Изгнанник отовсюду (СИ)
— Помни, это не лекарство, оно лишь снимет кое-какие симптомы, так что, пока есть время, советую… подготовиться.
— Спасибо, доктор.
Подготовиться, мать твою. Я не собираюсь тут сдохнуть, врачебная твоя морда!
— Успокойся. Для эльфа он и без того для тебя много сделал. Лучше просто выпей то, что тебе дали, может, там окажется что полезное.
«В этот раз унюхать не можешь?»
— В этот раз пробки получше, посвежее.
Вкус у лекарства был противный, как и положено, однако состав был каким-то реактивным. Я даже допить не успел, как недомогание стало сходить на нет.
— Полезного ноль, однако свою работу делает.
«И что, есть у меня лишние день-два?»
— Ты его что, не слышал? Это не лекарство.
«Но тебе же сейчас будет полегче»
— Тебя просто тошнить будет пореже. Яд из крови никуда не делся.
— Я зайду завтра, посмотрю на твое состояние.
— Если найдется антидот…
Глаза Алаина сверкнули.
— Я не зову стражников только потому, что ты сдохнешь и без их помощи, убийца. Так что не жди того, чего я делать не буду.
— Тогда иди к черту и больше здесь не появляйся!
— О, как скажешь. Теперь моя совесть чиста, — с этими словами он забрал пустую пробирку и вышел из дома.
Черт, все-таки сорвался. Не смог больше выдерживать этого эльфийского тона.
«Как думаешь, у гномов найдется антидот?»
— Не успеешь дойти. Да и сомневаюсь, если честно, у них с экологией похуже, чем здесь. Далеко не все приспособилось и выжило.
«То есть твои коротыши — это те самые коротыши, которых я знаю? Бородатые двигатели прогресса, живущие в глубине гор?»
— Да. Разве что насчет гор это ты загнул. Большинство живет во вполне обычных городах.
О как. Неожиданно, но вполне логично. В горах же, если вентиляцию не провести, дышать нечем будет.
— Максим… Что теперь делать? — спросила меня забытая Делина.
— Думать. Думать и искать хотя бы рецепт, а потом и составляющие. И на все про все у нас четыре дня.
Интерлюдия 19
— От следопытов нет вестей? — рассвет едва занялся, но и рыцарь, и лучница были по уши в работе.
— Нет, никаких, — покачала головой Сильфида. — Как испарился. Кем бы ни был этот человек, он определенно умен и умеет прятаться.
— О том, как он прячется, весь замок знает. Шесть часов находиться здесь, не попасться ни одному патрулю, найти припасы и скрыться! Да если бы он был эльфом, из него получился бы первоклассный разведчик, способный шпионить даже за Разрушителями!
— Припасы… — задумчиво протянула Сильфи. — А что стало с той служанкой? Где она?
— Ваши Высочества, — в кабинет, постучавшись, вошел Маркус. — Могу ли я узнать есть ли какие-нибудь новости?
— Новостей нет. Где служанка, что была приставлена к человеку?
— Насколько мне известно, подала прошение на уход.
— Решила не оставаться после смерти мамы? Так она это объяснила?
— Прошу меня простить, я не знаю деталей, Ваше Высочество. Если это важно, я запрошу…
— Нет, не надо. Важно как раз то, что ее нет в замке.
— Думаешь, она прячет человека у себя? — лицо Мар выражало недоверие.
— Уверена в этом. Мама восхищалась им и очень хотела, чтобы мы побеседовали лично.
— И? — рыцарь все еще не понимал, куда клонит сестра.
— Девочка очень молодая и глупая, — взял слово камергер. — Она вполне могла впечатлиться им настолько, чтобы, например, поверить в его невиновность.
— Надо осторожно выяснить так ли это, — лучница начала отдавать распоряжения. — Пошлите туда кого-нибудь, способного не выдать себя хотя бы с расстояния. Если увидите его там — узнайте, кто еще приходил. Он отравлен, наверняка к кому-нибудь через свою служанку обратился за помощью. Узнайте к кому. И никаких, НИКАКИХ действий! — Сильфи сделала упор на это слово. — Только осторожное наблюдение! Если вы его спугнете, мы снова его потеряем.
***
Я проснулся от уже надоевшей мне тошноты. Солнце стояло почти в зените, Делины в комнате не было, видимо, ушла добывать рецепт к Селесте или Алаину. Вычистившись от заразной крови, я проследовал на кухню, где меня ожидал простой бесхитростный завтрак. Разумеется, с замковой кухней было не сравнить, однако не время было привередничать — девушка поставила на кон буквально все ради меня, раздувать из мухи слона из-за недостаточно вкусной еды было бы тем еще свинством. Хоть я и вор, я все же не сволочь.
Дверь резко распахнулась, заставив меня едва не подавиться. На пороге стояла Селеста, лицо которой отражало непонятную мне гамму чувств.
— Ты, — она показала на меня пальцем, словно тут был кто-то еще.
— Я, — я пожал плечами.
— Сбегая, ты придушил тюремщика. Почему ты его не убил?
— Потому что я не убийца.
— Ты убил королеву. Почему не убил стражника? — она меня словно не услышала.
— Я! НИКОГО! НЕ УБИВАЛ! — заорал я в почти что бешенстве. — То, что я человек, не делает меня убийцей!
Селеста некоторое время помолчала.
— Почему ты его не убил? — спросила она, но в этот раз тон был другой. В этот раз она обратилась ко мне как к равному.
— Он просто выполнял свою работу. Мне он не сделал ничего плохого.
— Он поднял тревогу.
— Это тоже часть его работы. Это не было личным.
Казалось, мой ответ разочаровал ее.
— То есть, причина в этом? Тебя не спугнули?
— Причина в слабохарактерности одного Носителя, пожелавшего устроить себе в будущем кучу проблем!
— Да. Причина в этом. Я успел его разуть, так что время у меня было.
Ее плечи поникли, голова опустилась.
— Значит… значит, я тебе все-таки должна, — она резко выпрямилась, подошла к столу и поставила рядом со мной пробирку. Даже не спрашивая, я уже знал, что в ней.
«Ты что-то сказал?»
— Заткнись и выпей уже.
— Но… откуда? Месяц же…
— Старые запасы.
— Но почему?
— Бриален — мой муж. Жизнь за жизнь.
— Ааа… Разве не…
— Алаин — коллега, идиот. То, что мы пришли вместе, ничего не значит.
Я взял было пробирку, но Селеста остановила меня.
— Пей на улице и после моего ухода. И еще, человек. Вокруг тебя витает множество проблем, поэтому если Делина тебе хоть немного дорога — оставь ее до того, как она пострадает.
— Благодарю за совет, — ответил я сухо.
— Кому я это говорю… — пробормотала девушка и быстрым шагом покинула избушку, даже не закрыв за собой дверь.
— Твое здоровье, — я отсалютовал ее удаляющейся спине и, открыв пробку, залпом выпил содержимое пробирки. Вкус был просто отвратительный, гораздо хуже того лекарства, что дал мне вчера Алаин.
— Насчет ее совета выйти на улицу — делай. Секунд через двадцать тебе будет не до того.
Голос Оружия был крайне тревожным, поэтому я не стал ни о чем спрашивать и просто вышел. И, как оказалось, не зря. Я едва успел дойти до куста, как меня разом оставили все силы, я рухнул просто как подкошенный, из носа, рта, ушей (и других отверстий тоже) полилась кровь, даже рана в плече и царапина на руке сами вскрылись. Ощущение предсмертной слабости давило на психику, мне казалось, что я вот-вот отдам концы прямо здесь и сейчас, в луже собственной крови, постепенно превращающейся в песок. Под которым и самозахоронюсь.
Я не знаю, сколько это продолжалось, но кое-как встать получилось лишь когда солнце коснулось горизонта.
— Вот и день прошел…
Одежда была вся в крови, причем, действительно вся. По ощущениям, из меня сейчас вылилось литров до хрена крови, но… других ощущений не было. Ни лихорадки, ни недомогания. Наоборот, преобладало чувство какого-то обновления, будто заново родился. И голод. Жрать хотелось до невозможности.