Я, сорняк и особняк (СИ)

Внезапно поцелуй начал таять, к моему величайшему сожалению. Я выглянула из плаща. И увидела нечто, что меня повергло в странное оцепенение. На снегу не было человеческих следов. Следов подошв, например. Зато была длинная волнистая линия, словно ползла огромная змея.
— Вы и есть та змея? — спросила я, на секунду замирая в чужих объятьях. 
Ответом мне была улыбка. И тут я увидела, что лорд тает в воздухе. Просто растворяется, словно призрак. 
— Нет, простите, если обидела! — спохватилась я, чувствуя, как тают руки на моей талии. — Я же просто спросила! Не уходите! Я прошу вас! 
Но было уже поздно. Я стояла в одиночестве, в лесу. И пыталась понять, примерещилось мне. Или нет.
— Фух! — слышался звук и тяжкая отдышка. 
Я обернулась, увидев запорошенного снегом Макса. 
— Я от волков отбился! — запыхался дворцкий, уперев руки в колени. — Они бежали очень быстро. И я от них отбился. Просто я подумал, что они лучше знают где вы, юная мадемуазель! 
Мой взгляд смотрел с недоумением. 
— Ну как? Нашли лорда Орсвиля? — спросил Макс, сползая по дереву. 
— Да, — сладко вздохнула я. — Нашла…
— Замечательно! Отлично! И где же наш Адам? — спросил Макс, светя фонарем по сторонам.
— В упор не знаю, — ответила я, улыбаясь сама себе. — Но будем искать… 
— Конечно, его нужно найти! У него послезавтра день рождения! — заметил Макс, отряхивая плащ и штаны. 
— Ой, как все совпало, — усмехнулась я, представляя две даты. Я даже знаю, какой цветок я посажу на его могиле. 
Мне хотелось домой. Я готова была нудить, как маленькая. Упасть на снег и скулить. Ноги замерзли, пальцы можно было отламывать и бросать волкам, как хрустики. Мы нарезали уже шестой круг. Я точно помнила этот пень.
— Макс, а ты уверен, что мы не кругами ходим? — спросила я, встречая пень седьмой раз. Мне казалось, что еще кружочек, и пень будет со мной здороваться. 
— Ну да, юная мадемуазель! — удивился Макс, высвечивая фонарем маршрут. — Сейчас еще круг сделаем. И пойдем дальше! Вдруг пока мы ходим, Адам придет сюда? О, бедный мальчик! Судьба была к нему жестока и несправедлива! 
— Оно и видно, — буркнула я, пытаясь согреться хоть капельку. 
Мы светили фонарями под каждый заснеженный куст. Помню, как Лара, моя знакомая по работе, с горечью рассказывала, как каждый выходные ищет своего алкаша под заборами. Целый квест у нее “Ночной Позор”. Я тогда еще посмеялась. А теперь сама хожу и ору: “Адам!!!”. Потому что я замерзла и проголодалась. И чем больше я голодала и мерзла, тем громче орала.
Наконец-то я обо что-то споткнулась. Припорошенный снегом холм пошевелился и снова обмяк. 
— Адам!!! — возмутилась я, видя плащ на спине. Нет, главное, плащ надел, а штаны нет! 
Пушнина лежала в снегу, не подавая признаков жизни. Зато отлично подавая пример, как нельзя поступать! 
— Нам нужно его дотащить до поместья, юная мадемуазель, — заметил Макс, пока мы смотрели на маленькие саночки, которые телепались за дворецким. Откуда они появились? Мы же их как бы не брали? Или брали? Ой, что-то я путаюсь! 
Мы переложили Адама на санки. Причем, привязав его веревкой. Судя по разнице в размерах, санки были нужны для успокоения совести. 
— Юная мадемуазель, я так огорчен! — заметил Макс, пока Адам храпел на символических санках. Мы тянули их по сугробам. — О, если бы с нами был Старый Лорд Орсвилль! 
— Ага, — задыхалась я, таща санки. — Мы бы втроем впряглись! 
— Он бы такого не допустил! — гордо произнес Макс, оборачиваясь. 
— Ага, — выдыхала я, чувствуя себя ездовой невестой. 
— Он бы точно не допустил такого ужаса! — слышался голос Макса на ухо. — И такой поразительной безалаберности! 
— Ага, — согласилась я. 
— Просто вопиющего недоразумения! — возмущался Макс, пока я чувствовала, что стало намного проще. Видимо, мы все-таки выбрались из сугроба. — Это прискорбного факта! 
— Ага, — стиснула зубы я, ломясь вперед.
— Кошмарной беспечности! — голос Макса стал еще строже. — По отношению к юному лорду Адаму. Которого мы потеряли десять минут назад. 
 
Я еще прошла по инерции метра три. А потом до меня дошло. Мы стали возвращаться. И правда! Лорд Адам лежал в сугробе. Хвостом кверху. Так сказать, держал обледенелый хвост по ветру! 
Когда мы притащили его в поместье, я жалела, что его не сожрали медведи. И даже не надкусили. Тогда бы было чуть попроще. Макс достал книгу семейных рецептов, от которой у меня пробежали мурашки ужаса. И искать симптомы. 
Я грелась возле камина, глядя на то, как тушка Адама сидит в кресле и оттаивает. 
Макса не было долго. Я занервничала, зевая и протягивая огню озябшие пальцы. Прошло еще минут десять. И я решила найти дворецкого. 
Встав, я направилась к выходу из комнаты. Я прошла на кухню, видя, как в кресле сидит Макс с таким выражением лица, что я с подозрением посмотрела, что он читает. В котле бурлило какое-то варево. И я злорадно отметила, что не для меня! 
Макс смотрел на картинки красавиц в корсетах и панталонах. На некоторых были даже чепчики, если вам интересно. На двоих были перчатки. И на всех были чулки! Нет, не такие, в которых соблазняют красавчиков роковые стервы. А плотные, как бабушкины носки модели “Чехол для удава”. 
— Ах ты, маленькая бесстыдница! — ворчал Макс, разглядывая девицу в панталонах, чулках, корсете, нижней рубашке и чепце. 
Я решила не мешать, и стала смотреть, нависая над журналом. Макс меня даже не заметил, полностью увлеченный процессом.
— Развратница! — строго произнес Макс, рассматривая девицу, укутанную как капуста. — Разве так можно? Разве так подобает юной леди? Конечно же нет! 
Следующая девица снова была в юбке и чепчике. Из обнаженного у нее было только лицо и руки по локоть. 
— Соблазнительница! Для юной леди не пристало так раздеваться! — высказался Макс, пока я пыталась понять, что он такое смотрит.
Внезапно Макс увидел тень, нависшую над ним и захлопнул журнал. Мне удалось прочитать название “Джентльмен”. 
— Простите, юная мадемуазель! — забегал глазами дворецкий. Он явно пытался скрыть неловкость момента. — Я не знал, что вы пришли!
Журнал лежал на столике, а Макс делал вид, что не при делах. 
— Вы давно пришли? — спросил он, помешивая варево.
— Да нет, — соврала я, глядя как дворецкий успокаивается. — Вы в кресле сидели. Я подошла. А вы тут как тут. Просто вас долго не было, и я решила вас поискать… Ой, а что это за журнальчик? 
— Это — не мой журнал! Это один из постыдных журналов юного лорда Адама! — горделив заметил Макс. — Когда я прибирался, я нашел целый сундук! 
— А что в нем постыдного? — спросила я, глядя на полностью одетых девушек. 
— Как что? — удивился дворецкий. — Они же в панталонах! Или в нижней юбке! Развратницы! 
— Ааааа…. - вздохнула я, вспоминая, в каком виде хожу летом. 
— Готово! Теперь нужно напоить юного лорда Адама! — произнес Макс. — Вы справитесь? Поверьте, пить он научился рано, поэтому с этим проблем возникнуть не должно. 
Макс подошел к шкафу и достал сначала кружку. А потом задумался. И достал миску. Потом еще раз задумался. Полез куда-то вниз и извлек ведерко.
— И пусть выпьет все до дна! — заметил дворецкий, набирая мне отвратительное пойло.
Пока я стояла и причмокивала, стараясь не смотреть на мутную зеленую жижу, напоминающую болотную воду, Макс наполнял ведро.
— А почему я должна его поить? — спросила я, отворачиваясь от протянутого ведра.
— Он ваш жених, — произнес Макс. Я выдохнула и взяла ведерко. — Ему нужно выпить это!
В тот момент, когда я споткнулась об порожек, Адам должен был быть мне безмерно благодарен. Потому что часть этой гадости я расплескала на пол.
 
Адам лежал без чувств возле камина. Снег на нем уже подтаял. И пахло мокрым чудовищем. Я почувствовала себя сестрой милосердия. И мне жутко захотелось его просто добить! Но я сдержала свои благородные порывы и поставила ведро на столик. Огонь потрескивал в камине. В комнате, не смотря на то, что дом сбежал из фильма ужасов, было уютно.