Измена. Бежать или остаться (СИ)

Одну руку Горский проталкивает между диванной подушкой и моей напряженной спиной, второй скользит вдоль голени.
— Я звонила, — стараюсь держать голос ровным, но он все равно ломается, — ты сбросил вызов.
— Чёрт! Прости, Веснушка. Замотался.
Сухими губами Назар касается кожи на моей ноге. Оставляет несколько легких поцелуев на бедре. Нотки раскаяния, которые слышу в голосе мужа, действуют как антидот против моего остолбенения.
— Слишком тяжелый день выдался?
Зарываюсь пальцами в жесткие волосы Горского, без особого нажима неспешными движениями массирую кожу его головы. Слегка царапаю ногтями затылок, цепляя чувствительный участок за ухом.
— Хакерам удалось украсть часть данных, прежде чем мы перекрыли им кислород. — Довольное мычание вырывается из груди мужа.
— Звучит не очень.
Вместе с Горским смотрим на динамично скачущие кадры сериальной заставки. Атмосферный саундтрек детектива, аккорды которого заставляют кожу покрыться мурашками, придает особого антуража словам мужа.
— Как только IT-отдел вычислит какие конкретно данные уплыли, станет ясен весь масштаб понесённого нами ущерба. Если об утечке станет известно прессе, то акции компании рухнут как минимум на пару пунктов. — Горячая рука Назара скользит по моей голени. — Ладно. Не грузись. Как прошёл твой день?
— Нормально, — жму плечами, — я отвыкла столько часов подряд стоять на высоких каблуках.
Горский ловит мое запястье, трется щекой о внутреннюю сторону ладони, прикасается губами.
Садится в пол оборота и просит положить ноги к нему на колени. Настал мой черед стонать от удовольствия. Назар со знанием дела растирает мои гудящие стопы, скользит пальцами вдоль напряженных мышц, не задевая травмированных участков кожи.
Забываю про какой-то там сериал, полностью сосредоточив внимание на умелых движениях мужских пальцев. Пару раз невольно дергаю ногой, когда касания становятся очень будоражащими.
— Илья не сильно докучал тебе? — Назар поднимает голову и встречается с моим удивленным взглядом.
— А должен был? Мы не виделись с твоим братом сегодня.
— Вот трепло! — цокнув неодобрительно языком, качает головой Горский. — А ведь божился, что обязательно заберёт тебя со студии.
— Во-первых, перестань говорить Илье, что делать. Ему давно не пятнадцать. То, что он на семь лет младше, еще не значит, что он конца жизни должен выполнять твои просьбы. Во-вторых, мне не нужна нянька. Я в порядке.
— Мне спокойнее, когда я знаю где ты и с кем.
Горькая усмешка касается моих губ. Я тоже хотела бы знать где ты и с кем проводишь время вне дома, Назар. Тянусь к чашке с давно остывшим чаем, делаю маленький глоток.
— Как прошла встреча с Баженовой?
Впиваюсь глазами в Горского. Слежу за его мимикой, слежу за взглядом. Ловлю каждое движение тела, запоминаю каждый вздох.
Бросив на спинку дивана длинный валик, Назар откидывает голову назад. Упирается пяткой в край журнального столика. Тянет носом воздух прежде, чем ответить на вопрос.
— Не совсем так, как я ожидал. — Скрестив руки на груди, муж внимательно следит за рекламой детского питания, которую крутят в перерыве между серией. — Она отказывается привезти мальчика и сделать тест ДНК, пока я не переведу на её счет определенный аванс.
— Ты посмотри какая ушлая! — громко вскрикиваю я. Сжимаю кулаки от негодования. — И где только мозги у этой женщины? Это же настоящее вымогательство! Не смей давать ей ни копейки, Назар. Лучше напиши на неё заявление и отправь за решётку.
— А пацанёнка куда?
— Уж явно не к нам на попечение! — вскакиваю с дивана и начинаю расхаживать по комнате. Срываюсь на крик: — Назар, он не твой сын, значит и не тебе о нём переживать.
— Предлагаешь мальчика, которому не повезло с матерью, вот так просто отправить в детский дом?
— Почему сразу в детдом? Просто разыщи настоящего отца и передай ему ребенка.
Горский опускает голову и чешет устало затылок. Тот факт, что мой муж чересчур сильно переживает о судьбе чужого ребенка, заставляет меня еще раз задать тот самый вопрос:
 
— Ты уверен, что Мирослав не твой сын?
Назар смотрит прямо в мои глаза.
— Уверен.
— Ни один способ контрацепции не эффективен на сто процентов. — Не знаю для чего вступаю в конфронтацию с мужем. То ли хочу в Горском посеять зерно сомнения, то ли, наоборот, хочу, чтобы он смог окончательно убедить в своей правоте. — Может быть производственный брак или неправильное исп…
— Каролина, прекрати! — Выпрямив спину, рявкает Назар. — Я сказал тебе, что это не мой сын. Точка.
— Ясно. — Скрещиваю руки на груди и отворачиваюсь.
Злюсь на него, на себя, на Баженову. Черт бы её побрал! Всегда знала, что она ещё та стерва. Смотрю в экран телевизора, но не стараюсь вникнуть в суть происходящего там. Вновь эмоции хлещут через край. И зачем я только возилась с мукой и сахаром на кухне?
Хватаю свою чашку с чаем и иду прочь.
— На кухне ждет тебя пирог с яблоками, — хвастаюсь я, застыв в дверном проёме. — Тот который ты так любишь. Я испекла его для тебя.
— Ты? — Горский недоверчиво выгибает бровь.
— Представь себе! — огрызаюсь от такой реакции. — Я попросила Марию научить меня его делать. Захотелось, знаешь ли, порадовать любимого мужа. А ты… Короче, — стираю соленую влагу со щеки, — если не веришь, можешь его выбросить. Мне все равно.
 Глава 10 
Каролина.
Последние недели единственное, о чем я мечтаю, — это оказаться дома в родной кровати. Жажду забраться под любимое двухспальное одеяло и поспать на самом комфортном и любимом матрасе как минимум семь часов подряд, а лучше восемь.
Десять перелетов за четырнадцать дней. За столь короткий отрезок времени я успела побывать на территории семи стран, поработать в тринадцати фотостудиях. Выходя с чемоданом из аэропорта, я не ехала в гостиницу, как делает обычно любой турист, а мчала через весь город на такси на очередную локацию.
Четыре часа длилась моя самая короткая съемочная смена, четырнадцать — самая длинная. Отработав положенное время, я бежала в отель спать, потому что утром ожидал очередной рейс, следующая работа в кадре.
Вчера, к примеру, за ограниченный кусок времени надо было отсняться для онлайн-каталога известной азиатской сети одежды. Предстояло перемерить около двухсот видов пижам и комплектов нижнего белья различного фасона и кроя.
Одна из скучнейших и одновременно сложнейших работ в карьере манекенщицы — съемки для каталогов. До самого последнего кадра нужно сохранять милую улыбку и расслабленные плечи, несмотря на защемленную спину и сведённые скулы. А ещё надо быстро ориентироваться в позах, чтобы с учетом особенностей собственного тела максимально привлекательно показать в кадре рекламный товар.
Необходимо постоянно поддерживать коннект с фотографом, чтобы с полу слова, полу взгляда понимать, о чем он просит.
Время — это деньги. Чем быстрее и грамотнее работаешь, тем больше довольных заказчиков, лучше оплата труда.
Отношения с мужем стали подобны на стальные канаты подвесного моста над бурлящей горной рекой. Ураган «Аннет» своими шквальным наскоком показала наглядно, что закалённый, на первый взгляд, металл нашего брака не так уж и крепок. Держимся на честном слове.
Узнать о том, что любимый мужчина два года назад разделил постель с другой женщиной, было безусловно больно. Но горьких эмоций все равно недостаточно для того, чтобы резко собрать чемодан и уйти восвояси.
Два года — приличный срок. Стоит ли сегодня избирать для давнего проступка наказание или уже прошел срок давности?
Не знаю.
До измены практически целый год я не давала мужу ни ласки, ни тела. Наша редкая близость выходила с привкусом горечи и отчаяния. В разгар ссор мы набрасывались друг на друга как оголтелые, выплескивали излишек эмоций.