Зимняя война (СИ)
Одним словом, дело было так.
Надо отдать должное Пилсудскому и вообще полякам. Всего за пятнадцать лет они сумели создать вполне себе процветающее государство. Созданный в 1924 году Банк Польши к началу Второй мировой накопил 95 тонн ценностей стоимостью около 87 миллионов тогдашних долларов США. Около 20 тонн резерва было депонировано за рубежом – в основном во Франции, Англии, Швейцарии и США. Но те далёкие деньги нас не интересуют. А что с теми произошло, что на 1 сентября 1939 года были на территории Польши?
24 марта 1939 года гитлеровская Германия предъявила «бедной, несчастной» Польше ультиматум с требованием передачи Данцига и строительства через территорию Польши экстерриториальной автострады и железной дороги в Восточную Пруссию, так называемого «Данцигского коридора». Восточная Пруссия ведь была отделена от основной территории Германии. Эти действия партайгеноссе Гитлера всерьёз озаботили польское правительство, и оно решило рассредоточить половину золотого запаса в восточных воеводствах. 37 тонн было перевезено из Варшавы в крупные города на востоке, читай в Западной Белоруссии в региональные отделения Банка Польши. В центральном хранилище в Варшаве осталось около 38 тонн золота. В Бресте золото разместили в казематах пятого форта Брестской крепости. А 28 апреля 1939 года Германия денонсировала германо-польский договор о ненападении 1934-го года.
После нападения Германии на Польшу и, наблюдая быстрое продвижение немецкой армии к Варшаве, вопрос о золотом запасе и иных активов банков приобрёл особую остроту. 4 сентября 1939 года польское правительство приняло решение срочно эвакуировать из Варшавы весь оставшийся золотой запас. Вывоз поручили министру финансов. Он набрал грузовиков и автобусов кучу, загрузил в них ящики, мешки и даже чемоданы и, посадив за руль друзей и даже собственную жену, погнал со всем этим к румынской границе. Прямо как Остап Бендер. Кроме золота, в мешках были обычные бумажные польские деньги, которые в Румынии потом просто сожгут. Кому они нужны, если нет государства. Но были и облигации и акции иностранных компаний, в том числе и в Англии и США. Были бумаги Швейцарии и Швеции, нейтральных стран. Главное же, конечно, десятки тонн золота, в основном в монете. Это были золотые 10 и 20 злотые монеты с портретом Владислава Храброго.
Брехт точно запомнил дату. 9 сентября стало понятно, что немецкое наступление не удержать, и все эти сокровища решили вывозить за границу. Запомнил из-за того, что жена будущая верила во всякие красивые сочетание цифр в дате. После экскурсии она и говорит. Смотри сколько девяток в этой дате. О9 09 1939 года. И вывод. Через десять дней десятки тонн золота и целые мешки с ценными бумагами повезут через Брест на юг. Совершенно без охраны. Специально без охраны, чтобы не привлекать к перевозке внимание. В Реальной Истории это министру финансов удалось, не потеряв ни одной машины, ни одного автобуса 13 сентября под самым носом у немцев золото въедет на территорию Румынии. И румыны потом не поступят с ним как в «Золотом Телёнке», после войны всё вернут.
Но почему в этой Истории части золота и самое главное ценных бумаг не потеряться на бескрайних просторах Речи Посполитой. Она ведь большая от можа до можа. «Можат» и потеряться десяток машин и автобусов.
Между прочим, гид тогда показала, где хранились тонны золота в Брестской крепости.
– В Бресте золото разместили в казематах пятого форта Брестской крепости! – И пальцем ткнула себе под ноги, – Вот тут лежало восемнадцать тонн золотых монет и слитков.
Ещё одну интересную вещь тогда тётечка рассказала. Все знают про подвиг героев Брестской крепости. Оказывается, немцы два раза штурмовали эту крепость, в первый раз именно в сентябре 1939 года. И тогда гарнизон, состоящий в основном из белорусов, тоже долго оборонялся и нанёс дивизиям Гудериана серьёзные пощёчины. Только тяжёлой артиллерией и смогли выбить, потеряв десятки танков и тысячи солдат убитыми и ранеными.
Событие пятнадцатое
Твой План подозрительно напоминает ту штуку, что периодически вываливается у меня из задницы.
Стивен Кинг, из книги «Долгая прогулка»
Полковника Бабаджаняна Иван Яковлевич посвящать в две предстоящие операции не стал. Если Светлов уже привык к посещающим Брехта видениям из будущего, ну, а как иначе некоторые его действия оценить, то вот, будущего маршала ещё в это вовлекать было бы перебором. По этой причине заседали вдвоём. Сидели в штабной палатке, отправив остальных её обитателей по самым что ни на есть срочным-пресрочным делам. Комдив заготовил две карты. На одной нарисовал примерные действия по засаде на рвущийся к Бресту стальной кулак немецкий из двух дивизий XIX-го моторизованного корпуса, который входил в 4-ю армию под командованием Ганса Гюнтера фон Клюге. Сама же 4-я армия была в составе Группы армий «Север» и командующий у неё был сам генерал-фельдмаршал Федор фон Бок. Разница была именно в руководстве XIX-го моторизованного корпуса по сравнению с Реальной Историей. В отсутствие невинно убиенного Хайнца – Гейнца Гудериана корпус возглавлял генерал-лейтенант Фердинанд Шааль, а дивизию 10-ю, что будет наступать на Брест оберст или полковник граф фон Штауфенберг – один из покусителей на жизнь Гитлера в 1944 году. Вообще, насколько Брехт помнил рассказ гида в Брестской крепости, дивизия только называлась танковой. На самом деле в ней было всего восемьдесят танков, то есть, всего один танковый полк, скорее всего, были ещё моторизованный полк, и, тут надо отдать немцам должное, в составе таких подразделений всегда была артиллерия. Вне всякого сомнения, и тут будет, не меньше пары дивизионов, ну и тут тоже немцев за дурачков считать не надо будут разведчики на мотоциклах и на машинах, не меньше батальона.
– Смотри, Иван Ефимович, вот здесь лес с двух сторон подходит к дороге. Нужно заминировать дорогу. Поедут мотоциклы и по противотанковым минам спокойно проедут. Потом с небольшим зазором пойдут несколько машин из того же разведывательного батальона с пехотинцами. На машину, тем более, если это будет гономаг, мина сработает. Нам и нужно, чтобы она сработала. Солдатики повыскакивают и будут занимать позицию по обочине дороге. Вы должны быть с пулемётами с обеих сторон, и обочина дорога должна быть хорошо видна. Пехоту нужно положить, а грузовики зажигательными пулями в бензобаки поджечь. Эта работа для пулемётчиков. В это время танки остановятся и будут ждать. Вот тут наступит очередь противотанкистов. Берёшь с собой сотню, в расчёте двое, получится, два пишем три на ум пошло – пятьдесят стволов. Вот, по двадцать пять рассредоточиваешь ружья по обеим сторонам дороги. Пусть стреляют, пока танки не загорятся. Бить в бензобаки. Бить в гусеницы. Десяток выстрелов и отходят. Примерно полкилометра перпендикулярно дороге, а потом около километра назад. Там тоже могут в арьергарде быть менее мощные танки и танкетки с броневиками. Но главное, там машины с пехотой. Десяток выстрелов и отходите полностью к местечку Каменюки. По дороге обязательно поставьте несколько сотен растяжек. Будете знать по взрывам, где немцы. Но они должны видеть, куда вы отходите. Они должны идти по вашим следам. Там вход в деревню по каменистой гряде, учитель наш говорит, в вокруг болота. Как догонят, нужно пулемётным и снайперским огнём большую часть уничтожить. Пошлют не больше батальона. Вам на один зуб. И как только остатки будут отходить, вы выходите из деревни этой и по дуге снова возвращаетесь к застрявшей дивизии. Как только выжившие вернутся, начнётся чехарда у них и разные построения, вот тут их снова нужно обстрелять из всего, что есть и опять уходить, ставя растяжки. Только уходить не в деревню, а к озеру, где вас и будут ждать самолёты, что бы вернуть сюда.
Как план?
Светлов с курвиметром к карте не полез. Посмотрел, покивал. Почесал… Затылок потом тоже почесал. И вопросительно глянул на Брехта.
– Ты, Ваня не темни. Зачем тут нужны одежды пахарей. Тут как раз нужны наши защитные маскхалаты, «лешии», а штатские тряпки тут не нужны. Не темни. Явно есть ещё один план. И раз ты сказал, что будет и мёд, то постесняюсь предположить, что поляки будут золото эвакуировать?