Хроники Гнипахеллира (СИ)

— Может обесточим крепость? — предложил Кен.
— А что, это мысль, — кивнул я. — Отшельники почти все время находятся в медитации и не пользуются электричеством. А мы уж как-нибудь перебьемся.
Отшельники восприняли наше решение не очень положительно.
— Пока вас тут не было, мы жили спокойно! — топнул ногой слепой дед.
— Нет, — возразил тот, что встретил меня у ворот. — Комаров, на самом деле, в этом году больше. Рано или поздно они заразились бы. И я не знаю, что бы мы делали, если бы тут не было кантурии.
— Если бы хранители не полезли в холодильник, ничего не было бы! — не унимался слепой.
— Не факт, — вмешался я.
— Шумер прав, — сказал третий старик. — Надо отключиться от электричества хотя бы на время.
Дедушки долго совещались и наконец дали добро. Ранг с группой боевых монахов отправились снимать провода воспользовавшись временным улучшением настроения обитателей крепости, я выпросил разрешение еще и на установку одной воздушной пушки. Мало ли, вдруг какой самолет.
— Ребята, монтируй, пока они не передумали! — скомандовал я.
— Прощай, спокойная жизнь! — схватились за голову старики. Мы поднялись на крышу и установили не только воздушную, но и лучевую пушку. Сэр Александр во время служений предложил использовать ладан, так как тот хорошо отпугивал насекомых.
— Ну теперь заживем, — довольным голосом произнес я.
Ночью мне не спалось, и я вышел подышать во двор. Электричества больше не было, а потому вокруг стояла кромешная темнота. В траве негромко копошились сверчки. Больше никаких звуков не было. Хорошо здесь было ночью: тихо и спокойно. Небо было ясным, и мне даже удалось рассмотреть звезды. Звезд я не видел давно. В Карабалам-Сити мешал смог, да и в целом в последнее время звезд на небе стало меньше. Видимо космический мусор совсем загадил нашу орбиту.
Темная тень скользнула за забором.
— Кто здесь? — крикнул я.
— Я не знаю кто я! — раздался голос из темноты. Тень завыла и бросилась к лесу. Я побежал следом, на ходу активируя кошачий глаз и подключая ночное зрение. Впереди меня, сверкая лопатками, убегал долговязый блондин.
— Митридат, — прошептал я. — Стой! — заорал я громко.
— От себя не убежишь, а я убегу. От себя не убежишь, а убегу! — бормотал Митридат.
— Подожди! — закричал я. — Пойдем со мной, я не причиню тебе зла.
— Не верь никому, а в первую очередь себе, — шептал беглец. Вот Берн, сбил человека с пути. Если и светлячков он вызывает в таком же состоянии, то ожидать можно чего угодно.
Ловить кого-то в темном лесу, так еще и ночью, было тем еще занятием. Естественно, я его упустил. Брать след, как Берн, я не умел. Возвращаться в крепость за подкреплением, Митридат за это время убежит неизвестно куда, и крылья остались в комнате. Откуда ж я знал, что придется гоняться за собственной тенью. Я начал бесцельно бегать по чащам в надежде на случайную зацепку. Вдруг в дали раздался шум. Кто-то громко ломал ветки и двигался в моем направлении. Если это дикий медведь, то я пропал.
Я выбрался на небольшую полянку и упал в траву, в надежде, что меня не увидят. Если это зверь, то он и унюхать может, на что я рассчитываю? Кусты раздвинулись, и на поляну вывалился великан. Лицо его было заросшим, а на плечи накинута волчья шкура. Это был не Велет, а Огр. Огры считались самыми дикими и опасными из племени великанов, по сути, именно они и составляли коренное население Гнипахеллира. Ну что же, хотя бы это не зверь, а разумное существо, может он видел, куда побежал Митридат.
Я поднялся и направился к Огру.
— Ты вовремя, — как ни в чем не бывало произнес он. — как раз к казни подоспел.
— К какой еще казни? — удивился я.
— Пойдем, посмотришь. — великан властно повел плечами, и я понял, что лучше повиноваться. Он пошел вперед, ломая ветки и вырывая с корнем мешающие ему деревья, а я семенил следом.
— Вы тут не видели такого светловолосого парня? Пробегал. — Набравшись смелости, спросил я.
— Когда себя теряешь, надо внутри искать, а не по лесам бегать, — строго сказал Огр. Я понял, что больше ничего от него не добьешься.
 
Где-то вдалеке раздался глухой удар, а затем истошный крик и адский хохот. Кажется, мы направлялись прямо туда. Что там происходит? Мой большой проводник молчал и лишь тихонько напевал себе под нос какую-то безвкусицу. Мы оказались в глубокой чаще с огромными деревьями. Да нет же. Это были дома. Большие рубленные башни, именно в таких и обитали Огры. Снова крик и глухой удар.
Мы выбрались на относительно просторное место. К двум березам был привязан тощий мужичок, аккурат под ногами которого горел костер. Вокруг столпились великаны. Они опускали в огонь металлические прутья, а потом дубасили ими привязанного.
— Стой и смотри казнь! — приказал мой проводник. Приговоренного снова ударили, и он заскулил. Голос его совсем осел, потому даже и кричать он нормально не мог. Хотя, какой в этом смысл? Деревня великанов находилась глубоко в лесу. Никто не услышит, никто не спасет.
— За что вы его так? — не выдержал я.
— Он у нас корову украл, — глупо ухмыльнулся самый молодой Огр.
— И за это надо убивать? — не выдержал я. — А вы в курсе, что на большой земле смертная казнь запрещена?
— В курсе! — зашумели Огры. — Мы не такие дикие, как вам кажется. Мы и в сеть выходить умеем. Прекрасно осведомлены, что Тартария распалась, а единый некогда народ вцепился друг другу в глотки!
Вперед выступил самый большой гигант. Видимо он был их старейшиной.
— У этого человека есть выбор! — прогремел он. — Смерть или ссылка на большую землю. Что ты выбираешь.
— Смерть! — прохрипел приговоренный.
— Одумайся! — закричал я. — Давай уйдем отсюда.
— Смерть, — тихо повторил человек и опустил голову.
— Выбор сделан! — торжественно произнес старейшина. Один из великанов подошел к березам, к которым был привязан пленник, ухватился и потянул в разные стороны. Деревья с корнем вылетели из земли, а привязанный к ним человек оказался разорван на двое. Его останки посыпались в огонь. У меня просто не было слов. Я вспомнил умирающего Сувара, каким умным и добрым он был, а эти дикари оказались полной его противоположностью. Может люди были не так неправы, когда объявили войну великанам? Огры отличались от Велетов, как небо и земля, но кто будет разбираться, когда в твоем сердце уже посеян страх. Ты подсознательно начинаешь шарахаться от всех, кто выше тебя ростом.
— Вы давно живете в Гнипахеллире, но совершенно не знаете его законов, — мягко произнес старейшина. — А люди в деревнях кое-что усвоили. Они пропитаны Гнипахеллиром, а потому не смогут жить на большой земле. Поэтому этот человек и выбрал смерть, ибо Гнипахеллир его тоже больше не примет.
— Это вы пишите такие законы? — зло бросил я.
— Это Гнипахеллир пишет такие законы, — возразил великан. — Кто приходит в Карабалан-Сити по собственной воли? Разве что отреченцы, такие как ты. Сюда в основном ссылают. И дело даже не в дыре в мироздании, точнее не только в ней. Поспрашивай иерархов ордена, они кое-что чувствуют. Стариков в белой крепости не спрашивай, их Гнипахеллир уже сломал. Рано или поздно он сломает и тебя! А мы придем в ваши города и установим там свои законы! — Огры захохотали.
— Тогда я буду молиться, чтобы у вас ничего не получилось! — произнес я и бросился прочь.
Никто за мной не гнался, я лишь слышал сумасшедший смех великанов, и то не факт, что он был обращен ко мне. В чем-то этот великан был прав, на самом деле, почти у всех обитателей Гнипахеллира сломаны судьбы, а после смерти абсолютного игрока судьба сломана у всего мира. И что же? Теперь он весь превратиться в Гнипахеллир? Что вообще будет с нами со всеми? Какого бога мы прогневили? Я бежал, не разбирая дороги. О поимки Митридата уже и не мечтал, самому бы ноги унести. Лес закончился, и я оказался в диком поле. Вдали показались стены крепости. Я бросился туда.
В небе что-то вспыхнуло. Я увидел шар, у которого медленно отрастал хвост. Гнипахеллир приманил очередную комету, которая летела ему на встречу.