии. Может, они старые? Может, они остались с того времени, когда они были вместе? Я цепляюсь за эту отговорку и залезаю в постель. У меня сводит живот, и слёзы застилают глаза.
Если мириться с тем, что он спит с другой, гарантируя мне безопасность, то я должна это сделать. Но это не значит, что в процессе моё сердце не разорвётся в клочья.
  
31 
 
АДРИАН
 
Когда встреча заканчивается, я хочу лишь стиснуть своего ангела в объятиях и забраться с ней в постель. Обычно я ничего не чувствую, когда дело доходит до бизнеса. Но сегодняшняя встреча с Ником Дьяволо превратилась в воссоединение. Его информатор настаивал на своём присутствии, и у нас с ней своя история. Я также задолжал ей за то, какую роль она сыграла в нападении Сэла на Вэл. Ни на секунду не сомневаюсь, что она помогла и расчистила ему путь в ту уборную.
Поначалу мне пришлось быть милым с ней. Выстрелить ей в голову за ужином не помогло бы мне заключить союз с Ником. Несмотря на старания повара, это было бы слишком даже для него. Но мне это не помешало постоянно касаться пистолета в кобуре на боку. Я дал себе обещание, что очень скоро взыщу с неё справедливость.
Когда она раскрыла локацию Сэла, я пожал руку Дьяволо и ушёл прежде, чем сделал что-нибудь, что могло бы подорвать мой союз с ним. По крайней мере, пока я не узнаю цену за потерю его информатора. Тогда я натравлю на неё свою пятёрку, и её больше никто никогда не найдёт.
Прямо сейчас, пока я поднимаюсь на лифте в пентхаус, я хочу лишь увидеть её. Уверить себя, что она по-прежнему здесь и в безопасности. Если она уйдёт, не знаю, смогу ли я выдержать это.
Когда двери открываются, я тут же обвожу фойе взглядом в поисках присутствия Вэл, но уже поздно, и естественно, она не будет дожидаться меня здесь. Подавив разочарование, я иду сначала в библиотеку. Ей нравится работать здесь допоздна. Наконец, я нахожу Вэл в спальне, где должен был проверить с самого начала.