Малышка для двух братьев (СИ)

Собравшись с мыслями, отталкиваю от себя младшего Солнцева, не веря, что они оба так могли со мной поступить. На какой чёрт, они решили сыграть со мной эту злую шутку? Я что им, легкомысленная девица? Я их друг, брат и… малышка, а они решили вот так со мной! Разве могут они целовать меня так? И главное, зачем? Чтобы разбудить во мне те чувства, что я давно похоронила? Я несколько лет была влюблена в них, но поняв, что мне ничего не светит, ни с тем, ни с другим, похоронила свои чувства. Да, и мальчики не готовы к отношениям серьёзным, а на другие я не согласна. Дима «общается» с различными девушками, меняя их как перчатки, Тёму отношения совсем не заботят.
Девушки у него порой бывают, это я точно знаю, но они долго не задерживаются, в конце называя моего друга бесчувственным.
— Это был мой первый поцелуй, — отвожу глаза в сторону, обидевшись на друзей. — Я хотела его отдать тому, кого полюблю. Своему парню… мужу.
— А нас ты не любишь? — спрашивает Тёма.
— Люблю, конечно, но…
— Ну вот и отлично! Что за возмущения тогда? — вмешивается Дима. — Да и вообще, мы тебе ещё утром сказали, что ты выйдешь за кого-то из нас. За меня, — уверенно заявляет друг. — А мой брат за то, что губы свои куда не нужно тянет… ещё схлопочет! Некрасиво чужую невесту целовать, Тёма! Где твой кодекс чести и благородство? В туалете забыл? Потом поговорим, Тёма… — угрожающе тянет. Нет! Не хочу их очередную ссору непонятно из-за чего! Ведь оба поцеловали меня, и это я с ними ссориться должна, но не буду, потому что если оставлю их сейчас одних, то будет как в прошлый раз: несколько фингалов друг у друга и возможно сломанный нос… у Димы.
— Конечно, мелкий! Конечно! — кривится, а затем обращается ко мне. — Адель, пойдём, я тебе помогу и объясню, что и как решается, — и я соглашаюсь, потому что решить сама не смогу.
— Присоединяюсь, — неожиданно произносит Дима, который в химии соображает точно так же, как и я. Обычно он даёт нам с Тёмой свободно заниматься, так почему решил остаться сейчас? И почему так угрожающе смотрит в сторону брата, пресекая попытки того прикоснуться ко мне, намеренно и даже случайно.
  
Глава 3. Дружба или любовь, вот в чем вопрос…
 
Несколько часов, под руководством Тёмы и Димы, я решаю задания по химии, которые обязательно надо сделать, чтобы получить хорошую оценку. Артём спокойно мне объясняет ту или иную тему и даже кое-где, понимая, что я не вникаю, делает это за меня. Вздыхает, конечно, недовольно, но всё же жалостливый у меня друг. Дима сидит рядом и откровенно смеётся над братом, который пытается объяснить блондинке что-либо. Думаю, если бы не младший Солнцев, то я бы уже ныла от собственного бессилия, но тот, пока брат не видел, копировал Тёмку, и я еле сдерживала смех.
А уже совсем скоро дом моих друзей стал заполняться знакомыми мне людьми. Это были друзья моих мальчиков. Лишь те из них, кто не был против нашей с мальчиками дружбы, и относились ко мне, как к младшей сестре Солнцевых.
Дальше меня ждали подарки: сертификаты в различные магазины, косметика, браслеты, бижутерия, но больше всего мне запомнилось то, что подарили мои настоящие друзья. Тёмка подарил огромную коробку заграничного шоколада, который я просто обожаю.
Притом этот шоколад был в форме собачки, намекая на мою специальность. Дима же подарил красную коробку и не разрешил её открывать, пока я не окажусь дома одна. Загадочность — конёк моего друга. Теперь мне не терпелось приехать домой и узнать, что же в этой коробке, но я дала обещание и вынуждена терпеть.
Решила отвлечься и поспешила к гостям, начав с ними болтать, веселиться, смеяться, танцевать, и чего мы только не делали. Кажется, мои щёки навечно теперь останутся красными. И я больше на улицу не выйду.
— Адель, — зовёт меня Дима и, взяв за руку, тянет на второй этаж, к балкону. Ребята кидают в нашу сторону странные взгляды, словно они знают, зачем друг тащит меня куда-то наверх. А я вообще не догадываюсь.
— Что случилось? — спрашиваю его, когда мы оказываемся на небольшой открытой лоджии.
 
— Ничего такого, — пожимает плечами и рукой указывает на кресла, в одно из которых сразу же садится. Поддавшись его примеру, тоже сажусь, принявшись слушать друга. — В общем… Адель, ты уже большая девочка. Скоро ты отправишься в свою академию, где будут девушки, парни… Тебе захочется отношений, и… ты решишь с кем-то замутить.
— И что с того? Это происходит в жизни каждого человека, — произношу, и в знак поддержки, беру его за руку, понимая, что друг просто волнуется. — Но я тебе обещаю, что не буду торопиться.
— Я не о том, Адель, — тяжёлый вздох. — Скажи, я тебе нравлюсь?
— Ну да, — отвечаю, хохотнув с улыбкой на губах.
— Ты мне тоже, малышка, — признаётся и я, наконец, начинаю осознавать, что именно за разговор сейчас происходит. И просто не могу в это поверить. — В общем, я никогда не шутил, когда говорил о том, что… ты мне нравишься. Не просто как друг.
— Что? Дим, что ты несёшь?! — восклицаю, вскакивая с кресла. — Это глупая шутка! Зачем ты так надо мной шутишь?! Это ужасно так поступать со мной!
— Правду! Я тебе говорю правду! Ты мне нравишься, Адель! Давно нравишься, но я хотел дать тебе время, чтобы ты насладилась детством, но сейчас от одной мысли, что там, в академии, ты познакомишься с кем-то… меня начинает трясти от бешенства, — произносит, а я опускаю глаза, потому что чувствую, что скоро заплачу. — И хочу подарить тебе ещё кое-что.
— Не стоит… — делаю шаг назад.
— Стоит. Я хочу подарить тебе это… — он протягивает мне кулон с птичкой. — Это принадлежало моей маме. Ты знаешь, как много она значила для нас с Тёмой? Я хочу, чтобы этот кулон отныне носила ты, как моя девушка. Понимаешь?
— Дима, это…
— Я не заставляю тебя со мной спать, и сразу же начинать вести себя как моя девушка. Я всего лишь хочу, чтобы мы начали узнавать друг друга больше, чем просто друзья, —
проговаривает, а сам подходит ко мне и вешает на шею свой подарок, который очень много значит для братьев Солнцевых. — Прошу, не снимай его.
— Я знаю тебя, Дим, — устало выдыхаю. — Ни одни твои отношения не длились более трёх месяцев, — отвечаю, притронувшись к своей шее. — Ты не умеешь заводить отношения, а этой «любовью» мы просто испортим дружбу. Ты понимаешь, что я не хочу тебя потерять?
— Адель, ты не потеряешь меня, если примешь моё предложение!
— Дима!
— Адель, я не заводил ни с кем серьёзных отношений, просто понимал, что только с тобой хочу что-то серьёзное. Все эти… мои бывшие… не имеют никакого для меня значения, потому что они не такие, какой я хочу видеть свою девушку, жену и мать моих детей! А вот ты… ты именно то, чего жду от девушек, — приподнимает моё лицо за подбородок и шепчет. — Красивая, милая, женственная, весёлая и… верная.
— Это…
— Просто подумай над моими словами, Адель! — просит он. — Переосмысли всё, что было между нами раньше, и ты поймёшь, что я давно к тебе неровно дышу!
— Я не знаю, — кидаю, и ухожу с балкона, понимая, что ещё минута, и я разревусь прямо перед другом.
  
Глава 4. Почему не он?
 
— Адель, всё в порядке? — спрашивает меня Тёма, сев рядом. — Ты какая-то грустная? А так нельзя! У тебя сегодня день рождения! — одаривает меня улыбкой.
— Да, так, — вру, решив скрыть от брата Димы правду. — Просто взгрустнулось немного.
— А ну, посмотри на меня, — просит, прищурив глаза, и я медленно разворачиваюсь к нему, натянув улыбку. Самую широкую из имеющихся в моём арсенале, но она не обманет моего друга, который знает меня как облупленную.
 
— И чего мы плакали? — сразу же задаёт вопрос, хотя мне кажется, уже нельзя определить плакала я или нет. — Кто обидел мою малышку? Кому накостылять?
— Никто, Тём… — бурчу. — Просто настроение такое. Поняла, что постарела и…
— Ясно! — прерывает меня. — Пойдём, прогуляемся, и ты расскажешь, кто этот никто, и что он натворил.