Хамелеон и Бабочка (СИ)

Пусть это будет длиться несколько дней, может месяц, но это будет фейерверк, прыжок с тарзанки и погружение на глубину. Это будет Максим.
Она сделала выбор.
13.2. Открытка "Подъезд"
Максим весь день караулил телефон, ждал звонка или сообщения от Зои. Но пока его тревожили только друзья и один раз Юзефовна насчёт блюда дня. Максим отвечал нервно и торопливо, не хотел упустить Зойкин звонок. Для себя он всё решил. Завтра же заберёт её у Антона, а пока дал ей время всё обдумать и принять решение без давления с его стороны.
После обеда он сорвался к бабуле. Димон обожал поездки в машине. Высунувшись из окна, ловил открытой пастью ветер и от удовольствия заливался лаем.
Максим смотрел на его беззаботную радость немного с завистью. После разговора с Диной на душе всё ещё скреблись кошки. И вроде всё закончилось спокойно, без скандала, но остался неприятный осадок.
Дина ушла по-королевски. О таком расставании, наверное, можно только мечтать. Вчера после празднования в «Рогалике» она ни слова не сказала о Зое, похвалила их дружный коллектив и традицию отмечать дни рождения весело и шумно. Приняла душ и легла спать. Ни слёз, ни упрёков, ни туманных намёков на измену.
Когда он проснулся, она собрала больше половины вещей, ждала, когда он встанет, чтобы проредить гардероб. Максим оказался не готов к такому расставанию. В её молчаливой сдержанной обиде было столько грации и достоинства, что он невольно залюбовался Диной. Она сделала макияж, уложила волосы и надела сарафан, в котором постоянно получала комплименты. Максим восхищался ею и не мог поверить, что прощается с такой девушкой. Видимо, у него серьёзные проблемы с головой.
На завтрак она снова приготовила блины, и он смог похвалить их не кривя душой. Налив в чашки кофе, одну подвинула к Максиму и села напротив.
— Всё, что смогу перевезу сегодня. Но позже. За один раз не увезу. Сейчас нужно бежать в салон. День очень загруженный, женщины готовятся к летним отпускам. Постараюсь вечером, в крайнем случае, завтра утром.
Максим сделал глоток кофе.
— У меня есть машина. Могу помочь.
Дина склонила голову к плечу.
— Ты хочешь увидеться с моими родителями?
Он качнул головой. Одно дело расставаться с девушкой, расставаться с родителями девушки, пожалуй, хуже.
— Блины вкусные, — искренне похвалил Максим.
— Спасибо. Теперь верю.
Дина повернулась к окну, и Максим отметил, что, несмотря на сдержанное спокойствие, веки у неё слегка припухшие и красные. Всё-таки она плакала. Он и не слышал, Дина не позволила. Придётся и сейчас сделать вид, что он это не заметил.
— Какая ты красивая.
— Макс, не надо, — резко оборвала Дина.
Он смотрел на Дину несколько секунд, перебирал в голове заготовленные оправдания, но ни одно не подходило под её поведение.
Дина заметила его колебания и горько усмехнулась.
— Я знаю, что дело не во мне. Не в Кате, не в Наташе и не в этой, как её, Зое. Дело в тебе. Это ты хотел сказать?
Максим кивнул и присмотрелся к Дине. От наивной девочки не осталось и следа. Красивая, умная, самодостаточная женщина.
Дина вылила остатки кофе в раковину, сполоснула чашку.
— Дело действительно в тебе, Максим. Ты никогда не будешь хранить верность. Я это понимала и думала, смирюсь. Оказалось, нет. Не могу. Подбирать объедки с чужого стола. Не согласна. И вообще это противно как-то. Нечистоплотно.
В кухню заглянул Димон, Дина бросила на него один взгляд, и он тут же исчез за дверью. Домовой и не пытался пробраться на родину холодильника, смирился, что кухня — запретная зона.
Дина взяла сумку и вышла в коридор.
— Ключи завтра отдам. Кстати, когда выгуливала Димона, увидела в ящике открытку. Кто тебе их постоянно шлёт?
Максим не ответил, прислушался к себе и с опозданием распознал нервно-дурманящее состояние. Значит, сегодня это открытка, а не Зойка.
Когда Дина шла через двор к машине, Максим смотрел на неё в окно, любуясь стройной фигурой и высоко поднятой головой. Даже если бы он задумал вдруг её вернуть, она бы не позволила.
 
Задание на открытке оказалось не сложным. Не дать старшекласснику сегодня утром попасть в школу. Там ему предстояло очутиться под градом насмешек и пережить унижение. Перечитав адрес, Максим засунул открытку в карман и отправился вершить судьбу. Как обычно долго не раздумывал, решил действовать по обстоятельствам. Он просидел в машине почти двадцать минут, ожидая «часа икс», и направился к подъезду. На первом этаже дорогу ему преградила женщина с двумя вёдрами и длинной хищной, как коса, шваброй.
Максим виновато улыбнулся.
— Доброе утро. Ой, наслежу я сейчас, извините. Я тут с краю пройду.
— Да ничё, иди-иди. Аккуратней только, не поскользнись, полы еще мокрые.
Максим бросил взгляд на часы и одновременно услышал шаги на лестнице. Через пару минут показался и тот, кого следовало задержать: отутюженный, опрятный юноша в рубашке, застёгнутой под самое горло. Во времена школы Максим и сам бы к такому пристал, как минимум научил бы курить и растрепал прилизанную причёску.
Увидев Максима, парень приостановился и удивлённо сощурился. Лицо показалось знакомым, но он не смог вспомнить, где его видел. А вот Максим смог, опознал в образе отличника подопечного Зойки, который изливал душу на тренировке, этому парню следовало повредить руку, но Максим отвлёкся на Зойку и вмешался Кирилл. Он даже имя его вспомнил — Сергей.
Максим проводил старшеклассника взглядом, позволил спуститься ниже инвентаря уборщицы, толкнул ведро с мутной водой. Грязная жижа выплеснулась на ступеньки и забрызгала брюки Сергея, попало даже на белую рубашку. Досталось и женщине, но возмутиться она не успела. Максим кинулся к ведру.
— Простите, ради Бога. Я нечаянно. Я сейчас всё уберу.
Он выхватил швабру и принялся промокать воду.
Сергей застыл с выпученными глазами, словно и не понял что произошло. Осмотрел одежду спереди, оглянулся, оценил масштаб катастрофы полностью. Судя по ощущениям, влажными салфетками ситуацию не спасти. Мокрые насквозь брюки неприятно липли к ногам, а рубашка — к спине.
Сергей протяжно и длинно вздохнул, опустил руки.
— Я опоздаю в школу.
Максим отвлёкся от вытирания пола.
— Давай я заплачу за химчистку? Неудобно ужасно. Я ещё и адресом ошибся, вообще не сюда шёл.
Женщина с ведром многозначительно кивнула.
— А вдруг это судьба, Серёж? Может не надо тебе сегодня в школу?
— Баб Тань, что вы выдумываете. Какая судьба, — он повернулся к Максиму. — Не нужно в химчистку, я сам постираю. Только в школу точно теперь не успею.
Сергей вернулся в квартиру, а Максим продолжил собирать разлитую воду. Прилежно и тщательно вымыл полы и только потом вернул тряпку. Баба Таня поглядывала на него, собирая веником паутину. Когда он вручил ей ведро, снова повторила:
— Это явно происки судьбы. С чего бы ты вообще тут оказался?
Максим широко улыбнулся.
— Всё может быть. Хорошего вам дня, Татьяна. Простите, что насвинячил тут.
— Так ты ж сам и убрал. Хорошо, кстати, убрал.
Максим опустил рукава и заправил за ремень выскочивший край рубашки.
— Спасибо, я старался.
В этот раз ощущение выполненного задания накрыло Максима полноценной волной. Он всё сделал правильно. У этого состояния было что-то схожее с вечерней усталостью после насыщенного приятного дня. Как бывает в отпуске, когда вроде бездельничаешь, но все равно требуется отдых от отдыха.
Он и подумать не мог, что позже Сергей пойдёт в парк и там всё равно встретится со своими одноклассниками.
Вернувшись в квартиру, Максим широко открыл двери и залихватски свистнул.
 
— Димон, хорошие новости. Едем к бабушке.
Поездку Максим придумал спонтанно, решил, что так будет лучше. Не придётся встречаться с Диной, когда она приедет за вещами, скоротает день в ожидании звонка Зои, да и бабулю он давно не видел, соскучился.
Мария Павловна обрадовалась, вышла встречать, как только услышала шум мотора. Она потрепала Димона по загривку, увидев, что Дина не приехала, устроила допрос.