Ты будешь мой (СИ)

Ещё никогда я не была так рада его видеть.
— Арин? Ты в порядке?
Бросаюсь ему на шею и только сейчас замечаю, что плачу. Марк обнимает меня, встаёт — и ставит на ноги. Я почти сразу падаю на кровать и смотрю, как Марк оглядывается, замечает маму. Очередная молния странно искажает его лицо — но то, что он делает потом, ещё страшнее. Марк наклоняется, спокойно выдёргивает из маминой шеи нож и идёт к фэйри.
В последний момент я кричу: «Не надо!»
Марк замирает, бросает на меня странный взгляд и изменившимся голосом говорит:
— Он напал на тебя.
Да…
— Нет, — выдыхаю я. Лучше всё объясню потом — и городской страже. Не Марку — я не хочу видеть, как он будет убивать беззащитного фэйри. Как те выпускники Академии на арене. — Это… недоразумение.
Брови Марка поднимаются, и я отвожу взгляд.
— Оставь его. Пожалуйста. Там… там, у тебя за спиной… позови стражу.
— Стражу? — повторяет Марк. Внимательно осматривает комнату, лежащего под ним фэйри. — Этот зверёк хотел похитить тебя? Увезти в Гленну?
Я быстро киваю — мой взгляд утыкается в занесённый над фэйри нож. С лезвия тонкими струйками течёт чёрная в темноте кровь.
— Марк… стража…
— Арин, какая стража?! — оглушает меня Марк. — Ты хочешь умереть? Познакомиться с застенками Туманной башни? Точно? Как ты будешь объяснять дознавателям, что твой зверёк не исполнял твой приказ?
Я ошеломлённо молчу. Не знаю — но разве нельзя доказать такие вещи магией? Или… Но это же не был мой приказ! Я же…
— Арин, нужно торопиться, — бросает Марк, опуская нож. — Когда гроза уйдёт, опустится туман. Тогда бежать будет поздно.
— Бежать? — шепчу я.
— Да, — теперь уже Марк, а не фэйри роется в моём шкафу. Вижу, как отправляются в мешок мои шерстяные синие юбки, за ними — янтарная заколка, шарфы. — Я спрячу тебя, поговорю с отцом — и мы решим, как быть. Обещаю: через полгода ты вернёшься домой свободной дамой.
— Дамой? — у меня в голове не укладывается, и Марк, словно понимая это, оставляет одежду, подходит ко мне.
— Арин, любимая. Доверься мне. Хорошо? — его руки обнимают мои. — Я не дам тебя в обиду. Я не позволю никому тебе навредить. Понимаешь?
— Да.
Туман в голове сгущается — я чувствую себя очень слабой. Слабеньким мокрым мышонком, которого убаюкали и пообещали сыр. Марк любит меня и действительно сделает для меня всё. Мама ему верила. У него влиятельная семья. С ним я в безопасности.
— Спасибо, — выдыхаю я, глядя, как Марк собирает мои сорочки, заколки и зачем-то — книги.
Гроза за окном стихает. Грома уже почти неслышно. Только дождь барабанит по подоконнику, очень знакомо и спокойно.
— Хочешь взять зверька с собой? — интересуется Марк, мельком глянув на фэйри.
— Да, — выдыхаю я. — Марк, куда мы…
— Ну конечно, ко мне, — усмехается юноша. — А куда, ты думала, я тебя потащу? У меня дома ты будешь в полной безопасности.
Да… Я смотрю, как чётко и спокойно Марк чертит круг переноса, в голове снова туман — на этот раз облегчения. И тихий вопрос бьётся за ним, но я стараюсь не думать. Марк мне поможет. Мне нужна помощь. Сейчас.
— Вот так. Арин, иди сюда, — зовёт Марк, втаскивая в круг так и не пришедшего в себя фэйри. — Закрой глаза.
Я делаю, как он говорит. Слушаюсь. Я привыкла. Я слушалась маму, теперь за меня отвечает Марк. Это нормально. Но странное чувство тревоги усиливается с каждым мгновением, и жемчужина на браслете снова нагревается.
Линии круга вспыхивают холодным синим, и я торопливо закрываю глаза. В ушах визжат и стонут камни. И дышит что-то громадное, как гленское чудовище, наполненное водой. Мне бы испугаться, но почему-то это совсем не страшно.
Или я просто не успеваю бояться.
Мы оказываемся не в доме Марка — это точно. Это вообще не дом — освещённая звёздами поляна, круглая, как плошка, и усеянная куцыми ёлочками по ободку. Я моргаю, делаю шаг, поскальзываюсь и, потеряв равновесие, падаю на землю. Она влажная и терпко пахнет дождём.
Где-то неподалёку и будто бы под нами перестукивают молотки. Бух-бух, тук-тик-тук. И снова: бух-бух…
 
Вистер, город мастеров, город ювелиров — даже не город, а подземелья неподалёку от Битэга. Я ни разу не была здесь, но каждый дугэлец знает: когда молоточки поют, а земля мелко вздрагивает им в унисон — это трудятся ювелиры Вистера, обрабатывая самоцветы или вырезая на синих камнях руны. Слава Дугэла и гордость: стать подмастерье в Вистере так же почётно, как поступить в Военную Академию.
Но что-то мне не кажется, что Марк изменил планы на будущее и решил так интересно ими со мной поделиться.
— Марк? — шепчу я, пытаясь встать.
Он тоже озирается — но совершенно не как я, растерянно и ошеломлённо. Ищуще.
— Ты опоздал, дугэлец, — тихий, словно шелест листвы, голос заставляет вздрогнуть. Я оборачиваюсь и почти сразу встречаюсь взглядом с фэйри, с ног до головы украшенным татуировками.
— И о русалке не было уговора, — фэйри спокойно смотрит на меня. — Ты не говорил, что возьмёшь её с собой.
— Ваш проход её не пропустит? — в голосе Марка совершенно нет удивления, только тщательно скрытая досада.
— Пропустит, но цена увеличивается, — в тон ему отвечает фэйри. — Проведи нас в Битэг снова. В замок.
— А в королевскую опочивальню вы не хотите? — фыркает Марк. — Не моя вина, что вы не сумели прикончить эту сучку. Ведите теперь к своему проходу. Как уговаривались.
— Заплатишь за русалку…
— Ты на моей земле, зелёный, тебе не кажется: что торговаться сейчас не время?
Фэйри пожимает плечами.
— Уйти мы можем и без тебя, дугэлец.
Марк кусает губу и опускает глаза.
— Ну хорошо. Рубины вас устроят?
Фэйри смотрит на него задумчиво.
— Покажи.
Марк прячет руку под плащ. Фэйри подходит к нему — и бесшумно падает сначала на колени, потом на бок. Я смотрю в его пустеющие янтарные глаза, и меня трясёт.
Свистят стрелы. Контур переноса вспыхивает синим, потом земля вздрагивает, взвизгивают камни — и наступает тишина.
Я поднимаю голову и утыкаюсь взглядом в полузакопанную троицу фэйри — наружу из-под земли торчат только головы и руки. Во рту тотчас появляется гадкий привкус, живот сводит.
— Идём, — Марк хватает меня за плечо.
Я отшатываюсь.
— Арин, идём со мной.
— Что ты сделал?
— То, что должен был, — спокойно отвечает он. И настойчиво повторяет: — Арин, идём со мной. У нас мало времени.
Какая-то часть меня по привычке желает послушаться. Но сейчас она задавлена страхом — и я мотаю головой, отступаю. Ловлю взгляд Марка — спокойный, будто не он только что убил и закопал фэйри, используя заклинания, которым учат в академии.
Голову пронзает неясная догадка, оформившаяся во вполне понятную мысль: Марк опасен.
Я пячусь, потом поворачиваюсь спиной. Бегу.
Марк настигает меня на краю поляны. Валит на землю, вдавливает в грязь. Я чувствую его руки под моим плащом.
— Я хотел с тобой по-хорошему, морская девка, но ты упрямая.
— Марк, ты чего?! — дрожащим голосом восклицаю я, отбиваюсь, но он быстро заламывает мне руки. — Пусти, мне больно!
— А знаешь, — шепчет он, приникнув, задавив своим весом. — В тебе есть всё, что мне в девках нравится. Ты тупа и красива. Даже если не обстоятельства, я бы тебя за одно это забрал.
— Марк! Что ты делаешь?! — я пытаюсь кричать, но только мычу в его руку, когда он закрывает мне рот.
— А ты ещё не поняла, рыбонька? — шипит он, раздвигая мне ноги коленом и задирая подол сорочки. — Коронованная сучка мне жизни здесь не даст — зато твои хвостатые родители будут рады спасённой дочке и её супругу. Если ты ещё и родишь к тому времени, будет вообще великолепно. Лежать!
Я пытаюсь укусить, и Марк с оттяжкой бьёт меня по лицу.
— Давай, русалочка, будь ласковой рыбкой, — он заглядывает мне в глаза и усмехается. — А ты как думала: принцы, сказки? Будешь лежать смирно, рыбонька, глядишь, и я буду нежен, — смеётся он, и, когда я пытаюсь свести ноги, бьёт меня в живот. — Всегда было интересно, у русалок то же, что у других девок…