Колояр. Принцип войны. Том 1 (СИ)
— А дуэли не будет, что ли? — удивился я, и не удержавшись, поцеловал жену чуть выше бровей.
— Зачем тебе драка? — возмутилась Мира, и вырвавшись из моих объятий, встала и отошла к раскрытому гардеробу, чтобы прилипнуть к платьям.
— Я подозреваю, что меня будут прощупывать на слабости, насколько я психологически устойчив, — задумчиво произнес я. — И мне это надо… Надень вот это красное платье в пол. Оно тебе очень идет. Твою фигуру хорошо облегает.
— Ты думаешь? — хмыкнула жена. — А вот такого же фасона, зеленое.
— Или зеленое, — согласился я. — На другие варианты не согласен. Я все сказал.
— Ой, да ладно тебе! — рассмеялась Мирослава. — Господин изъявил свою волю!
— Лучше расскажи мне об Измайлове. Что за тип, его слабые и сильные стороны.
Что ж, иного я не ожидал. Представитель старинного боярского рода, свитский старшего сына Великого Князя, хорошо образованный молодой человек двадцати шести лет, не женат. И не стремится к семейной жизни, получая все удовольствия свободного и завидного жениха. Правда, папаша грозится его окольцевать в следующем году, потому как возраст приличествует для обручения.
Конечно же, Анатолий одаренный дворянин. Измайловы практикуют стихию Воды, и он недавно повысил свою квалификацию до шестого класса. Защитные и атакующие техники в арсенале Анатолия не блещут разнообразием, но они достаточно сильны, чтобы на дуэльных боях одерживать победы. Но в том-то и дело, предупредила меня Мирослава, что вместо молодого Измайлова в дуэли могут участвовать профессиональные бретеры.
— Не понял, — удивился я, когда Мира рассказала об этом факте. — Если бретер выступает против одаренного, значит, у него тоже Дар? Откуда?
— Все наемные дуэлянты, о которых известно, незаконные дети высокородных одаренных, — подтвердила мои догадки жена. — В высший свет им пробиваться тяжело, а те, у кого авантюрная жилка, таким образом закрепляют свое право быть среди аристократов. Вот и подвизаются на дуэлях вместо своих хозяев. Они как бы на службе.
— У Измайлова есть бретер?
Жена снова присела рядышком, тихо вздохнула и потерлась щекой о мое плечо:
— Есть, даже двое. Один из них носит фамилию Лицын, а второго я не знаю.
— Лицын, — я задумался. — Бастард Голицына, что ли?
— Ага, так и есть. Так что будь внимателен. Могут и спровоцировать. Теперь понимаешь, как мне не хочется твоего присутствия у Новицких. Я бы смогла найти оправдание.
— Я пойду вместе со своей женой, — был мой ответ. — Плевать мне на бретеров, на этого вассального хлыща и прочих экземпляров. Надо будет, и к барьеру встану. Как представлю, что тебя будет ощупывать сальным взглядом Измайлов или другие типы — сразу кровь бурлить начинает.
Мирослава расхохоталась. Ей стало приятно, что муж, не колеблясь, и отвергая иные решения, дал свое согласие посетить мероприятие. Еще мелькнула неприятная в своем исполнении мысль столкнуть Колояра с Анатолием Измайловым, чтобы проучить того за наглость, учиненную несколько месяцев назад на свадьбе Павла. По-хорошему, так и должно быть. Намерения Измайлова просты и прямолинейны как императорская трасса из Москвы в Александровскую слободу, где находится Летняя дача царствующей семьи.
Пересилив себя, она отбросила гаденькие мыслишки. Колояр и так ради супруги готов пойти на монолитную стену. Мирослава не сомневалась, что он размажет Измайлова ровным слоем по земле и не поморщится. Только стоит ли мараться и ополчать против себя половину дворянского общества Москвы, да еще связанной с Долгорукими?
Княжна для себя давно решила поддерживать мужа во всем. Пусть и лежит между ними кровь родителей Колояра, пролитая родным дедом Мирославы. Она была проницательной особой и чувствовала, насколько тяжело яру находиться в окружении своих кровников.
Конечно, она не будет рыдать на груди мужа и просить прощения за содеянное. Это было бы неправильно по отношению к Колояру. Мирослава считала, что сумеет удержать его от необдуманных поступков. Желание человека, который делил с нею одну постель, отомстить и взять виру кровью, нисколько ее не пугало. Истинный виновник уже мертв, а отец всего лишь косвенно причастен к событиям в доме Волоцких.
Просто теперь она поняла мотив отца, круто изменившего свое решение выдать замуж младшую дочь за иностранца. И настоявшего на браке с Колояром. Она и была той вирой, которой князь Щербатов — ее родной папенька — расплатился за кровь Волоцких. Впрочем, еще одна причина тщательно скрывалась от родственников ее семьи. Но лежала она в иной плоскости, совершенно не затрагивая внутренних родовых разборок.
Решено. Она окружит его любовью и растопит лед мести в его сердце. Колояр умный мужчина, все понимает. Слишком тяжела ноша для одного человека. Долг чести требует наказания кровников. Но и Мирослава не желает терять своих родных, и найдет компромисс. Обязательно найдет.
— …насчет встречи с Анастасией Окуневой? — мой вопрос вывел княжну из глубокой задумчивости.
Девушка посмотрела, как в камине мягкий и животворный огонь мечется по березовым чурбачкам, потом затуманено взглянула на меня.
— А что не так с Анастасией? — спросила Мирослава. — Она же тебе понравилась. Сам не свой ходил. Обворожила, увлекла?
— Да как-то непонятно, — я задумчиво почесал висок. — Такие девушки становятся украшением великих родов, а ее мне предлагают. Вот и думаю, где подвох. В моем отказе или соглашении?
Мирослава пожала плечами, как будто говоря, что это не ее дело. Решение принимает муж. Но ее пальцы, лежащие на моем колене, вздрогнули.
— Как думаешь, три жены — не перебор? — закинул я удочку. Мне нужно вытащить Миру на откровение, иначе потом придется разгребать такие завалы, что авгиевы конюшни окажутся детским лепетом по сравнению с женским восстанием в доме Волоцких. У Мирославы нелегкий характер, это она сейчас вдали от дома ласковая и тихая, словно спящий вулкан. А когда шарахнет?
— Не торопись с выводами, — внимательно посмотрела на меня Мира, прошивая насквозь взглядом, в котором таилось понимание и хитрые бесята. — Встретишься с девицей Окуневых и сам решишь, достойна ли она нашей семьи. Никто тебя за отказ убивать не будет. Тебя даже на дуэль вызвать не смогут. Не по статусу. Окуневы — мелочь перед тобой. Способны только под ногами мешаться.
Мирослава повернулась ко мне лицом, положила свои изящные ладошки на мои плечи.
— Я могу испортить твою жизнь любым своим решением. Поэтому не хочу советовать что-либо. Как решишь — так и будем жить. Я даже с мирянкой Аликой подружилась, а с этой красоткой и подавно найду общий язык.
— Мирославу Щербатову подменили инопланетяне, — пробормотал я ошарашенно.
— Ты о чем? — промурлыкала княжна, опасно прищурив глаза. — Кто там меня подменил?
Чтобы задушить ненужные расспросы в зародыше, я притянул к себе Миру и запечатал ее губы поцелуем.
* * *«Старая Москва», как мне удалось выяснить, считалась одним из фешенебельных ресторанов столицы, и давно стала магнитом для высокородных дворян, считающих своим долгом посещать только это заведение. Оно славилось прекрасной кухней, вышколенной прислугой, огромным залом и приватными кабинками на любой вкус. Но не только эти атрибуты являлись основой популярности «Старой Москвы». Сюда не брезговала заглядывать даже императорская чета, а их старшие дети так и вовсе были завсегдатаями.
Поэтому ужин с Анастасией Окуневой в таком престижном месте меня насторожил. Я считал, что наш разговор будут точно записывать, чего я категорически не хотел. Не люблю, когда интимные подробности личной жизни становятся достоянием множества людей из системы безопасности. И дело тут не в девушке. Она — товар, который нужно выгодно продать. А я числюсь темной лошадкой, которую на всякий случай решили сразу же приручить к стойлу.
Ну и второй сигнал: ужин спонсирует не отец девушки, и даже не я. Елизаров в конце нашей встречи тихо шепнул, что мы не должны задумываться о стоимости выпитого и съеденного. Если спецслужбы имеют возможность оплачивать чужой банкет из своей кассы — я возражать не буду.