Хозяйка приюта магических существ (СИ)
— Договорились! Человек, а мне обязательно сидеть у тебя на руках?
— Да.
— Почему? Я ведь сильный, я тоже могу драться и помочь человеку Хэю!
— Ты сильный. Но тебе шесть лет. В шесть лет ты не должен ввязываться в драки без повода, — строго сказала я. — Видишь, Хэй прекрасно справляется и без нашей помощи, поэтому у тебя нет повода ввязывать в драку.
— Но хоть плюнуть в них я могу? — жалобно спросил дракончик. — Я не сильно! Вон в того, кто слева.
— Ладно, можешь плюнуть, но с рук сползать не смей, хорошо? — согласилась я, понимая, что не смогу угомонить этого ребенка.
— Хорошо, мой человек!
Дракончик стал глубоко вдыхать, а его крылья затрепетали. По коже пошли узоры, а потом он плюнул.
В следующий раз. Когда. Я. Разрешу. Что-то. Дракончику. Я. Буду. Уточнять!
Потому что ребенок плюнул огнем — огромным огненным шаром, который взорвался и разрушил несколько пустующих лавок, а также полностью дезориентировал наших противников. А Хэй действительно был магом, причем довольно сильным. Потому что он тут же поставил впереди себя магический щит, прикрыв нас собой, из-за чего горячая волна прошла от нас с двух сторон.
— И что вы делаете? — поинтересовался Хэй.
— Мы участвуем в драке! Человек отказалась, но я хотя бы плюнул! Я же здорово плюнул, правда? Сразу раз — и готово! — восторженно сказал дракончик.
Я застыла соляным столбом, уставившись на разрушенные ряды и стонущих на земле людей в масках. Нельзя сказать, что кого-то покалечило, но приложило знатно.
— Госпожа, вы в порядке? — участливо поинтересовался Хэй, вкладывая двуручник в ножны, от чего тот сразу стал казаться обычным маленьким мечом. — Вас не задело?
— Мой человек, что такое? Ты восхищена моей меткостью и силой? — спросил дракон, ерзая на моих руках. — Мой человек... ты же не испугалась?
В этом мире свои законы. И один из них звучит очень просто: ты платишь за то, что разрушил. А если у тебя нет денег, чтобы заплатить, то ты работаешь на благо общества столько времени, сколько решит суд. Я очень, очень не хотела работать. Но судя по тому, что я видела, мой милый ребенок только что подписал нас на год работы без выходных от заката до заката.
— Человек? — встревоженно спросил дракончик.
— Бежим, — сказала я, наконец, приходя в себя.
— Что? — удивился Хэй.
— Бежим отсюда, пока не пришла охрана рынка и не забрала все наши деньги и вещи. За разрушенное нужно платить, у меня с собой нет столько денег, чтобы оплатить пятерку стендов и навесов. Боюсь, нам придется отдать все, что у нас есть, чтобы покрыть расходы.
— Как заберет? Как все вещи заберет? И мои булочки тоже? Но я же их даже не попробовал! — Маленький дракончик посмотрел на меня круглыми глазами, в который начали закипать слезы, и потянулся к сумке с булочками, которую я ранее прикрепила к поясу, ласково погладив хвостом мешочек. А потом он резко грозно нахохлился, а по его телу стали расползаться магические узоры. — Я не отдам! Я буду защищать свои булочки даже ценой жизни!
Я цыкнула на дракона, прижав его к себе одной рукой, схватила за руку Хэя, который явно не понимал, как мы влипли, и побежала прочь от места происшествия. Бежать было неудобно: мало того, что приходилось направлять Хэя, так и дракончик вертелся. Ну, еще бы ему не вертеться: надо же как-то пытаться впихнуть в себя две булочки сразу, тягая их из мешка при помощи хвоста!
К сожалению, далеко мы не убежали: буквально в конце ряда я увидела охранников, которые направлялись к нам. Скрыться так, чтобы нас не заметили, уже не получалось. Я резко притормозила, чтобы быстро шепнуть Хэю:
— Только молчите, а если спросят, подыграйте!
Я хотела еще раз повторить это для дракончика, но тот был слишком увлечен булочками: его щеки были похожи на хомячьи. Что ж, надеюсь, всех десяти булок хватит, чтобы заставить его молчать во время моего разговора со стражей. Снова схватив Хэя за руку, я потянула его в сторону охраны:
— Уважаемые господа! Уважаемые господа! — почти натурально всхлипнула я. — Там! Там такой кошмар!
— Что случилось? — деловито осведомился охранник, подозрительно сощурившись. Рынок — место богатое, здесь постоянно крутились деньги, поэтому на охране не экономили: набирали действительно проверенных и умных воинов.
— На нас напали! — всхлипнула я куда натуральнее, чем в первый раз, а потом вцепилась в рукав стражника (со знаками отличия — явно командира) свободной рукой и проникновенно посмотрела прямо в глаза: — Эти ужасные люди... Мне кажется, они хотели похитить мою химеру! И не только, я уверена, что они покушались на мою девичью честь! Если бы не мой случайный спутник, то они бы... они бы...
Сработало! Я прекрасно видела, как тяжело вздыхает охранник, проникаясь моей наспех склепанной историей... Да и мой несчастный взгляд, молчаливый хмурый Хэй и жующее дите производили правильное впечатление.
До поры до времени.
— Эти ***** пфытались мфена пофитить? — ляпнул дракончик, не переставая запихивать булку в рот. — А фто такое дефичья чефть? Она тебе офень нужна? Она лучше моих булофек?
Что ж. Теперь главный охранник давился смехом вместо того, чтобы нам сочувствовать. Хорошо хоть, что махнул остальным рукой в сторону разрушенных рядов, и часть воинов отправилась туда, а не ржала дружно над словами дитенка.
Мне пришлось отпустить чужой рукав, схватить первую попавшуюся булочку из мешка и впихнуть в рот дракончика, чтобы он не ляпнул лишнего. Например, не додумался рассказать, как он хорошо и метко плюет во всяких мудаков. Это, конечно, весьма интересный и примечательный факт, но на будущее надо обязательно поговорить о том, что не стоит рассказывать всем о таком.
— Снова они, — вздохнул один из оставшихся охранников. — Думаю, вашей чести ничего не грозило, госпожа...
— Лиссандра, можно просто Лисса, — тут же сказала я, тепло улыбнувшись. — Это приятно слышать! Как хорошо, что здесь есть кто-то вроде вас, кто всегда готов защитить. Даже стоять рядом с вами намного спокойнее. А что вы имеете ввиду под снова?
Я наивно похлопала глазами, стараясь вложить весь несуществующий восторг перед такими серьезными господами в свой взгляд. Когда нужно было что-то разузнать у суровых вояк, то тактика «прелесть какая дурочка» работала идеально. А мне очень надо было понять, кого преследовали те люди: Хэя или дракончика. Конечно, оставался вариант, что приходили за мной, но я его отмела как несущественный: за мной бы послали настоящих профессионалов, а не людей, падающих от одного... плевка, пусть и такого. Дракончик жевал булочку, Хэй благоразумно молчал, стараясь на меня не смотреть (мне казалось, или он с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться?), а начальник охраны, слегка порозовев, выкладывал нужную мне информацию:
— В последнее время развелось много таких разбойничьих групп, которые похищают монстров. Скорее всего, ваша химера их привлекла. Она довольно ручная и разумная, как я успел заметить. Они охотятся на них и перепродают всяким богачам. Знаете, мода такая пошла — держать монстров как ручных зверушек... Или коллекционировать.
Значит, все-таки стремились за моим дракончиком. Что ж, надо будет поблагодарить Хэя, что он так вовремя попался на нашем пути. Но какие же эти люди мрази! Себя бы коллекционировали, а не детей. Я посмотрела на дракончика — и вовремя. Он как раз прожевал булочку и открыл рот, чтобы что-то ляпнуть. Я достала из мешка еще одну булочку и безжалостно всунула ее ему в рот.
— Мф-ф-ф! — возмутился дракончик, но выплевывать не стал — видимо, булочки и впрямь были отличными.
— Вот как! Тогда мне и впрямь повезло, что я встретила вас, — преувеличенно радостно сказала я. — Скажите, а эти ужасные люди промышляют похищениями только здесь или на дорогах тоже? Мы бы хотели отправиться в соседний город Ревот.
— Госпожа Лиссандра...
— Лисса, для вас, господин, можно просто Лисса, — улыбнулась я.