Не буди во мне Драконшу! (СИ)
— Любишь пошленькое? — раздалось вкрадчивое у меня над ухом.
Вздрогнула, оборачиваясь:
— Это в порядке вещей у вас, так стены украшать? Или тут был дом разврата? — выгнула я бровь.
— Понятия не имею, — удалось Демиану поразить меня. — Я в Дикой Пустоши впервые за всю свою бесконечно-долгую жизни. Как и ты, куколка.
— Объяснишь, что за «куколка»? — поймала я момент.
— Так называют человечек, которые как раз вот этим вот всем и зарабатывают себе на кусок... драгоценностей. Не плохо в общем так зарабатывают. Темные — народ щедрый, хоть и чрезмерно требовательный в этом плане, — многозначительно ухмыльнулся он, расписывая неприличную профессию местных “кукол”.
В принципе нечто подобное я и предполагала. Прикрыла веки, восстанавливая разбушевавшиеся от обиды нервы. Демоны не стоят того, чтобы на них так реагировать. Даже на подобное грязное словечко, которое даже близко не имеет ко мне отношения! Что с них взять, с этих... темных?
Так, а что там касательно заброшенного города?
Почему из этого типа нужно все клешнями вытягивать?! Все по чайной ложечке и вразброску! Собирай потом в мозгах головоломку из этих крох информации часами...
— Не-не, клешни и всякое такое я не практикую, — комично замахал руками Демиан, отступая. — Ты с этим со всем в другие места утех давай, — помахал он куда-то в строну, торопливо шевеля пальчиками — словно отгоняя меня-развратную прочь.
И зашагал дальше в проход, погруженный в таинственный сумрак, смешно оглядываясь на меня, якобы с опаской.
Глава 5. Знакомство с новым миром
Покачала головой, окликнув его:
— Ты куда собрался? Там же темно.
— А здесь глубоко и голодно, — возразили мне. — Ты летать умеешь? — ткнул он пальцем в направлении дыры на потолке.
— Нет, — досадливо покачала я головой.
— Вот и я уже... Я тоже — нет, — осекся он, — так что, вперед! Навстречу неизведанному.
Из чего я сделала еще один полезный вывод — он раньше летал! Почему про эту физиологическую особенность демонов у нас молчали? Наверное, потому что у нас вообще напряженка с полетом, — ответила самой себе, — даже птиц и бабочек не водится. Хотя мы знаем об их существовании из биофауны древнего мира, а также теперь других измерений.
— Так-так, а отсюда поподробнее, — выгнул Темный бровь. — Ты же что-то про яйца болтала.
Странно. Вроде вижу, что темновато кругом, но ВИЖУ! — отметила я между прочим еще одну любопытность.
— Так их еще и рептилии откладывают. Премиленькие овальные яйца со скорлупками! — просветила я невежду. — Это у вас тут бедные ящерки вымерли, очевидно, не выдержав вашего невыносимого характера. А у нас они целёхонькие, — в который раз почувствовала я, что перепалка с Демианом меня даже веселит.
— Зато вы несчастных птичек до смерти доконали, — не остался демон в долгу.
— Пернатые сами виноваты, кто их летать просил? Наша атмосфера истребляет все, что находится в свободном полете выше определенной точки над уровнем земли. А рептилии — умнички, выжили! Вот оттуда и выражения устоявшиеся: «яйценосно красиво!», «яйценосно сложно», «яйценосно испугаться» — снести яйцо с перепугу! — улыбнулась я. — У вас так не говорят? Однако птицы же есть, как нам говорили. Могли бы и вы додуматься до таких же прикольных фразочек. Но да, жаль, что у нас птицы не водятся. Говорят, какое-то древнее проклятье изменило физику биополей. Не то мор, который унес всю летающую живность.
— И что, правда, только ползуны пресмыкающиеся остались? — хмыкнул он.
— У нас это слово под запретом! — передернуло меня от грязного словечка.
— Какое? — изумился Демиан. — Пресмык...
— Хватит! — с отвращением прервала я его. — Это уже точно не смешно. Мало этих твоих “куколок” и прочих гадостей!
— Ла-а-дно, — поднял он руки, словно сдаваясь. — Спокойно, Огонек, спокойно. Будем знать. Это слово табу, — неожиданно легко согласился демон.
Но мне не понравился его проницательный прищур. Не знаю, чего он там себе вообразил, но что-то во взгляде Темного меня напрягло.
Передернула плечами, отгоняя неприятный осадок.
Так, Демиан мне должен за потраченные нервы и за рассказ о птицах и яйцах.
— Должен, я понял уже, — усмехнулся он. — Не удивляйся. Тут ты транслируешь мысли особенно четко. Одни клещи в моих мозгах чего стоили! — состроил он напуганную мину, разрядив тем самым обстановку и вызвав вновь добродушную улыбку на моем лице. — Итак, доклад для Вашего Огничества, пойдем по порядку. «Демонами» мы не называемся из-за таких же вот проклятий и легенд древности, как у вас. Давным давно, еще во времена Истинных пар, жил да был какой-то наш король. Который кому-то неудачно дорогу перешел, ну или на хвост не тому дракону наступил. И в результате принялись пресмы... рептилии нас усердно истреблять. А мы не будь дураками, слили втихаря своего упертого короля со всеми наследниками...
— Врагам? Драконам? — обескураженно спросила я.
— Да нет — хуже, — шокировали меня. — Эльфам из Светлого мира. Но там длинная история. Светлые убийцы потом вконец обнаглели и полезли к нашим союзникам — то есть в измерение Вервольфов, порабощать всех подряд: людей, Оборотней, Болотных жителей между делом... Этим самовлюбленным красавцам вообще в кайф было всех под ноги себе побросать. Кстати, словечко это неназываемое о рептилиях, от которого ты пылать начинаешь гневом, тоже они придумали. Так что им только Врата в какой-то мир чуток приоткрой!.. — посетовал демон. — Они тут сразу попытались свои законы установить. Хорошо, хоть заносчивых и упрямых дракош отсюда вычистили, не оставив даже мелкой ящерицы во избежание повторения истории. А то подросли бы и головы нам по-любому пооткусывали. Драконы были народом упорным. Они бы нашли способ переродиться. А так мы поплатились за деяния своего горе-короля только потерей имени расы и выжиганием этих мест.
— Всего-то? — фыркнула я насмешливо. — Мы всю планету потеряли из-за амбиций последнего правительства, — криво улыбнулась, вспомнив свою собственную боль. — Так Дикая Пустошь когда-то была плодородной? — поспешила вернуться к настоящему, не дав мучительным воспоминаниям изгрызть сердце в кровь. — И что было дальше? — а затем постепенно я и вовсе увлеклась неизвестной мне до сих пор историей, уже без особого страха и настороженности продвигаясь за Демианом по извилистым, темным коридорам.
— Дальше? А дальше мы зареклись на трон прямолинейных мужиков сажать. И проголосовали за коронацию Королевы-вдовы, — продолжил он свое повествование. Только возвысить-то ее возвысили, а теперь вот спустить обратно ее дочурок никак не можем. Все наглее и истеричнее дамочки рождаются с правами на трон, — сжал он зубы. — Чуть что не так, и ты уже в Пустоши какой-нибудь всеми заброшенной. Без магии, без крыльев и с полным отсутствием карты дорог, Бова ее в хвост! — не сдержался демон, выдавая все больше любопытных подробностей, своего очевидного изгнания в результате конфликта с ныне царствующей особой. — Что там еще для тебя неясного было? Ах да, почему Темными называемся? Так, “демоны” — это же словечко из языка первородных. Когда разделения четкого не было на расы. А после на том языке в основном ящеры и эльфы изъяснялись, а мы надменно придумали свои термины. И к тому же слово “демон”, как ты и сама сказала, особого доверия не вызывает. Уж скорее, тихий ужас. Который нам может очень помешать в ведении дел с параллельными реальностями, — завершил он свои пояснения.
— У вас налажена торговля с другими мирами? — восхитилась я.
Мы проходили между нескончаемыми рядами мраморных статуй неизвестных полководцев, красавиц, ораторов с пергаментами и даже их слуг с опахалами.
— Угу, — вытянул губы трубочкой Демиан, явно избегая давать прямой ответ на вопрос о торговле.
— То есть ты не про бизнес говорил? — осведомилась у Темного, что-то выискивающего на нижней части повстречавшейся нам отдельно стоявшего памятника какому-то повелителю с царственным венком на голове.