Мийол-призыватель (СИ)

Ну, так оно выходило поначалу.
Чем дольше работал с заклятьем и собственным восприятием молодой маг, чем тщательней менял «фокусное расстояние», «настройки» и «фильтры» заклинания, чем увереннее осознавал спектр возможностей, предоставляемых диагностической магией и чем больше запоминал тех самых нюансов и взаимосвязей — тем больше и полнее понимал, что как устроено, что на что влияет и с какой стороны можно повлиять на всё это. Ужасно не хватало рабочего материала для сравнений. Да и в целом Мийол даже не думал обольщаться насчёт качества своего понимания работы организма. Сейчас он делал первые, робкие шаги даже не по тропе целительства, а около дорожного указателя, указывающего на эту тропу. Закладывал основы основ.
И… это увлекало.
«Интересно, насколько лучше меня в этом разбирается Кавилла? Что лучше, тут сомнений нет, но вот градация между моим и её пониманием… когда вернусь в Лагерь-под-Холмом, первым делом наведаюсь к ведьмам для профессиональной беседы!
Ну, первым делом после того, как отмоюсь в тёплой воде. Припереться в гости грязным? Фу и фу, да ни за что!»
После долгого, утомительного изучения самого себя Мийол мысленно хмыкнул и перенёс фокус заклинания на Зунга. И почти потерялся, захлёбываясь под валом новых впечатлений. Нет, многое выглядело похоже, но различия… но вроде бы привычные моменты, внезапно оказавшиеся совсем не такими, как ожидалось… маг прямо-таки прикипел мысленным оком к Ядру Сути, что ровно и мощно сияло рядом с огромным мерно бьющимся сердцем магического зверя. Прикипел — но едва ли понял, как оно устроено. Точнее, самые очевидные вещи он просто видел: вот малая, но яркая звёздочка, ядро внутри Ядра; вот оболочка, зримое воплощение второго уровня, отчётливо резонирующая с чем-то вовне (не его ли, Мийола, Атрибутом?); вот потоки праны между Ядром и шкурой Свирепого Двурога. А как это всё работает? Как и почему?
Внезапное озарение подтолкнуло снова перевести фокус заклинания. На этот раз в него попал Ревущий Тигр.
«Ого. Или даже ого-го!
Ну, что полноценного тела тут не найти — это заранее понятно. Но изумительная простота, с которой устроена плотная иллюзия, всё равно поражает. Оболочка, натянутая на уплотнённую ману, этакий пузырь сложной формы с запасённой энергией, и… почти что всё. Выделяется на общем равномерном фоне только висящий в районе горла… нет, не Атрибут. Лишь отражение его. Почти как матрица заклинания, гравированная в ауре, но менее чёткая.
Кстати. А нельзя ли вписать в это облако маны внутри Ревущего Тигра ещё одну матрицу? Или хотя бы дополнить существующую матрицу-Атрибут, полноценно переводя призыв на новый уровень?! Ведь там, внутри него, фактически находится моя же мана…
Чтоб мне провалиться, если я не попробую такой способ усиления прямо сейчас!»
Без дальнейших раздумий Мийол, не вставая с места, подозвал своего призванного, положил на его шею руку для лучшего контакта, попытался сделать задуманное.
И провалился, конечно.
Структурированная в форму заклинания, мана оказалась уже… не совсем его. О, влиять на само заклинание и на ману в оболочке Ревущего Тигра маг вполне мог. Вот только, как он вскоре убедился, у этого влияния имелись чёткие границы. Даже когда Мийол задействовал параллельно все доступные инструменты, от работы через Усиленный Призыв Существа и связанность для прямого влияния на призыв до улучшения чувствительности с помощью Среднего Сканирования Лимрана — даже тогда ему не хватало контроля, чтобы изменить то отражение Атрибута, что тихо гудело внутри призыва. И понимания не хватало тоже. Потому что маг видел, каков на вид и по свойствам Атрибут Ревущего Тигра, который он носил на поясе в ряду других катализаторов. Но он не видел и не знал, на что похож Атрибут почти такого же зверя, только на уровень выше.
Нет, сама по себе идея такого вот улучшения призывов ощущалась как — потенциально — очень соблазнительная и перспективная. Просто сейчас она походила на спелый, румяный, дивно ароматный плод, висящий в пятнадцати локтях над землёй… а Мийол в этой картине пытался достать этот плод, так и сяк пристраивая лестницу длиной девять локтей.
 
Вроде бы не так уж и много не хватает, но… никак.
Безнадёжно.
Для очистки совести он попытался ещё раз, заменив диагностическое заклинание своим уже-привычным-усилением — Ускорением Магических Действий. Но успех не приблизился. Что ж, следовало ожидать: один из знаков в составе заклинания помогал оперировать магией внутри ауры, а для того, чтобы изменить ману вовне, требовалось иное, специализированное заклинание. Но какой бы соблазнительной ни казалась идея таких чар, Мийол не ощущал в себе готовности сесть и разработать что-то подходящее.
Проведя почти без отдыха последние двое суток, не до конца оправившись от отравления, он если что и ощущал сейчас, то разве что желание упасть и уснуть.
Противиться которому не стал.
И под звуки ночного дождя, влажно стучащего по ткани растянутого Шак и Риксом навеса, ему спалось глубоко и спокойно…
А в середине следующего дня отряд натолкнулся на ещё одну диковинку из пограничья между средним и дальним диколесьем. К счастью, даже близко не настолько неприятную, как Рой. Но и далеко не безобидную.
— Что это за тварь вообще? — прошипел Воин, стараясь не встревожить существо слишком пристальным взглядом. — Змей? Ящер? Просто какой-то гигантский червяк?
— Если я правильно понимаю внешние признаки, — ответил Хантер, вообще не глядя в ту же сторону, — это гигантская амфисбена, сиречь двуходка… вернее, какой-то странный выродок этого семейства. И да, амфисбены родственны и змеям, и ящерицам. В норме это мелкие, длиной около локтя и менее, существа, роющие норы и питающиеся насекомыми. Только вот этот конкретный образчик магических зверей явно нацелился на эволюцию в драконоподобных.
— Да уж. Та ещё тварюга… аж мурашки по коже!
Тем временем двумя сотнями шагов ниже по склону копошилось, отрывая куски от трупа им же убитого клыкача и жадно их глотая, обсуждаемое существо. Имеющее кольчатое тулово толщиной в две трети локтя и общую длину более дюжины локтей, словно добротное такое бревно, оно могло похвастать одной парой коротеньких, явно не помогающих в передвижении не то лапок, не то плавников и головой клиновидной формы, закованной в роговую броню. Ещё оно имело кобальтово-синюю окраску (за исключением бело-жёлтой головы) и крохотные, явно рудиментарные чёрные глазки.
Но это всё внешнее. А что до магии — гигантская амфисбена относилась к подавителям с развитым стихийным сродством к воздуху и атакующим типом способностей. Наступательный потенциал дополняли ещё и расширенная подвижность, и какой-то тип сенсорики (скорее всего — эхолокация, благо, что стихия благоприятствовала). Спустившаяся к водопою жертва и понять ничего не успела, как хищник вылетел из засады, причём в буквальном смысле вылетел — в высшей точке пологой дуги амфисбену отделяло от склона более двух человеческих ростов — и вскрыл свою мишень таранной атакой головы, усиленной мощным секущим ударом ветра. Будучи также зверем-подавителем, только не имеющим стихии и доросшим лишь до пика первого уровня, Жестокий Клыкач умер почти мгновенно, без шансов на сопротивление…
И не удивительно: всё-таки Амфисбена Урагана превосходила свою добычу на три полных уровня развития. Ей, как верно заметил маг, не так далеко осталось до превращения в младшего зверодемона из класса драконоподобных. Причём в этом качестве, даже не расширив список своих способностей, а лишь развив существующие, она стала бы по-настоящему опасна.
 
Если бы не встреча с отрядом Хантера.
Потому что упускать свой шанс обзавестись призывом четвёртого уровня маг не собирался.
Вот только сказать «убьём тварь и вырежем Ядро Сути!» куда легче, чем пойти и убить. Из-за повышенной чувствительности цели Мийол не рискнул бы нагло подойти к ней, прикрывшись скрытностью, и залить Наведённым Волшебным Опьянением на две трети резерва. Тем более, что на подавителя такого уровня и размера заклинание подействовало бы слабо.