Колояр. Принцип войны. Том 1 (СИ)
— Надеюсь, к дуэли у вас нет претензий?
— Нет, — кивнул мужчина, тоже бледный от увиденного. — Господин Волоцкий победил в честном бою, хотя…
— Никаких «хотя», — жестко оборвал его Вяземский. — Господин Лицын первым нарушил правило использования выбранного оружия. Если господин Волоцкий не против, мы можем закрыть на это недостойное поведение глаза.
— Господин Лицын проявил себя прекрасным бойцом, — сказал я, оглядывая собравшихся возле лежащего бретера. — Дуэль была чистой. Никаких претензий.
— Спасибо, сударь, — секундант склонил голову.
— В случае смерти господина Лицына прошу трофеи передать господину Волоцкому, — напомнил Петр. — Я лично проверю выполнению данного пункта.
Подъехал внедорожник, жестко размолачивая ставшую вязкой от избытка воды и льда землю. Бретера со всей осторожностью погрузили в машину и вскоре мы остались втроем. Леня Новицкий с каким-то жадным восторгом глядел на мой кинжал в ножнах, а Вяземский задумчиво спросил:
— Почему ты его не убил?
— Я убил его, — возражаю устало. — От моего артефакта редко остаются живыми, если я сам этого не захочу. А Лицын уже уходил. Так что все в руках божьих… Или в магии, которой он напичкан по самую маковку. Выживет — значит, суждено ему и дальше баламутить столичный свет.
— Да, я не предполагал, что Кондрат окажется таким искусным магом-дуэлянтом, — хмыкнул Петр. — Обычно он побеждал противников с помощью легких плетений, но здесь ему пришлось здорово выложиться, применив огромный арсенал своих заготовок.
— Скажи мне, Петр, — уже покидая дуэльную площадку, задал я вопрос, — почему князь Голицын не признает Кондрата своим сыном? Это же готовый боец-стихийник! Для Рода он бы пригодился с такой искрой!
— А никто не знает, — пожал плечами Вяземский. — То ли самого Главу родственники поклевывают, не собираясь прощать нагулянного на стороне ребенка; то ли причина находится там…
Он многозначительно поднял палец вверх.
— Не лезь туда, Колояр, — сказал Петр и сжал мое плечо. Оглянувшись, словно опасался, нет ли рядом лишних ушей (Ленька убежал к машине), тихо продолжил: — Сам глава Рода на ножах с Ближним кругом императора. А тут еще и бастард режет на дуэлях дворян. Нехорошо.
— Получается, его мне подсунули с одной целью, — кивнул я.
— Лучше бы ты убил Кондрата, — Вяземский ссутулился и зашагал быстрее к стоянке, где, пофыркивая дымком из выхлопной трубы, нас ждал теплый салон «ансата». - Для всех было бы спокойнее.
Часть вторая: доспех Варахи. Главы 1, 2
ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ДОСПЕХ ВАРАХИ
Глава первая
Пятидесятитрехлетний Фернандо был из той породы людей, которые предпочитают больше слушать, чем говорить, и этим отличался от большинства темпераментных местных жителей. Удивительно, но такое качество он приобрел в результате службы на русском торговом подворье в Мадриде, куда Фернандо попал, будучи молодым парнем. И считал, что ему крупно повезло, несмотря на суровую немногословность светлокожих русских. Болтать они начинали только после хорошего возлияния в праздники или в связи с удачной сделкой. Называлось это забавным словом «lavar». При чем здесь обмывка или помывка, Фернандо понял только тогда, когда освоил тяжелый и своеобразный язык с многочисленными русскими идиомами, скрывавшими под собой невероятную многослойность речи и тончайшие нюансы.
И он смутно догадывался, что ему платили хорошее жалование не только за расторопность и качественную работу, но и за умение разговаривать, не отделываясь легкими и дежурными фразами. Бывало, что кому-то из чиновников Торгового посольства хотелось высказаться, и он часами мог жаловаться своему собеседнику-испанцу на жизнь, поглощая при этом приличное количество спиртного. Фернандо прослыл среди служащих великолепным слушателем и вообще забавным малым, что только прибавило очков в его копилку популярности.
Пять лет назад ему повезло снова. Но мужчина считал везение второстепенным фактором. Хорошее знание русского языка и великолепная рекомендация посла, под чьим руководством находилось и Торговое представительство, привели его в небольшой городок Трес Кантос, где он стал главным управляющим у князя Щербатова. Сеньор «Сьербатофф» (потребовалось время и навык, чтобы правильно назвать эту фамилию) приезжал сюда только один раз: набрать штат работников и оставить несколько человек для ведения каких-то дел. Фернандо имел честь разговаривать с ним, ощущая тяжелый характер русского медведя и волны магической силы, пытавшейся проломить худенькую защиту кандидата в управляющие. Конечно, амулет, висевший на шее Фернандо, безнадежно проиграл, рассыпавшись мелкими осколками обсидианового стекла, но príncipe Борис одобрительно похлопал его по плечу и принял в штат. А заодно и подарил личный амулет из хрусталя взамен погибшего.
— Наберешь самых лучших и работящих людей, — наставил он палец на худощавого жилистого мужчину перед отъездом. — На тебе вся ответственность за этот дом. Ни одна ложка, вилка или простынь не должна покинуть пределы особняка. Ворья среди своих работников я не потерплю и буду карать жестоко. Отвечать будешь лично за каждого. И, да… Постарайся, чтобы все, кого ты наберешь в штат, хоть немного говорили и понимали по-русски. И держались своей работы, потому что платить буду хорошо.
— Я понял, господин Борис, — не погнушался склонить голову Фернандо. — Сделаю все по вашим рекомендациям.
По местным меркам Щербатов положил ему великолепное жалование. Большую часть денег управляющий оставлял семье, поселившейся тут же, в Трес Кантос, только на другом конце города. Двое сыновей, учащиеся в Мадридском королевском университете, требовали больших вложений, да и дочка Каролина уже невестится, приданое нужно собирать. Так что Фернандо благодарил судьбу, что послала ему такую работу. Да, хозяин довольно тяжелый и опасный человек, и управляющему частенько приходили мысли, а сколько крови на руках русского князя? Аристократия далекой, лежащей на севере России казалась ему невероятно жестокой и иерархически сложной клановой системой, куда там галисийским контрабандистам, мнящим себя невероятно крутыми и ужасными парнями. Но если служить Щербатову честно и вбить в голову своим помощникам, как важно быть честными и трудолюбивыми, то свою смерть Фернандо встретит в постели, в окружении внуков и детей. А повезет еще раз, так и правнуки будут оплакивать его кончину.
Сегодня должны были приехать те, о ком предупреждал князь Борис. Фернандо с самого утра находился в напряжении. Ведь он долгих три года готовился к этому событию. Он уже знал, что новыми хозяевами должны стать дочь князя и ее муж. Вместе с ними приедут работники компании и охрана. Не меньше десяти человек. Нужно проконтролировать, насколько хорошо готовы жилые комнаты, определить участки работы для гувернанток, уборщиц, садовников, кухарок. Как-то все пройдет?
Он волновался. Зная свой характер и умение сходиться с людьми, тем не менее его потряхивало. С женщинами такого статуса, как княжна Волоцкая (какие же тяжелые фамилии у русских!), Фернандо еще не имел дела.
Оглядев себя в ростовое зеркало, тщательно начищенное горничной, испанец вздохнул. Невысокий, коренастый, смуглолицый мужчина с мелкой сеткой морщин на стареющем лице в элегантном сером костюме набирался смелости. Его предупредили, что через десять-пятнадцать минут здесь, на улице Сальвия, огибающей великолепную парковую зону, часть которой выкуплена князем Щербатовым, появится русский кортеж. Как все сложится в дальнейшем?
Фернандо взял себя в руки и еще раз проверил готовность служб. Все тридцать человек, занятых в поддержании порядка на территории поместья, тоже волновались, но свое дело сделали: в доме все сияло чистотой, мраморная парадная лестница тщательно вымыта с шампунем, изумрудные лужайки весело блестели на солнце капельками воды после утреннего полива. Окна сверкают чистотой, дорожки переложены заново и выровнены. Никакая шпилька женской туфельки не попадет в зазор. Фернандо особо настаивал на тщательных стыках брусчатого бордового камня, тщательно контролируя нанятых работников. Упаси господь, если эта самая шпилька обломится на обуви самой дочери князя Щербатова!