Эффект Робинзона Крузо

Во–вторых, удивительная связь св. Марка и Венеции. Мощи св. Марка пролежали в Александрии около 700 лет (прибл. с 93/98 г. до 828 г.) и не было до них никому никакого дела, пока существовал протекторат. И только в результате геополитических изменений (завоевание арабами Египта), одна из главных символьных святынь Венеции была тайно вывезена в ходе сложной операции. Организаторы воровства были политическими и религиозными главами Венеции, узнавшие о том, что мусульмане начали разрушать христианские храмы для возведения мечетей. На такую операцию могли пойти только ради своего, близкого человека или ради героя республики, который при жизни выполнил свой долг, и теперь (по смерти) должны ему. Вернувшиеся мощи героя — бесценный жест с религиозной и политической точки зрения. В результате этого произошли сакральные изменения — предыдущий покровитель Венеции змееборец Феодор Тирон уступил место св. Марку, принадлежащий к святым первого ранга. А Феодор Тирон войдет в более позднюю базилику в качестве одного из приделов.
Джустиниано Партечипацио распорядился построить церковь святого Марка («Золотая церковь»), куда и перенесли мощи. Сам храм стал символом венецианского могущества. Роскошное строение как нельзя нагляднее демонстрировало богатство торговой империи. А его великолепные мозаики рассказывают и о похищении мощей из Александрии.
Венеция и Римская империя еще не раз в истории продемонстрируют виртуозную реализацию своих геополитических замыслов. Во время четвертого крестового похода изначальные планы у участников были в завоевании Египта. В то время считалось, что ключи от Иерусалима находятся в Египте и поэтому начать завоевание следует с него. Но по странному стечению обстоятельств, венецианцы, которые возглавили подготовку к походу, спутали все карты крестоносцам. Преднамеренно или случайно это произошло можно только предполагать. Но Египет с «неверными» мусульманами не тронули, поход был осуществлен в христианскую Далмацию и христианский Константинополь. [90] Четыре бронзовые конные статуи для украшения собора были, кстати, вывезены из Константинополя после крестового похода, как и многие религиозные святыни и золото.
ДАЛЕЕ ПРЕДЛАГАЕТСЯ ОСМЫСЛИТЬ ПРОЦЕСС СТАНОВЛЕНИЕ ХРИСТИАНСТВА В ЕВРОПЕ НА 4-Х ТАКТНОЙ МОДЕЛИ 
Христианство (египетское континентальное по истоку) в Европе постоянно развивается, оно требует объяснения для людей и соответственно нужны толкователи, богословы, появляется святоотеческое учение. Простые обыватели с трудом воспринимают догматические аспекты религии. Египетскому христианству требуются посредники между Богом и Человеком в виде священнослужителей, проповедников. Такая религия становится государственной, она направлена на простой народ, на массы, как любят выражаться политиканы. В морском христианстве все объяснено давно, в том числе суровой средой обитания ее носителей — всем все понятно. Люди, для которых догматика морского христианства являлась их образом жизни, не нуждались в объяснениях как правильно жить. Религия Корабельного Бога направлена на дворян, это религия без жрецов — у дворянства нет жрецов. Вполне понятно, что в силу разных взглядов на христианство, произошло столкновение двух догматик, двух интересов: одним понятно, другим нет.
Постоянная смена власти, борьба интересов всегда несет опасность целостности государства и изменения границ. Это точка изначальная — первый этап. Двум мировоззрениям на одной территории хоть и тесно, но уживаться как–то приходится — возникает вертикальная система власти, в которой существуют главенствующее и подчиненное. На первых порах морское христианство становится во главе иерархии и подчиняет египетское континентальное. Это второй этап. Но так как египетское континентальное христианство — религия большинства (около 90%), в силу столкновений интересов, рано или поздно произойдет переворот во власти. Масса несогласных жить по–старому свергает верхушку власти, и совершенно понятно, их классифицируют как особо опасных еретиков и новаторов, которые без «божественной санкции» привносят свои планы и идеи. А мы помним, что люди моря по натуре своей новаторы и реформаторы. Взять пример Петра-I, как человека моря, он силой пытался своротить жизнь народа с ее исторического русла и вогнать ее в иные берега. Его новаторские идеи, с одной стороны, дали плоды — он создал Российскую империю и присоединил новые земли; преобразовал армию и флот, которые позволили ему достигнуть больших военных побед; развил промышленность и торговлю.
 
А с другой стороны, появились несогласные с его новаторской политикой — заговорщики, раскольники, старообрядцы. Разбойничье движение в России при Петре достигло таких масштабов, как никогда. Разбойничьи шайки, руководимые беглыми солдатами, объединялись в хорошо вооруженные и организованные конные отряды. Они грабили казенные сборы, сёла и города, успешно противостоя регулярным правительственным войскам. Пропасть между знатью и народом возросла многократно и теперь не ограничивалась только финансами и титулом. Фактически это была борьба деспотизма с необразованными людьми, и Петр рассчитывал насильственным путем, кнутом привить народу сознательность. В Европе в более раннем варианте происходило все тоже самое.
Все социальные и политические преобразования воспринимаются консервативными людьми (континентальное сухопутное мышлением) через призму убеждений: это уже было и ни к чему хорошему не привело. Консерватор всегда ортодокс, он постоянно вынужден ссылаться на общепринятые учения для доказательства своей правоты. Революционная масса преследует своих свергнутых оппонентов (морское христианство), что вынуждает вторых отойти в море и пиратствовать. Как нельзя лучше характеризует положение вещей в те времена цитата из трагедии «Фауст» немецкого поэта Гёте. Слова Мефистофеля, обращенные к Фаусту:
 
«Флот этот твой! Таков устав:
 
В ком больше силы, тот и прав.
 
Никто не спросит: «Чье богатство?
 
Где взято и какой ценой?»
 
Война, торговля и пиратство —
 
Три вида сущности одной.»
 
Но революционная масса, пришедшая к власти, сама себя и похоронила. Ведь когда совершали государственный переворот, совсем не думали об экономике, — главное свергнуть верхушку. А вся экономика она морская, завязана на флоте: открытие новых земель и увеличение товарооборота за счет колоний, экспортно–импортные операции, рыболовство и судостроение. Пираты продолжают богатеть за счет торговли и разбоя, а революционные сухопутные массы нищают. Египетское континентальное христианство укрепляется в государственной политике. Это третий этап.
Наступает период, когда пираты покупают титулы и сходят на сушу. Начинается тайная ретрансформация богатой прослойки людей в общество. Они не рвутся к власти, а скупают замки и поместья, порой берут целые города в аренду в счет выданного кредита правителю. Они вливаются в существующий порядок, но тайно, вместо себя показывают во всех операциях выставленные фигуры. В этот момент появляются тайные общества, рыцарско–монашеские ордена. Последователи морского христианства проникают во все сферы государственной жизни и становятся ее тайными хозяевами. Создаются условия для буржуазной революции в Европе. Это четвертый этап.
А теперь посмотрим становление византийского (греческого) христианства на Руси. Надо сказать, что этому предшествовало два события, в результате которых, египетское христианство разорвало отношение с греческим и отошло на второй план. Трещина в отношениях между египетским и греческим Православием появилась в 381 году после Второго Вселенского собора в Константинополе. Собор постановил предоставить епископам Константинополя, как Нового Рима, первое место в ряду всех православных епископов после римских. Константинополь утвердился как столица восточно–православного мира. В этот момент времени Александрия отошла на второй план.