Поезд до станции детство

— Я слышал от твоих друзей про какую-то Пану. Если это та, про которую ты говоришь, то она в светлом мире.
— Ее туда тоже силой забрали? — заволновался Иван.
— Не переживай. У вас хорошие друзья, — грустно произнес Захар. — Ее тоже отправились спасать, только вот кто, я тебе не скажу, не знаю.
— Бедняжка… она тоже меченая, — Люба с грустью смотрела на сына. — Светлый мир — это призрачная мечта для каждого из нас. Но выбраться оттуда не легче, чем отсюда. Заведенный порядок суров, — она сокрушенно вздохнула. — Дай бог, не побоюсь этого слова, чтобы у вас получилось избавиться от проклятия, и эти два мира больше не притянули вас.
— Если бы только знать, как это сделать, — уныло проговорил Иван.
Тем временем они уже почти дошли до землянки Ады.
— Дальше я не пойду, — Люба остановилась метрах в десяти от входа. — Не рады мне там будут. Ада и такие, как она, не принимают вассалов черной ведьмы, как нас называют. Поэтому давай простимся здесь, — она заметно волновалась и прятала глаза, чтобы скрыть слезы.
— Но я хотел познакомить тебя с друзьями, — расстроился Иван.
— Не стоит, — грустно улыбнулась она, — не стоит мне их видеть. Иначе… иначе прощание будет еще тяжелее.
— Неужели мы вот так расстанемся, и я никогда больше тебя не увижу? Мама… — Иван с трудом произнес это слово. Слезы душили его, разрушая все мифы о том, что мужчины не плачут. — Мама… — рыдания вырвались из его груди, и он припал к крепкому женскому плечу. Она тоже плакала, перестав стесняться, крепко обнимая сына.
— Спасибо тебе! Спасибо, что ты попал в Оазис жизни, и у меня появилась возможность встретиться с тобой, — всхлипывала Люба, в попытке утешить его. — Тебе пришлось страдать тут, но я все равно рада, что мы встретились. Теперь я знаю, какой ты стал замечательный, повзрослев. А ты, я надеюсь, хоть иногда… будешь вспоминать свою непутевую мать, которая тебя любила больше жизни и будет любить всегда… Все, идите, — твердо произнесла она после короткой паузы, в течение которой крепко обнимала сына. Она оторвала от себя Ивана, по щекам которого, не останавливаясь, текли слезы. Развязала фартук и вытерла им его лицо.
Иван держал мать за плечи и все смотрел и смотрел на ставшее внезапно самым родным лицо. Он хотел запомнить каждую его черточку, малейший изгиб. Мысль, что они вновь должны расстаться, убивала. Слезы постоянно наполняли глаза и переливались через край. А Люба их вытирала и вытирала, а сама кусала губы, чтобы тоже не расплакаться.
Захар деликатно отошел в сторону и не смотрел на прощающихся мать с сыном. Он терпеливо поджидал Ивана возле входа в Адово жилище. Первый заметил, как распахнулся люк, и выбежала Алина. Не обращая на него внимания, она рванула в сторону Ивана.
— Иван! — радостно закричала она, бросаясь ему на шею. — Как замечательно! Как я рада тебя видеть! — она никак не хотела его отпускать, продолжая тискать.
— Ну перестань, глупенькая, — приговаривал он, пытаясь высвободиться из объятий. — Я в порядке… Все хорошо! Я хочу познакомить тебя кое с кем, — он наконец-то разомкнул ее руки и оглянулся. — А… а где она?!
— Она ушла, — ответил Захар.
— Как ушла? — Иван растерянно смотрел на него.
— Да кто ушел? — спросила Алина. — Ах, та женщина, что была рядом с тобой?
— Это не просто женщина, — тихо промолвил Иван. — Это была моя мать.
— Мать? — только и смогла вымолвить Алина.
— Она спасла нас и вывела из дома черной ведьмы, — Иван грустно смотрел на нее.
— Прости, я не знала…
— Ничего… Я думал познакомить вас с ней, но она не захотела. Решила оставить все, как есть.
— Я даже не разглядела ее, — Алина готова была заплакать от огорчения.
— Зато я запомнил ее на всю жизнь! — голос Ивана немного окреп. — Ее образ настолько отчетливо впечатался в память, что я попробую написать ее портрет сразу же, как только мы вернемся.
Захар грубовато окликнул их, напомнив, что ядовитый воздух опасен для Алины.
— Ада! Старуха! — закричал он с лестницы, пытаясь разогнать атмосферу унылости. — Почему не встречаешь гостей?
 
— Ее нет, — смеясь, ответила Алина. Она не могла долго печалиться из-за матери Ивана. Счастье, что последний нашелся, переполняло ее. — Кирилла она тоже забрала с собой. Ада решила запастись дровами, наверное, на половину вечности и выбрала себе безотказного помощника. Она использует его, как вьючного мула, нагружает с головой и гонит домой.
В пещере их поджидал улыбающийся Михаил. Он заранее почувствовал приближение Захара и Ивана и сообщил об этом Алине, вот она и выскочила на поверхность встречать их.
— Ну, привет, пропащий! — Михаил протянул руку Ивану. Тот недоверчиво уставился на нее. — Не бойся, здесь я не опасен.
— Тогда и тебе привет, — Иван пожал протянутую руку и в следующее мгновение уже оказался в медвежьих объятьях Михаила, тискающих и похлопывающих. — Э-э-э, парень, поаккуратнее, раздавишь, — смеялся он. — Я не такой крепкий, как это кажется на первый взгляд.
— Извини, перестарался. В кои то веки делаю то, о чем мог только мечтать, — с этими словами он притянул к себе Алину, молча стоявшую рядом и наблюдающую за встречей друзей. — Я могу дотронуться до любимых и дорогих мне людей, — никто из счастливой троицы не заметил, каким несчастным в этот момент выглядел Захар, не имеющий сил отвести взгляда от Алины.
Вскоре вернулись Ада с Кириллом, вернее, с горой веток. Как он только умудрялся их все удерживать?
— А-а-а, вернулись, — проскрипела старуха, ведя своего добровольного и несчастного помощника в закуток.
Кирилл не смог даже кивком поприветствовать Ивана, пока не освободился от ноши. Затем он первым делом сунул кусочек корня в рот, и снова начались объятья и бурные приветствия, которые Иван выдержал с честью.
— Ну-ка, ну-ка, милок, дайка я посмотрю на тебя как следует, — произнесла баба Ада, расталкивая их и пробираясь к Ивану. Она развернула его лицом к факелу и впилась в него внимательным взглядом. — Вот, значит, какой ты — сын колдуньи и потомок черной ведьмы! Да-а-а, — покачала она головой, — как же ты таким уродился-то у них? Тебе прямая дорога в светлый мир, а спасают тебя из темного… Не место тебе здесь, не место. Не сможет твоя душа прижиться здесь даже после смерти, — вынесла она вердикт.
Пришло время отправляться в обратный путь. Не стоило дольше задерживаться в темном мире.
— А как там Пана? — робко поинтересовался Иван. — Удалось ее вырвать из светлого мира?
— Думаю, что Андрей и Таня сделают все для этого возможное, — ответил ему Кирилл.
Алина подошла к Аде, копошащейся в своем закутке.
— Прощайте, бабушка, — обратилась она, — и спасибо вам за все, — с этими словами она обняла растерявшуюся ведьму и поцеловала в морщинистую щеку.
— Да уж, — проскрипела та, — меня и при жизни-то никто не обнимал и не целовал, а тут… — губы ее задрожали. — Спасибо тебе, девушка.
— Это вам спасибо за все — что приютили и помогли спасти нашего друга.
— Не стоит благодарить меня. Пустое это все, — проворчала старая женщина.
— Я даже не представляю, чем мы можем отплатить за вашу доброту? — Алина растерянно развела руками.
— Отблагодарить, говоришь? — усмехнулась Ада. — Ну, если ты иногда будешь вспоминать меня добрым словом во время твоей долгой и, надеюсь, счастливой жизни, то… и на том спасибо, — она быстро смахнула одинокую скупую слезу, набежавшую в уголок глаза. — А еще можете оставить мне корень жизни, вам ведь он уже будет без надобности.
Настала очередь прощания с Захаром. Мужчины крепко пожали ему руку со словами благодарности за оказанную помощь. А Алина и его одарила поцелуем. Он немного задержал ее руку в своей.
 
— Не выйдешь на минутку на поверхность? — робко предложил он. — Я хочу сказать тебе несколько слов наедине…
— Конечно! — ответила Алина и поймала обеспокоенный взгляд Михаила. — Я скоро вернусь, — успокоила она его.