Леди-Бунтарка, или Я всё решу сама! (СИ)

В этот водоворот засосало и меня.
Кто-то ударил с локтя под дых, дернул за волосы, наступил на ногу.
Вдалеке послышался рык.
Кажется, мое сознание сыграло надо мной ужасную шутку. Дикую и такую глупую. Потому что так могли рычать только дикие свободные и опасные монстры. В столице их точно быть не могло.
Не могло ведь?
Туман охватывал рассудок. То, что я видела в небе, никак не могло быть правдой.
На фоне возвышающегося королевского замка, который в лучах заходящего солнца казался темнее, в воздухе зависло две фигуры. Черные, с длинными тонкими шеями, огромными роговыми наростами на голове и недоразвитыми передними лапами, что оказались соединены с крыльями.
Две черные виверны раскрыли пасти, как по команде, и выпустили струи ярко-синего огня, который в мгновение ока превратил стражников на помосте в ледяные скульптуры.
Из живых на нем остался только Рэймонд Риордан. Он казался выше, шире в плечах, сильнее. Намного сильнее, чем я видела и знала его до этого.
Последнее, что я успела рассмотреть перед тем, как рухнуть на камни площади и защитить лицо руками, это то, как мой супруг указал пальцем на людей, а виверны взвыли и кинулись вперед.
Носки ботинок и туфелек больно били по ребрам, рукам, бедрам. Люди спешили убраться подальше с площади, спасти свои жизни. Никто не замечал, не останавливался, когда понимал, что на кого-то наступил.
А я молила Богиню только о том, чтобы все закончилось хорошо.
В какое-то мгновение пинки закончились, рык и хлопки над головой усилились, а горячие руки подхватили меня под лопатки и прижали к чему-то твердому.
– Жива? Цела? – шепот мазнул по макушке, проник по позвоночнику внутрь, согрел сердце. – Спасибо. Но какая же ты дура, Румия.
Я подняла глаза, наткнулась на смеющийся взгляд Рэймонда и даже не обиделась на эти слова.
– Сам дурак. Во что ввязался!
– Да все как обычно. Мифические существа, приключения, государственные перевороты и прекрасные принцессы, которые спасают от смерти.
– То есть для тебя это «обычно»? – добавила я во взгляд суровости, а сама крепче обхватила колдуна за талию, игнорируя боль в ребрах.
За спиной зарычали виверны, пришедшие на помощь. Пришедшие на зов.
Я еще одним взглядом оценила мужчину, которого сейчас обнимала. Которого боялась потерять. Которого любила.
Богиня…
– Спасибо, – голос колдуна эхом разнесся над площадью, которая была усеяна ледяными скульптурами. – Мы в расчете.
Виверны хлопнули крыльями, затрубили и стремглав кинулись ввысь. И только когда они превратились в точки на темнеющем небе, я посмела задать вопрос, который тревожил меня все это время.
Нет, на самом деле, меня тревожило очень много вопросов. Но этот был основополагающим.
– И что мы будем делать дальше?
Вот только ответил мне на него не Рэймонд. Тот даже рта открыть не успел.
– Менять мир, – звонко отозвался кто-то позади.
Мужчина дернулся, прижал меня к себе еще сильнее. А я зашипела от боли, прострелившей ребра. Потом ослабил хватку, позволил повернуться.
За нашими спинами стояла высокая женщина в алых брюках и таком же красном корсете со шнуровкой спереди. Ветер трепал ее короткие светлые волосы. А еще жрица Мельхомы улыбалась.
– Кто ты? – голос королевского охотника прозвучал, как звон металла.
– Та, кто готова уладить все то, что ты натворил, – проговорила она. – Мое имя Фалия. Я всю свою жизнь пробыла правой рукой матушки Хионы, настоятельницы храма. Ныне, увы, покойной. Орден несколько часов назад уничтожил большую часть вольных чародеек. Искал Румию Риордан.
– Почему мы должны довериться тебе? – я встретилась с карими глазами жрицы.
О том, сколько людей погибло за этот день, старалась не думать. Не смотреть на ледяные скульптуры, усеявшие помост и городскую площадь в дворцовом квартале.
– Потому что я была подругой Джоан. Именно я поженила твоих родителей, Румия. Я скрыла от матушки Хионы, что их ребенок родился особенным. Я помогла появиться тебе на свет.
И она не лгала. Говорила чистую правду.
 
– И как же ты собираешься изменить этот мир? – опередил меня Рэймонд.
– О, ты мне очень в этом помог, – с улыбкой отозвалась женщина. – Твои зверушки уничтожили большую часть Ложи Лордов, нескольких колдунов из совета ордена и самого короля. Это хорошая работа, Рэймонд. Ты молодец. Теперь я как представительница Мельхомы на земле смогу своими руками создать новый мир. С чистого листа.
– Твоя власть распространится только на это королевство…
– А разве этого мало? – она улыбнулась. – Вначале изменения в верхушке, потом перемены во взглядах на жизнь и магию. А уже потом и внешняя политика. Уверяю тебя, охотник, вольных чародеек, которые пойдут мне навстречу, намного больше, чем ты думаешь. Позволь мне довершить то, что начали мы с сестрами двадцать лет назад.
– Твой ребенок? – ахнула я.
– Его убили, – тихо произнесла Фалия, не отводя взгляд. – Девятнадцать лет назад я бежала в соседнее государство, думала, что смогу там сделать все, чтобы защитить его и себя. Но не вышло. Его убили. Я вновь бежала. Скиталась. Умирала от горя, голода и холода. Меня нашла Джоан, выходила, помогла подделать документы, пристроила в храм. Я отплатила ей за доброту через год.
Мысли мелькали с устрашающей скоростью, подсовывали разные яркие образы. Подсказывали, чем может закончиться все то, что произошло. Что мы начали. Что я начала.
– Она на самом деле любила твоего отца, – тихо добавила женщина. – Думаю, ты бы хотела это знать. И наделила тебя такой силой не для мести. А чтобы ты была сильнее остальных. Чтобы тебе было проще в этой жизни и в этом мире.
Я смотрела в пространство, представляя двух людей, которых видела только на портретах. А по щекам текли слезы, дыхание перехватывало, где-то под ребрами время от времени отзывалась острая резкая боль.
– Румия? – Рэймонд аккуратно сжал мои плечи. – Что скажешь? Ответа ждут ведь от тебя.
Фалия кивнула, подтверждая слова моего супруга, заложила руки за спину.
А я обвела взглядом площадь, усеянную ледяными глыбами, внутри которых ничего не было. А потом улыбнулась, вспоминая слова лорда Вильгирского.
Он спросил, на что готова дочь изменников и бунтарей. Как оказалось, на многое.
– Глупо отказываться от помощи человека, который в состоянии уладить все то, что мы с тобой сделали, – проговорила я, улыбаясь. – Что же, матушка Фалия, теперь все в твоих руках и власти Мельхомы. Надеюсь только, что меня наконец оставят в покое.
– О, это я тебе могу гарантировать, дочь вольной чародейки Джоан, – улыбка вышла мягкой и обнадеживающей. – Это я тебе могу гарантировать.
– 25 –
Синяки сошли с кожи, ссадины залечились, кости срослись. Не без помощи магии, конечно, но ее было самую чуть. Ровно столько, чтобы просто ускорить действие в два-три раза, чтобы избавить от боли.
Но она была не в состоянии избавить от чувства вины и неуверенности в своих действиях.
Мне не хватало наставника, подруги, матери, старшей сестры. Человека, который мог бы погладить по голове и сказать, что я поступаю верно. Или же наоборот, дать подзатыльника и уверить, что я творю полную ерунду.
Подходило время обеда. Рэймонд попросил слуг накрыть его в личной библиотеке. А это значило, что спустя почти две недели нам придется поговорить и обсудить все произошедшее.
Все это время лорд Риордан почти не появлялся в поместье. Он мотался по столице, выполнял приказы новой настоятельницы храма Мельхомы и приходил только к ночи. Уставший и готовый рухнуть прямо на пороге.
Не скажу, что и мне было легко в эти дни. Да, я не была нагружена делами и заботами. И тем хуже. Ведь мысли то и дело выходили на новый виток, создавали новые надуманные проблемы. Сводили с ума. Я представляла, что было бы, сделай я что-то по-другому. Соверши я иной шаг. Скажи другое слово.
И все время замирала на мысли, которая билась в голове набатом, отравляла кровь.