Хозяйка приюта магических существ (СИ)
— Это твое драконье благословение, — улыбнулась я в ответ, а потом, надеясь отвлечь дракончика, продолжила: — В нем содержится все базовые знания о драконьей магии.
— Не только знания, — с удивлением прошептал дракончик. — Если я хочу воспользоваться магией, то я пропускаю ее через это... благословение. И магия становится сильнее! Вот почему драконы такие сильные!
— Верно, — улыбнулась я. — Вы не только обладаете уникальной способностью к поглощению магии, но и способны многократно ее увеличить благодаря благословению.
— Но у тебя все это выглядит иначе! Словно окружающая среда с магией у тебя прямо внутри. И эта магия вырывается из тебя!
— Сильно? — поинтересовалась я.
— Что сильно? — не сообразил дракончик.
— Сильно вырывается? Очень заметно?
Дракончик сделал пару кругов около меня. К счастью, деревья здесь были не сильно плотно расположены друг к другу, поэтому ребенку удавалась выполнять всякие фигуры в полете без каких-либо столкновений. Его глаза не переставали сиять золотистым, а на небольшом теле появились светящиеся полосы. Какое интересное проявление магии.
— Да, очень заметно, — честно сказал ребенок. — А почему так происходит? Почему? Почему-почему? Это очень странно!
Я молчала, не зная как поступить. Не сомневаюсь, что это очень странно. Даже в моем мире это было странно, где всяких аномалий и отклонений было предостаточно. А уж здесь...
— Расскажи мне, я же знаю, что ты знаешь. Если ты расскажешь, то я тоже буду знать. А если я буду знать, то больше не буду спрашивать! — не отставал от меня дракончик. Его глаза горели не столько от магии, сколько от любопытства.
Я нахмурилась. И не столько из-за расспросов, сколько из-за самой ситуации. Я думала, что у меня будет еще немного времени, прежде чем магия начнет из меня вырываться. И что теперь делать? Я хотела поставить на себя магические ограничители, чтобы магия внутри меня восполнялась намного медленнее, но сейчас это не вариант: если я уже, как говорил дракончик, «сияла», то магия оставит от ограничителей одни ошметки. Значит, придется придумать, куда эту магию аккуратно потратить, причем так, чтобы она не рассеялась в этом мире, а осталась где-то незамеченной. Как не вовремя, а?! Я еще с мелкими проблемами не успела разобраться, а уже старые догоняют.
— Мой человек, ты меня игнорируешь? — расстроенно прошептал дракончик. — Почему ты не отвечаешь? Я тебе надоел, да? Или ты устала?
— Я задумалась, извини, — ответила я. И не соврала — ведь и впрямь задумалась. — Я расстроилась немного из-за того, что сияю, а не устала. У меня уникальная магия, а ее источник находится не в окружающей среде, а внутри меня. Когда магия накапливается, то я начинаю вот так сиять. Это значит, что мне пора потратить магию.
Я не стала скрывать ничего от дракона. А смысл? Он уже все увидел, практически понял. А если что-то недопонял, то пошел бы с вопросами к Хэю, Элис или еще кому-нибудь. А вот узнай они, то у меня могли бы возникнуть проблемы. Теперь осталось только с ребенком как-то договориться, чтобы не ляпнул ничего лишнего, но почему-то в голову не приходил никакой способ. Я вздохнула и потерла переносицу. Дракончик неожиданно положил мне хвост прямо на голову и сказал:
— Не расстраивайся, мой человек! Это немного пугает, но все еще очень красиво. К тому же, ты мой человек, ты просто обязана быть уникальным магом.
— Конечно, — легко согласилась я, с удивлением понимая, что дракончик зачем-то пытается сделать из моих волос птичье гнездо. — А что ты делаешь своим хвостом с моими волосами?
— Глажу! Ты меня тоже гладила по голове, когда мне было грустно. А после того, как погладила, мне стало не так грустно. Я хочу, чтобы тебе тоже не было так грустно!
Дракончик продолжал усиленно болтать хвостом по моей макушке, пока я продвигалась вглубь леса по одной из тропинок. Мы шли в молчании от силы минут пятнадцать, прежде чем дракончик не выдержал:
— Мой человек.
— Что?
— Ты повеселела?
— Да, спасибо, а почему спрашиваешь?
— Хвостик устал, — жалобно сказал дракончик. — Можно я на тебя присяду? На плечо, пока Арч не видит.
— Хорошо, но я не думаю, что он будет возражать, — хмыкнула я, а потом мне в голову пришла отличнейшая идея: — Я хотела попросить тебя кое о чем. Не стоит никому говорить, что я такой уникальный маг.
— Почему?
— Потому что это будет наш секрет, — сказала я, поворачивая голову к дракончику, который намеревался усесться на мое плечо, и заговорщицки подмигивая дракончику. — Секрет — это что-то, что будем знать только мы вдвоем. И больше никто.
— Секрет? — переспросил дракончик, а его правый глаз вдруг резко задергался. Я здорово испугалась, боясь, что это что-то нервное, но потом поняла, что он пытается... скопировать мое подмигивание.
— Да, секрет, — улыбнулась я, а потом посоветовала: — Если хочешь подмигнуть, то делай это один раз и чуть-чуть медленнее.
— Вот так?
— Да, вот так. Ладно, пошли соберем каких-нибудь грибов и ягод. Из ягод можно будет сделать пирожки.
— Пирожки? А это вкусно?
В итоге, вместо того, чтобы более подробно рассказать дракончику об этом мире, мне пришлось объяснять разницу между пирогами, пирожками, булочками и прочей выпечкой. Через час я осознала, что где-то наше обучение свернула совсем не туда, куда нужно. После моих рассказов дракончику проще стать поваром, чем научиться ориентироваться в этом мире. Я посмотрела на прихваченный мешок: он был полон грибов и ягод.
— Думаю, нам пора возвращаться. Время готовить ужин и отдыхать, — начала я. — Я сегодня и так много чего рассказала, потому...
— Но мне не нужен ужин, мой человек! — возбужденно заявил дракончик. — Мне нужен рассказ обо всем-всем остальном! Я еще столько всего не знаю! Я так и не понял, чем пирог отличается от пирожка, кроме размера! Давай пойдем дальше, а ты расскажешь больше.
— Видишь ли, — я решила чуть-чуть схитрить, замечая, что мы с дракончиком проделали немалый путь, заходя вглубь леса. — У меня устали ноги, поэтому я не могу идти дальше.
Дракончик на секунду нахмурился, повздыхал, а потом его мордаха озарилась радостью:
— Но ползти же ты можешь?
Глава 20
Домой мы и впрямь приползли, правда, в переносном значении. Умотались с дракончиком чуть больше, чем полностью. Я больше морально, чем физически, а дракончик, подозреваю, попросту устал говорить. Количество его вопросов было неимоверным, они шли непрерывным потоком. Из-за них я как-то умудрилась согласиться испечь не только пирожки, но и пироги, запеканки, оладьи и еще много чего. Настолько много, что я уже половину списка забыла. Вот только, боюсь, один маленький ребенок с потрясающей памятью мне обо всем обязательно напомнит.
Дракончик замолчал, только когда я ступила на крыльцо, а потом спрыгнул с моих рук:
— Мой человек, я хочу поохотиться!
— Хорошо, — кивнула я. — Снова птица-здравница?
— Нет, там что-то покрупнее летает. И пахнет вкуснее, чем птица...
— Будешь есть всякую гадость, забудь о блинчиках, пирожках и прочем. Я не буду их готовить для того, кто не ценит вкусную еду, а предпочитает есть непонятно что, — строго сказала я, а потом задумалась: неужели ребенок недоедает? Он, конечно, не пожалуется, но... Сегодня же в первую очередь я буду изучать учебник по монстрологии, чтобы все выяснить.
— Я не буду! Я точно-точно не буду! Твои блинчики лучшие, мой человек. А птицу я выплюну! — с жаром заявил дракончик.
— Только не перед домом и не на Арча, — предупредила я, представляя, насколько неприятно будет, если результаты охоты будут складироваться перед домом.
А насчет Арча... Я просто опасалась: у этого маленького нарцисса было определенно что-то не так с везением. Дракончик, угукнув, полетел наверх.
Как только я вошла в дом, в мою сторону бросился Арч с криком: