Поцелуй льда и снега

– Что вы, грязные земельцы, хотите от нее? – злобно спрашивает Леандр.
Но вместо того, чтобы молить о пощаде, земельцы снова пытаются напасть на Леандра. Будто следуя невидимому знаку, эти двое вскакивают. Я хочу крикнуть ему, но он уже реагирует. На мгновение прищуривается, будто ему не нравится то, что последует дальше, но я не вижу никаких колебаний в его движениях. Достаточно одного аккуратного удара, чтобы ранить двоих противников так, что они валятся на землю и больше не шевелятся.
Леандр – единственный боец, который все еще на ногах. Я с облегчением выдыхаю, так как задержала дыхание до этого, и только сейчас понимаю, что все это время дрожала. Он вздрагивает тоже, и в этот момент напряжение борьбы спадает с него. Его плечи быстро поднимаются и опускаются от напряжения, и он вонзает меч в мягкую лесную почву, прежде чем наклониться, чтобы перевести дыхание.
Он в порядке. Похоже, не пострадал. Просто запыхался, потому что сражался с четырьмя земельцами.
Я бы не выстояла и против одного. Но наблюдать за тем, как Леандр в одиночку сражается с несколькими противниками, было опьяняюще. Хотя я и беспокоилась о нем, но могла бы наблюдать за этим зрелищем снова и снова, и мне не было бы скучно. Его движения казались безупречными – не слишком резкими, но настолько точными, что в большем не было необходимости. Никаких колебаний. Воистину, он тот самый рыцарь, о котором я читала в отчетах.
Я бросаюсь к нему, желая увериться, что он действительно в порядке, как вдруг в нескольких шагах от меня из тени деревьев выходит еще один земелец и бросается на Леандра с обнаженным топором.
Я не задумываюсь. Вижу, что Леандру понадобится слишком много времени, чтобы снова вытащить меч и защититься. Я с бешеной решимостью хватаюсь за рукоять кинжала, бросаюсь вперед и достигаю земельца прежде, чем он заметил меня в кустах. Его внимание приковано только к Леандру, который все еще стоит к нему спиной. Если я ничего не сделаю сейчас, он может пострадать.
Мысленно повторяю точные движения Леандра и вчерашнюю тренировку. Вероятно, у меня осталось меньше секунды, но я нахожу именно ту информацию, которая мне нужна.
Оказавшись позади земельца, я прыгаю ему на спину и без колебания вонзаю кинжал в шею сбоку.
  
Глава 11
 
Леандр
 
Проклятье, они меня удивили. Как долго они нас преследуют? Наверное, со вчерашнего дня. Раньше я бы это заметил, но я слишком часто отвлекался. Как эти грязные земельцы смеют так далеко вторгаться на нашу территорию? Сколько раз нам еще придется наносить им сокрушительные удары, пока они, наконец, не оставят нас в покое?
Я утираю пот со лба. Сейчас это не важно. Мне нужно быстро отдышаться, а потом я проверю, как там Давина. Если сейчас сорвусь с места, то окажусь…
Позади меня раздается крик, пронзающий меня насквозь. Я оборачиваюсь, хватаю меч, поворачиваюсь и готовлюсь к новому нападению. Каждое движение отточено; я выполнял это бессчетное количество раз. Еще один противник меня не сломит.
Но до поединка дело не доходит. Вместо этого я смотрю в широко раскрытый рот земельца, из его горла брызжет фонтан крови. Меня словно парализует, потому что понятия не имею, что происходит. Только потом я различаю миниатюрную фигуру Давины за всей этой кровью. Но что она делает?..
Мне требуется слишком много времени, чтобы отреагировать. Рывком земелец освобождается от оружия, которое застряло у него в горле, но, похоже, не причинило особого вреда. С кряхтением он прижимает руку к ране и поворачивается к девушке. Она делает шаг от него, широко раскрыв от ужаса глаза. Но прежде чем земелец успевает даже поднять на нее руку, я протыкаю его сзади мечом. Почти до самой рукояти вгоняю в него клинок, пока противник бесшумно не обмякает.
Убедившись, что он больше не представляет опасности, я опускаю меч и, спотыкаясь о лежащего на земле земельца, направляюсь к Давине, которая стоит как вкопанная. Волосы и рубашка прилипли к ее мокрому телу. Я вижу дрожь, охватившую ее.
 
– Ви, – шепчу я, осторожно приближаясь к ней, чтобы не напугать еще больше. – Ты в порядке?
Ее глаза, широко раскрытые от шока, прикованы к лежащему на земле врагу, будто она не может понять, что только что произошло. Ничего удивительного. Я, наверное, выглядел так же после первого боя.
– Ви, – снова шепчу я, обращаясь к ней. Когда кладу ладонь ей на щеку, она на мгновение вздрагивает, словно только сейчас замечает меня. Но она не отстраняется и наконец сосредотачивает взгляд на мне. – Ты ранена? Пожалуйста, скажи мне, что с тобой все в порядке.
Ее взгляд снова устремляется в сторону, поэтому я касаюсь второй рукой ее щеки и мягко заставляю ее смотреть на меня, а не на убитых замельцев.
– Леандр, – тихо хрипит она. – Я… Я хотела… я…
– Ты не убивала его, – говорю я твердым голосом, не отводя от нее глаз. – Это сделал я. Но ты только что спасла нам обоим жизни. – Я заставляю себя слегка улыбнуться. – Я так тобой горжусь. Без твоего вмешательства я бы сейчас, наверное, тоже лежал мертвым на холодной земле. Я все еще стою здесь только потому, что ты была достаточно храброй, чтобы вмешаться.
Паника слегка утихает в ее взгляде, но она все еще дрожит и стучит зубами. Я издаю резкий свист, и Элора рысью выбегает из своего укрытия. Я быстро хватаю плащ, перекинутый через седло, и заворачиваю в него Давину. Затем поднимаю ее. Она кажется такой хрупкой, что я боюсь раздавить ее своим прикосновением. Она все еще дрожит, но не так сильно, как до этого.
– Все хорошо, – шепчу я несколько раз, потому что не знаю, что еще сказать, как успокоить и выдернуть ее из этого состояния.
Добравшись до источника, я осторожно опускаю ее на камни на берегу. Ее кожа, запачканная кровью, бледнее обычного.
– Ты должна сказать, не ранена ли, – мягко прошу я, опустившись перед ней на колени. Я приподнимаю ее подбородок, чтобы она снова посмотрела на меня, а не на кровь. Я могу только надеяться, что это не ее.
Она нерешительно качает головой.
– Их здесь… не было. Я услышала, что ты зовешь меня. А потом был шум боя… Я бежала… И не думала.
Я облегченно вздыхаю.
– Все будет хорошо, – повторяю я, убирая с ее лица несколько прядей. – Я боялся, что они найдут тебя первой. Что… еще один отряд проберется через кусты и найдет тебя раньше, чем я… Я хотел добраться до тебя, но они преградили мне путь. Только когда один из них спросил, где ледяная девушка, понял, что они еще не нашли тебя.
И я был так рад, что едва мог дышать. Однако я скрываю это от нее. Когда она все еще не отвечает, я отрываю кусок ткани от рубашки и окунаю его в горячий источник. Аккуратно смываю уже подсохшую кровь. Сначала очищаю ее ладони, которые запачкались сильнее всего, затем руки и, наконец, лицо. Осторожно беру за подбородок и поворачиваю ее голову, чтобы не пропустить ничего. Я чувствую, как ее глаза следят за каждым моим движением, и я бесконечно благодарен, что она медленно приходит в норму. И не сопротивляется мне. Не знаю, что бы я тогда делал.
Когда я смотрю ей в глаза, они почти такие же ясные и яркие, как и до нападения.
– Ты не сделала ничего плохого, – бормочу я, вытирая кровь у уголка ее рта. Почему мои пальцы сейчас дрожат? – Они напали на нас. Если бы мы не защищались, то были мертвы или они бы нас похитили.
Она издает тихий звук, который я истолковываю как одобрение.
– Я говорил тебе не целиться в шею, – замечаю я, борясь с упрямыми брызгами крови на ее щеке. – Как я смогу когда-нибудь тебя отмыть?
– Теперь я понимаю… что ты имел в виду под «хаосом», – хрипло выдыхает она.
Огромный камень падает у меня с сердца, потому что она наконец заговорила полными предложениями и, по крайней мере, немного поддалась на мои слабые насмешки.
– Что… что с тобой? – спрашивает она. – Ты… ранен?
Ее взгляд скользит по мне. Конечно, я тоже с головы до ног залит чужой кровью, но об этом я позабочусь позже.